Россия и Иран в среду публично обменялись колкостями, продемонстрировав напряженность в своем долгосрочном альянсе, возникшую из-за поддержки Москвой нового пакета санкций по иранской ядерной программе, пишет The New York Times.

"Мы не хотели бы видеть нашего соседа на стороне тех, кто в течение тридцати лет всеми силами проводит враждебную иранской нации политику. Для Ирана это совершенно неприемлемо",- заявил в телевизионном выступлении из города Кермана президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, выразив надежду, что российская сторона скорректирует свою позицию.

Комментарии были сделаны на следующий день после того, как иранский посол в Москве выразил надежду, что Россия сможет отговорить других членов Совета Безопасности ООН не вводить санкции и предупредил, что Россия рискует поддаться манипуляциям американцев.

"Россия не должна думать, что краткосрочное сотрудничество с Соединенными Штатами в ее интересах, - отметил посол Махмуд Реза Саджади. - Зеленый свет, который США дают России, - ненадолго".

Между тем высокопоставленный помощник российского президента заявил в среду, что Россия руководствуется собственными долгосрочными интересами и ее позиция "не может быть ни проамериканской, ни проиранской".

Сергей Приходько добавил, что Россия настроена против экстремизма и непредсказуемости на мировой арене и те, "кто выступает от имени дружественного народа Ирана", не должны забывать об этом.

"Политической демагогией сохранить свой авторитет еще никому не удавалось", - приводит его слова агентство "Интерфакс".

"Исторически Россия выступала против санкций по Ирану, считая эту страну важным союзником по региону. Этот подход начал изменяться в конце прошлого года, когда иранские лидеры отвергли план обогащения урана, выдвинутый при посредничестве ООН и разработанный при участии России, который имел целью выход из конфронтации по иранской ядерной программе", - пишет автор статьи Эллен Барри.

В написании статьи принял участие Алексей Баррионуево