Архив
Поиск
Press digest
10 июля 2020 г.
3 октября 2008 г.

Роджер Бойз | The Times

На автобусе из Осетии в Ингушетию по раздираемой междоусобицами "кайме" российской империи

"Живее, садитесь!" - Мачат, мужчина с полным ртом золотых зубов, торопится собрать деньги за проезд и рывком тронуться в путь на своем микроавтобусе, в котором страшно трясет - кости переломаешь. За 30 рублей - это меньше 1 евро - на его раздолбанной машине можно добраться из Осетии, былого (и возможно, будущего) поля брани, в соседнюю Ингушетию, где ширится повстанческое движение.

Путешествие начинается на автовокзале во Владикавказе. По дороге проезжаешь через блокпосты, обложенные мешками с песком, мимо прыщавых солдат, которые балуются с предохранителями своих автоматов, и оказываешься на автостраде М-29, которая идет вдоль северных предгорий гор Кавказа, утопающих в зелени, в земли, которые россияне считают пристанищем бандитов. Название М-29 звучит безобидно - точно это обычное шоссе в Великобритании, с ресторанами сети Little Chef по обочинам. Но на деле это Главное Европейское Шоссе Похищений.

"Иностранец... хм, - говорит Мачат и велит мне занять привилегированное переднее сиденье подальше от оборванных пассажиров в салоне - торговцев, которые обстряпывают сделки на меже, разделяющей два сопредельных российских региона. - Со мной ты в безопасности". Он показывает мне удостоверение, согласно которому он является капитаном тайной полиции Ингушетии. Теперь один сотрудник спецслужб непременно сопровождает каждый автобус, следующий на восток из Осетии в Назрань, столицу окровавленной полоски земли под названием Ингушетия, или в опасную Чечню, или в Дагестан, где по ночам дороги оказываются во власти местных баронов-разбойников.

Полицейское удостоверение Мачата (на фотографии он изображен в форме, с закрытым ртом, так что золотых коронок совершенно не видно) меня почему-то ничуть не ободряет. Эта южная оконечность России - места почти беззаконные. Правительственные кортежи попадают в засады, российских военнослужащих обстреливают или похищают, кровавые междоусобицы перекидываются на все государственные и общественные структуры, слабые министры подкупают лидеров кланов, дабы заручиться их поддержкой. Дома закидывают бутылками с зажигательной смесью. Рыщут банды российских сотрудников спецслужб, похищающие подозрительных лиц и подвергающие их пыткам. Молодые бандиты-исламисты платят им той же монетой.

Здесь империя разваливается. В августе общая ситуация выглядела для российской стороны более многообещающей. Шестидневная война с Грузией, по-видимому, казалась гигантским шагом вперед для государства Владимира Путина, которое столь сильно опирается на негласную угрозу применения силы. Российские войска вклинились в Грузию, подорвали авторитет лидера, который навлек на себя раздражение Кремля, и без особых затрат обеспечили "независимость" не только Южной Осетии, но и Абхазии, имеющей выход к Черному морю. Впервые после распада СССР Россия имеет свой военный контингент по ту сторону Кавказа. Но, поступив таким образом, она превратила трассу М-29 в дугообразный очаг кризиса.

Северная Осетия - часть России - рассчитывает слиться с Южной Осетией; российские субсидии начнут поступать широким потоком, и вскоре появится новая провинция под руководством христиан, которой много с кем надо свести счеты. Неподалеку находится Чечня, вновь набирающая силы, - она активно восстанавливается после десятилетней войны, пыжится от гордости и тоже хочет кое с кем свести счеты. Между Осетией и Чечней затиснута Ингушетия, где руководство не справляется с ситуацией, - край убийств по политическим мотивам. На этой неделе в Назрани террорист-смертник безуспешно пытался таранить своей "Ладой" с полным грузом взрывчатки "мерседес" министра внутренних дел Ингушетии Мусы Медова.

Вот каких масштабов достигли неудачи Кремля на южной границе России.

"Мы должны быть вместе", - говорит Нина Халойева, преподавательница из Владикавказа - российского города-гарнизона на Кавказе, который со времен царизма был христианской крепостью на мусульманской территории. Она подразумевает две Осетии. "У нас почти у всех есть родственники в Южной Осетии, и мы очень близки в эмоциональном плане, северная часть и южная. Помню, как в детстве я там сидела под развесистыми яблонями со своими двоюродными братьями и сестрами".

Халойева преподает в Институте цивилизации во Владикавказе. Это название имеет глубокие коннотации: для многих россиян Владикавказ - это последний форпост, за которым начинается мир варваров. Писатель Михаил Лермонтов, живший в XIX веке, был одним из многих литераторов-изгнанников, которые в ответ на эти предрассудки живо изображали горцев как людей более чистосердечных, чем развращенные души санкт-петербургского двора. Русские его за это не поблагодарили. Когда Лермонтов погиб на дуэли в Пятигорске - это совсем недалеко, тоже на нынешней М-29, царь сухо заметил: "Собаке - собачья смерть".

Осетины уже сошли с тропы войны, но, впрочем, военную форму не сняли. Армия, ощутившая в Грузии вкус быстрой победы, ожидает нового задания. Тем временем можно видеть крутых парней в камуфляжной форме, которым делают маникюр. Вожди кланов вкладывают деньги в салоны красоты, которые держат их любовницы, и местным бойцам настоятельно рекомендуют туда ходить; так армия становится ухоженнее.

Чтобы вновь разжечь огонь взаимной ненависти осетин, ингушей и чеченцев, ничего особенного не потребуется. Ингуши, как и чеченцы, в 1944 году были высланы с их земель Сталиным. Когда в 1950-е годы они вернулись из Казахстана (там они гнули спину на золотых приисках - вот откуда берет начало их мастерское умение отливать золотые зубы), то обнаружили, что их дома уже заняты осетинами. В 1992 году ингуши воевали с Северной Осетией, пытаясь отвоевать часть этих земель. Война была короткой и кровавой, ингуши потерпели поражение. Теперь память о войне увековечена в мемориальном музее в окрестностях Назрани. Это рана, которую постоянно теребят.

Затем, в 2004 году, была захвачена школа в Беслане. Более 300 детей и учителей, в большинстве своем осетины, погибли частично от рук террористов - чеченских сепаратистов, среди которых было много выходцев из Ингушетии, - а частично в результате неэффективной попытки российских войск освободить заложников. Так что некоторые осетины жаждут отомстить своим соседям-мусульманам.

На руинах бесланской школы (за железнодорожной линией построена новая школа, охраняемая солдатами) кто-то написал на стене строки поэта и певца Владимира Высоцкого: "Если ты не схватишься с палачом и не ринешься в бой, твоя жизнь утратит смысл и право на существование" [обратный перевод с английского]. В спортзал, где погибла большая часть детей, посетители приносят сотни бутылок с водой; террористы отказывали заложникам в воде. Под баскетбольным кольцом стена до сих пор страшно изуродована выбоинами от пуль.

Тогда президентом был Владимир Путин. Он отчаянно жаждал отвлечь негодующую общественность от своей неэффективности в условиях кризиса. Вину он возложил на местные власти и воспользовался бесланскими событиями как предлогом для усиления контроля Кремля над назначениями местных сатрапов. Теперь Путин вынужден разбираться с последствиями своего шага по захвату полномочий. Власть президента Ингушетии Мурада Зязикова, в прошлом генерала секретной службы, которого Путин назначил на нынешний пост, день ото дня рушится.

Замена Зязикова другим человеком будет признаком слабости Кремля, но держать его на прежнем посту - значит ввергать эту маленькую республику в хаос. Поворотный момент наступил в августе, когда один из самых ярых критиков Зязикова, интернет-журналист Магомед Евлоев был застрелен милиционерами вскоре после приезда в Ингушетию. Президент прилетел из Москвы на одном самолете с Евлоевым и вышел по отдельному трапу, а милиция забрала Евлоева, тело которого позднее было оставлено около больницы в Назрани. Президент почти не осмеливается высунуть нос из своего дворца с золотым куполом. Семья журналиста объявила семье Зязикова кровную месть; одного родственника Зязикова уже убили. По словам диссидентов, президент прислал семье Евлоева эмиссара, который уверял, что Зязиков никоим образом не причастен к убийству. Складывается впечатление, что президент испуганно пустился в бега; для Кремля это проблема.

Помня о судьбе Евлоева, я со смешанными чувствами в душе переступил порог единственной гостиницы в Ингушетии - зловеще-пустынного отеля "Асса", где комнаты напоминают склепы. Был случай, когда местная тайная полиция ворвалась в номера российских журналистов, приехавших туда в командировку: им завязали глаза, их избили, пригрозили убить и выбросили из машины на границе с Чечней. В вестибюле дежурят пятеро мужчин с автоматами Калашникова: то ли чтобы предотвратить подобные происшествия, то ли чтобы гарантировать, что на сей раз похищение репортера пройдет гладко. Пять человек - по одному на постояльца. Кажется, я сумел угадать, который из них мой. Его автомат лежал на полу, точно преданная собака на коврике у ног хозяина.

Ускользнув от своих опекунов, я направился на крытый рынок. Там я познакомился с 17-летнем Назиром - парнем, у которого слегка пробиваются усы. Он стоял с друзьями (на одном была футболка "Арсенала") между лотком, с которого торговали поддельными колготками Wolford, и другим, с метлами. В Назрани пять рынков и четыре мечети. В пространстве между рынками и мечетями и формируется сопротивление режиму Зязикова.

В этой республики с 300 тыс. жителей уровень безработицы столь высок - по-видимому, почти 70% - что отцы радуются, когда их дочери выходят замуж за дорожных инспекторов или сотрудников тайной полиции - тех немногочисленных людей, которые приносят в дом крупные взятки.

Назир говорит, что его тезка - один из трех уроженцев Ингушетии, которые завоевали на Олимпиаде золотые медали. Медали по вольной борьбе, дзюдо и боксу. "Драться мы любим", - ухмыляется он. Собственно, так и есть. За последние несколько месяцев, по данным правозащитной организации "Мемориал", произошло 83 убийства по политическим мотивам и 30 похищений. Другая организация, "Машр", подсчитала, что за последние 5 лет в стране было похищено не менее 150 человек.

Есть радикальные исламисты, которые хотят создать независимое ингушское государство, чтобы вернуть чистоту нравов в общественную и частную жизнь. Это они привезли на Кавказ практику террористов-смертников - способ убийства, чуждый местной культуре. Традиционно заведено, что жертва кровной мести должна заглянуть в глаза своему убийце; вот почему предпочтение так часто отдается ножу.

Есть также умеренные, которые хотят создать столько трудностей для российской власти, чтобы Москва сместила нынешнего президента Зязикова и назначила на его место Руслана Аушева - более напористого человека, который навлек на себя неудовольствие путинского истеблишмента. Первая задача этих кругов - поставить президента в положение фактического пленника, заточенного в его дворце.

Есть также люди типа Назира, которые просто хотят добыть несколько скальпов.

Насмотревшись на все это, в Чечню въезжаешь с некоторым облегчением.

Путешествие Роджера Бойза продолжится завтра.

Чечня и Ингушетия

Русские завоевали эту область и присоединили к своей империи в 1859 году. Несмотря на вражду, у ингушей и чеченцев есть много общего в культуре и истории, их языки близки. В 1936 году, при власти Сталина, была образована Чечено-Ингушская автономная республика в составе России.

После Второй мировой войны Сталин обвинил чеченцев в пособничестве нацистам и депортировал их в Сибирь и в Среднюю Азию. Им позволили вернуться только в 1957 году.

Когда в 1991 году Чечня провозгласила независимость, ингуши оказали сопротивление, и начались бои. Ингуши проголосовали за образование республики Ингушетия в составе России.

Россия имела два ожесточенных конфликта с чеченскими мятежниками - в 1994-1996 годах и затем начиная с 1999 года.

Северная Осетия

Северная Осетия (или Северная Осетия-Алания, если называть ее полным именем) с незапамятных времен находилась на перепутье основных магистралей Кавказа. Северная Осетия стала первой областью Северного Кавказа, которая в XIX веке подпала под власть России. Сегодня большинство населения там составляют осетины и русские.

Ингушетия и Северная Осетия долгое время враждуют между собой за Пригородный район, который в 1944 году был включен в состав Республики Северная Осетия. После войны 1992 года из Пригородного района было изгнано ингушское население.

Северная Осетия - самая промышленно-развитая и урбанизированная республика региона. Главные отрасли экономики - металлургическая и химическая промышленность, производство электроники, машиностроение, пищевая промышленность.

Источник: база данных Times

Источник: The Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru