]]> ]]>
Архив
Поиск
Press digest
26 сентября 2016 г.
PDA WAP
29 марта 2011 г.

Юлия Иоффе | The New Yorker

Что может Сеть: одиночный крестовый поход против российской коррупции

Юрист и блогер Алексей Навальный за последние три года создал себе репутацию, так сказать, российского Джулиана Ассанджа или Линкольна Стефенса, рассказывает в своей статье в журнале The New Yorker журналистка Юлия Иоффе. В своем блоге он вскрывает преступные случаи личной наживы в крупных российских нефтяных компаниях, банках и министерствах. Три месяца назад Навальный создал сайт RosPil для разоблачения коррупции в государственных органах. "С тех пор, как этот сайт был запущен, были аннулированы государственные контракты на сумму, близкую к 7 млн долларов, после того как Навальный и его армия сочли их сомнительными. Самое примечательное, что все это Навальный предпринимает в стране, где несколько репортеров и юристов, расследовавших подобные дела, были избиты или убиты", - говорится в статье.

Репутация России как коррумпированной страны уже превратилась в клише, но ее влияние на общественную жизнь на всех уровнях трудно переоценить, считает автор. "Коррупция достигла такого уровня, что фирмы, участвующие в подготовке черноморского курорта Сочи к зимней Олимпиаде 2014 года, сообщают, что вынуждены платить откаты в размере свыше 50%", - продолжает автор.

"Коррупция сказывалась не только на финансовом положении государства, но и на его элементарной эффективности", - писал Роберт Масси в биографии Петра Великого. В России государственная служба исторически воспринималась как средство личной наживы: чиновникам платили мизерное жалованье или вообще его не платили, предполагая, что они будут кормиться взятками, добавляет Масси. По мнению автора, за истекший период в России немногое изменилось: "почти любого можно подкупить, иногда с ужасающими последствиями".

"В России борьба с коррупцией - опасное занятие", - пишет автор. "Когда я спросила у Людмилы, матери Навального, боится ли она за сына, она расплакалась", - пишет Иоффе. "Я верю в то, что он делает, он занят правым делом, но я не готова. Не готова к тому, чтобы мой сын стал мучеником", - сказала Людмила.

Навальный родился в 1976 году. Его отец был офицером связи в Советской армии, а мать, Людмила, - молодым экономистом, убежденным членом КПСС. В детстве Навальный проводил лето у бабушки по отцу под Чернобылем. После Чернобыльской катастрофы всю тамошнюю ветвь семьи эвакуировали, многие до сих пор страдают болезнями печени и щитовидной железы. "Алексей мало об этом говорит, но Чернобыль очень сильно на него повлиял", - говорит Людмила.

Навальный окончил юридический факультет Университета дружбы народов в Москве, работал в агентстве недвижимости, получил финансовое образование, а в 2001 году стал брокером. В 1999 году Навальный вступил в партию "Яблоко", но быстро в ней разочаровался. Он говорит: "Был постоянный антагонизм между нормальными членами партии и какой-то адской, безумной, сумасшедшей массой огрызков демократического движения 80-х". Когда в 2007 году партия потеряла свои последние четыре мандата в Госдуме, Навальный публично призвал к отстранению Григория Явлинского. Его самого исключили из партии.

Кампания Навального против коррупции в корпорациях началась в конце 2007 года, когда он решил приобрести акции крупных российских госкомпаний - "Газпрома", "Роснефти" и "Транснефти", сочтя их надежными и выгодными инвестициями. Он "быстро заметил, что компании, несмотря на рост цен на сырье и широкий доступ к колоссальным природным богатствам России, платят поразительно маленькие дивиденды. Затем он узнал из статьи в газете, что "Транснефть" только в 2007 году пожертвовала 300 млн долларов на благотворительность. Эта сумма составляла более 10% дохода компании в тот год и превышала сумму, затрачиваемую на эксплуатацию всей системы трубопроводов, но "Транснефть" не разгласила, куда пошли эти деньги", - говорится в статье.

Навальный как владелец двух акций "Транснефти" затребовал там список организаций, которые получали финансовую поддержку в 2007 году. Когда ему отказали, он обратился в МВД и попросил возбудить уголовное дело. По данным автора, следователь неоднократно закрывал дело, а прокуратура отменяла его решение и отменяла дело вновь. Через три года "Транснефть" оспорила, что Навальный может считаться ее акционером, а также замедлила судебное разбирательство, ожидая результатов апелляции "Роснефти" в Конституционный суд, гласившей, что закон о широком доступе акционеров к документам компании не соответствует конституции. "В феврале Конституционный суд, ко всеобщему удивлению, отверг доводы "Роснефти", а московский арбитражный суд постановил, что Навальный действительно акционер и что "Транснефть" обязана предоставить затребованные им документы. "Транснефть" обжалует это решение", - говорится в статье.

"Столь же странные механизмы Навальный обнаружил в других госкомпаниях, акциями которых владел", - пишет Иоффе.

Новейший проект Навального в интернете - сайт RosPil. Идея RosPil возникла, когда Навальному сообщили, что министерство здравоохранения и социального развития "объявило тендер на создание системы за 2 млн долларов, которая связала бы врачей и пациентов. Победитель тендера имел 16 дней на разработку сайта", - пишет автор. Навальный призвал читателей посылать официальные жалобы в Федеральную антимонопольную службу, и без малого 2 тыс. человек так и поступили. "Это парализовало работу агентства, которое по закону обязано отвечать на все жалобы", - говорится в статье. Министерство аннулировало контракт. В итоге чиновник, который заключал контракты, уволился. "От моего первого поста до его отставки прошла неделя", - заявил Навальный.

Успех этой кампании повлек за собой целый водопад электронных писем со ссылками на сходные контракты. Но Навальный разъясняет: "Я не могу в одиночку заменить собой ФАС и прокуратуру. Так родилась идея создать сайт, где люди могли бы делать это сами".

"Фактически RosPil - попытка отдать работу Навального на краудсорсинг. Это кажется разумным, поскольку такая работа неотъемлемо связана с опасностью. RosPil распределяет риск, связанный с разоблачением коррупции, и в определенном смысле служит страховкой: если с Навальным что-нибудь случится, RosPil не прекратит работу и, возможно, настолько пристыдит правительство, что оно само себя реформирует", - говорится в статье.

В феврале Навальный объявил, что собирает пожертвования на сайт RosPil, и за неделю получил более 120 тыс. долларов. "Тот факт, что люди жертвуют деньги, очень важен в контексте цинизма россиян", - говорит Алех Цивински, экономист из Йеля, сделавшийся для Навального чем-то вроде ментора. "Россия - богатая страна, и теперь люди думают не только о вещах первой необходимости. Написать Навальному - это в каком-то смысле значит воспользоваться своей властью. Навальный пользуется колоссальной востребованностью народного движения снизу", - добавил Цивински.

Навальный также сумел превратить людей из просто сторонников в борцов-единомышленников, считает автор. "Алексей дает людям возможность стать гражданскими активистами без вступления в неправительственные организации или политические партии", - заметила Елена Панфилова. Дебаты Навального и декана "элитного московского университета, тесно связанного с Медведевым" собрали сотни студентов, продлились 4 часа, но почти никто не ушел. Это опровергает расхожее представление об апатичности молодых россиян, замечает автор.

"Это также свидетельствовало о растущей "звездности" Навального", - добавляет Иоффе. Осенью прошлого года газета "Коммерсант" провела в интернете неофициальные выборы мэра Москвы. Навальный победил с огромным отрывом - 45%. Второе место занял "кандидат "ни за кого не голосую" - 14%.

"Для меня это огромная ответственность", - сказал по этому поводу Навальный в интервью. Он не скрывает своих политических амбиций, пишет автор. Аналитик Маша Липман назвала Навального прирожденным политиком. "Отчасти притягательность Навального объясняется тем, что он отвергает российский либерализм, по его мнению, безнадежно утративший связь со страной, консервативной по своей сути. Его национализм - нечто непримиримое и даже шокирующее", - пишет Иоффе. "Но он твердо заявляет, что является прагматиком, а не идеологом", - отмечает автор. "Есть множество вопросов, которые нам следует обсуждать, а не отдавать на откуп националистам", - говорит Навальный.

Оппозиционер Владимир Милов в интервью предостерегает: впереди Навального ожидают большие сложности. "Как только он придет в большую политику, он утратит поддержку людей, которые думали, что просто пишут письма", - полагает он. И все же Навальный всегда пытается напомнить своим сторонникам, что их работа имеет неотъемлемое политическое значение. Оппозиционный блогер Антон Носик говорит, что Навальный - "первый за очень долгое время российский оппозиционер, который понимает оппозицию не как процесс создания альтернативной политической номенклатуры, но как реальные действия".

Навальный и его жена Юлия никогда не задумывались об эмиграции, в отличие от растущего числа своих российских ровесников. Недавно Навальный прошел шестимесячную стажировку в Йеле, но взял билеты туда и обратно. "Мне самому неохота признаваться, но после того, как прошла эйфория от новизны, я ощутил стереотипное чувство русского эмигранта за границей: по-настоящему соскучился по черному хлебу", - пояснил он.

В Йеле Навальный ходил на занятия в бизнес-школе, работал с преподавателями правоведения и изучал американскую политическую систему. По его словам, очень интересно, как создаются маленькие организации, которые затем начинают влиять на политику. "Например, "Чаепитие". Невероятно: собрались несколько старушек, а теперь они наседают на Обаму со всех сторон", - заметил Навальный. Он выразил желание создать сходное движение в России.

"Возвращаясь на метро после визита к нему домой, я задумалась об опасностях, которым подвергается Навальный", - пишет Иоффе. В интервью ей Навальный заявил, что либерально настроенные российские бизнесмены трусят. "Не понимаю этой позиции. Во-первых, это скучно. Во-вторых - извините, если это прозвучит пафосно - лучше умереть стоя, чем жить на коленях", - сказал Навальный.

"Столь же презрительно он высказался о тех, кто считает, что он сам или кто-то еще борются с хорошо смазанной машиной репрессий", - замечает автор. "Я не согласен: те, кто работает в бизнесе на достаточно высоком уровне, могут вам сказать, что никакой машины вообще нет. Все выдумка. То есть они могут уничтожить одного человека, как Магнитского, меня или Ходорковского. Но если они попытаются предпринять нечто систематическое против колоссального числа людей, то никакой машины не будет. Это просто пестрая компания мошенников, объединившихся под портретом Путина", - сказал Навальный. "Если завтра десять бизнесменов выступят открыто и прямо, мы будем жить в другой стране. Прямо с завтрашнего дня", - добавил он.

Источник: The New Yorker


facebook
Рейтинг@Mail.ru
liveinternet.ru: показано число просмотров за 24 часа, посетителей за 24 часа и за сегодня
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2016 InoPressa.ru