Архив
Поиск
Press digest
25 сентября 2020 г.
3 апреля 2007 г.

Даниэль Бресслер | Süddeutsche Zeitung

"Это бы привело к безумию"

В интервью Süddeutschen Zeitung президент Грузии Михаил Саакашвили говорит об экономике и внешней политике своей страны. России он адресует однозначные предупреждения

Между Россией и Грузией назревает конфликт, который постоянно грозит перейти в противостояние с применением силы. Москва поддерживает два сепаратистских региона Грузии и считает, что Грузия провоцирует ее своей прозападной ориентацией.

В октябре Россия прервала практически все связи с Грузией после того, как в Тбилиси по подозрению в шпионаже были задержаны и высланы из страны четверо российских военнослужащих. О сегодняшней ситуации с президентом Грузии Михаилом Саакашвили в Тбилиси беседовала Süddeutsche Zeitung.

- Господин президент, тысячи грузин были депортированы из России. Ваша страна в этой связи подала иск против России в Европейский суд по правам человека. Считаете ли вы, что это правильный путь для возвращения к нормальным отношениям с Россией?

- Все остальные политические и правовые средства мы уже исчерпали. Возможно, нам стоило быть более терпеливыми, но мы не могли сидеть сложа руки. Как демократическое государство мы обязаны отчитаться перед своими гражданами. Мы вынесли этот вопрос на международный уровень, подав иск цивилизованным образом. Мы надеемся, что этот факт не будет стоять на пути диалога. Мы открыты и занимаем гибкие позиции.

- При каких условиях возможен подобный диалог? В одной из своих речей перед парламентом вы упрекнули Россию в том, что она пытается любыми мыслимыми способами дестабилизировать Грузию и даже готова использовать при этом террор.

- Я не употреблял при этом слово "Россия".

- Да, но всем было понятно, что вы имели в виду Россию.

- Я обращался к моему народу, а не к народам других государств. Нужно говорить своему народу правду.

- А как выглядит эта правда?

- С одной стороны, происходят такие вещи, как авианалеты в Верхней Абхазии (грузинские власти переименовали Кодорское ущелье в Верхнюю Абхазию. - Прим. ред.). Это никак нельзя назвать цивилизованной формой конфликта. Мы надеемся на объективный отчет ООН, однако у нашего населения не остается сомнений в том, кто стоит за этими налетами.

Существуют и другие попытки дестабилизировать регионы, в которых активны сепаратисты. Мы должны говорить об этом, кроме нас этого никто не сделает. С другой стороны, российское эмбарго помогло нашей экономике. Она развивается, несмотря на введенное эмбарго, и это должно пойти на пользу самосознанию грузинской нации.

Мы доказали, что мы стабильное государство. Россию я постоянно упоминаю лишь с той целью, чтобы поблагодарить ее за эмбарго. Я говорю это на полном серьезе. В перспективе это принесет плоды для нашей экономики и нашей стратегической переориентации.

- Это похоже на рискованную игру. Вы намеренно довели дело до эскалации, чтобы стать независимым от России?

- Как вы верно отметили, это было чрезвычайно рискованно. Ни один государственный лидер не пошел бы на это, рискуя своей репутацией. И, конечно, неверно было бы утверждать, что мы ликовали по поводу российской блокады. Вначале мы были очень обеспокоены. Но в нас вселил мужество пример стран Балтии, особенно Эстонии. Мы отдавали себе отчет в том, что мы не первые встали на эту тропу.

- Но вам все равно еще необходим российский рынок? 1,3 млн эстонцев не выпивают столько грузинского вина, как 140 млн русских.

- Мы увеличили долю нашего экспорта не только в страны Балтии, но и на Украину и в Центральную Азию. Я видел грузинское вино в таких далеких от Грузии местах, как Япония или Китай. Прежде всего, мы стали производить продукцию более высокого качества. Но, несомненно, мы нуждаемся и в российском рынке. Мы же не сумасшедшие. Он нам будет нужен всегда. Наше возвращение на этот рынок - вопрос не одного месяца.

- Но не испытываете ли вы нужду в России и с политической точки зрения? Как без России вам удастся разрешить конфликт вокруг мятежных регионов Абхазии и Южной Осетии?

- Эта проблема не может быть решена без участия России, поскольку именно в России и заключается проблема. Что касается Южной Осетии, то Россия здесь представляет собой единственную проблему. Российские официальные лица получили там контроль над правительством. Но решения должны принимать люди, которые там живут.

Мы готовы вести с осетинами переговоры относительно будущего. Мы должны показать людям, что вооруженные военные на контрольно-пропускных пунктах стоят у них на пути и не являются решением проблемы. Сразу за российскими КПП на территории Южной Осетии мы строим дискотеки, кинотеатры и бассейн, спортивный зал и парк развлечений. Люди будут проходить через КПП и идти танцевать.

Что могут предпринять против этого солдаты? Все дело в том, что нам навязывается военное решение проблемы перед тем, как мы добьемся успеха. Поэтому мы не поддаемся ни на какие провокации. Время работает на нас.

- В самом деле? Россия хочет сделать независимость Косово прецедентом. Что случится, если Россия признает независимость Абхазии?

- Это было бы явным проявлением агрессии. Каждая страна имеет право ответить на агрессию. Но я не думаю, что кто-то будет действовать столь необдуманно. Между Косово и Абхазией не существует параллелей.

- Но Россия их проводит.

- Если и есть в мире страна, которой не стоило бы проводить параллелей, так это Россия. А если и есть регион, в котором Россия должна особенно этого избегать, так это Кавказ. Я уверен, что русские достаточно разумны, чтобы подумать над этим.

- В противном случае не избежать войны?

- Я бы не стал употреблять слово "война". Это бы привело к безумию. Никто не может себе позволить быть безумным.

- В то время как другие уходят из Ирака, Грузия увеличивает число своих военнослужащих с 850 человек до 2 тысяч. Сражаются ли ваши военнослужащие за право вступления в НАТО?

- Но в Ираке речь не идет о натовской операции. Здесь нет прямой взаимосвязи.

- Да, но у вас есть возможность продемонстрировать себя США в качестве хороших союзников.

- Нет, американцы и без этого являются нашими союзниками. Они не просили нас об увеличении контингента. Это было чисто грузинской инициативой, заключавшейся в том, чтобы увеличить наш воинский контингент на один год. После этого мы выведем большую часть солдат. Где мы действительно будем более массированно участвовать в натовской операции, так это в Афганистане. Грузия расположена в очень неустойчивом регионе недалеко от Ближнего Востока. Мы хотим внести свой вклад в обеспечение большей безопасности.

- В Европе Грузию нередко рассматривают как слишком преданного союзника Вашингтона. Вызывает ли у вас этот факт беспокойство?

- В ООН Грузия практически всегда голосует так же, как ЕС, а не как США. Мы не американцы, мы европейцы. Но американцы были первыми, кто нас поддержал. Это принесло с собой определенные симпатии. Но теперь все большее участие проявляют европейцы. Недавно министр иностранных дел ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер был у нас с официальным визитом. Это был один из самых позитивных визитов западных политиков, какие только имели место в Грузии.

Источник: Süddeutsche Zeitung


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru