Архив
Поиск
Press digest
9 декабря 2019 г.
3 сентября 2008 г.

Пол Квинн-Джадж | The Christian Science Monitor

Трещины в королевстве Путина

Серьезные голоса в России подвергают критике его мнение об Абхазии и Южной Осетии

Спустя несколько дней после признания Кремлем независимости двух спорных территорий, Южной Осетии и Абхазии, респектабельная московская газета под названием "Коммерсант" разместила на своем сайте едкий видеоролик. Владимир Соловьев, чьи репортажи из Грузии сделали бы честь СМИ любой страны, произвел жесткий анализ войны и ее последствий.

Ровно в ту секунду, когда Дмитрий Медведев подписал указы о признании Абхазии и Южной Осетии, поверженная в войне Грузия в миг стала победительницей. "Михаилу Саакашвили пора снять телефонную трубку, набрать номер Дмитрия Медведева и сказать ему: "Спасибо, коллега".

В ролике отображена растущая в российском истеблишменте тенденция. Эйфория, последовавшая за разгромом грузинской армии стоимостью 2 млрд долларов и унижением президента Саакашвили, рассеялась. И впервые с тех пор, как Владимир Путин - с его жестким, бескомпромиссным и мстительным взглядом на мир - пришел к власти в 1999 году, серьезные голоса выражают недоверие его точке зрения.

Они ясно чувствуют, что Россия не так уж авторитетно вернулась на международную арену, как полагает Путин; вместо этого страна попалась в опасную и подрывающую силы ловушку.

Многие выдающиеся российские эксперты по внешней политике предвидели признание спорных территорий и решительно предостерегали от этого шага. Среди них - многоопытный дипломат и бывший министр российского правительства Алексей Адамишин. "Россия имеет полное моральное право признать независимость Абхазии и Южной Осетии, - писал он в статье еще до начала событий, - Но последствия этого шага будут катастрофичными".

Парой неделей ранее Сергей Караганов из Совета по внешней и оборонной политике, российского эквивалента Совета по международным отношениям, призывал Кремль хорошенько подумать, прежде чем признавать два сепаратистских государства. Признанию предшествовали и другие столь же мрачные прогнозы, в деловом сообществе наблюдаются косвенные признаки озабоченности.

Критика выявляет расхождение во взглядах внутри российской правящей элиты. Эта критика исходит от модернизаторов, которые считают Россию - нравится это или нет - частью международного сообщества и хотят, чтобы Россия пошла дальше коррумпированного государственного капитализма и удушающей бюрократии.

Эти люди опасаются, что Россия уже ввязалась в новую холодную войну, которая помешает экономическому развитию и приведет к откату индивидуальных свобод. "Нужно четко осознавать, что главная цель игры, которую нам навязывают сознательно или бессознательно: сорвать модернизацию России", - мрачно утверждал Караганов после признания.

Авторы этих аргументов - умудренные опытом члены российского политического истеблишмента. Они спокойно относятся к кремлевской политике ограничения суверенитета соседей. Иными словами, независимость не означает свободу выбора союзников, если у тебя общая граница с Россией.

Эти голоса предвещают настоящий кризис тогда, когда внимание переключится на Украину. Они не обратили внимания на противоречие между нынешней путинской решимостью защищать российских граждан, где бы они ни находились, и тем, как он в начале этого десятилетия курировал кампанию, приведшую к гибели десятков тысяч российских граждан в Чечне. Они соглашаются и с высказанным Путиным в последних интервью аргументом о том, что за грузинским конфликтом стоит зловещий заговор Запада.

В чем они имплицитно упрекают Путина, так это в том, что он позволил этому якобы имевшему место заговору обмануть себя. Это, по их мнению, будет иметь огромные последствия для развития страны.

Возможно, еще большая проблема в том, что Путин смотрит назад.

Лучше всего его можно охарактеризовать термином "совок" - одним из тех многослойных словечек, которые так нравятся русским. В данном случае оно означает человека, олицетворяющего собой мрачный и замкнутый взгляд на мир обычного советского человека, подозрительно относящегося к внешнему миру, обидчивого и злопамятного. Путин страстно говорит о "катастрофе", которой стал распад СССР, - страшном лично для него времени, когда он потерял работу.

Он очень мало кому доверяет. Его помощники говорят, что он разрабатывает политику по ключевым вопросам - Грузии, Украине, НАТО - сам, советуясь с узким кругом лиц, и имеет обыкновение импровизировать. Его не интересует российский фондовый рынок, сильно пострадавший после начала грузинского кризиса, а большинство сверхбогатеев, многие из которых - его близкие соратники, сделали свои состояния, следуя одному правилу: делай точь-в-точь то, что говорит Путин.

В прошлом все следовали этому правилу, и многие представители правящей элиты были искренне убеждены, что он - подходящий лидер для нынешней эпохи. Теперь закрадываются сомнения, а люди готовятся к тяжелым временам. Сильный человек начал демонстрировать слабости.

Пол Квинн-Джадж - директор проектов Международной кризисной группы (International Crisis Group) по Центральной Азии



facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru