Архив
Поиск
Press digest
9 декабря 2019 г.
7 декабря 2006 г.

Йоси Мельман | Ha'aretz

Как Израиль иранцам проиграл

Несмотря на агрессивные заявления лидеров Ирана - президент Махмуд Ахмадинежад на этой неделе повторил свою мантру о надежде на то, что в ближайшем будущем сионистского врага ждет крах, - представители Ирана ведут переговоры с представителями Израиля. И это вовсе не непрямые переговоры, а реальные встречи. Эти встречи продолжаются уже около двух десятков лет и связаны с трудным международным арбитражем по поводу долгов между двумя странами.

В настоящий момент в нескольких европейских странах одновременно проходят три различных арбитражных процесса, и все они касаются сложной юридической и деловой структуры под названием Trans-Asiatic Oil Limited и имеют отношение к одному из самых больших секретов Израиля и Ирана: в прошлом две страны были связаны нефтяными связями. Три года назад один из судов постановил, что израильские топливные компании должны выплатить Iranian National Oil Company десятки миллионов долларов. Все стороны приложили усилия к тому, чтобы сохранить это решение и все детали дела в тайне.

Рождение Eilat-Ashkelon Pipeline Company

После того как Иран де-факто признал Израиль в 1951 году, отношения между двумя странами становились все теснее, и в 1971 году они достигли точки стратегического партнерства. Это партнерство включало четыре основных компонента: иранское содействие операциям по иммиграции евреев из Ирака; израильско-иранское сотрудничество в области разведки ("Моссад", "Шин-Бет" и ЦАХАЛ помогли создать и обучить иранскую армию и подразделения "Савака", иранской службы безопасности, и управлять ими. В ответ разведывательные организации Израиля получали содействие Ирана в сборе информации и работе агентуры в Ираке с тем, чтобы помочь курдскому восстанию); соглашения о военном сотрудничестве и поставки иранской нефти в Израиль.

Начиная с 1975 года, военное сотрудничество строилось вокруг иранских инвестиций на сумму 1,2 млрд долларов в несколько исследовательских и конструкторских проектов по израильским вооружениям. Эти инициативы под кодовым названием "Цур" включали строительство в Иране завода по производству боеприпасов "Солтам", разработку истребителя Lavi, разработку противолодочной ракеты на основе технологии Gabriel, и, по данным иностранных источников, разработку обновленной версии ракеты "земля-земля" с дальностью полета 600 км. Ко времени прихода к власти аятоллы Хомейни в 1979 году, который положил конец сотрудничеству, Израиль уже передал схемы ракеты Ирану.

Поставки иранской нефти в Израиль начались уже в начале 1950-х. Нефть доставлялась в танкерах в Эйлат и оттуда по трубопроводу диаметром около 40 см - в Беэр-Шеву. Нефтепровод и его строительство финансировала семья Ротшильдов, которая и была его владельцем. После Шестидневной войны 1967 года и закрытия Суэцкого канала Израиль (премьер-министром которого в то время был Леви Эшколь) убедил шаха Мохаммеда Резу Пахлави воспользоваться новой ситуацией и создать совместную нефтяную компанию с боле широкой сферой деятельности. Шах согласился.

Так была создана Trans-Asiatic Oil, совместная компания израильского правительства (через министерство финансов) и Iranian National Oil Company. Израильское правительство предоставило компании эксклюзивную франшизу на транспортировку и хранение нефти. Иранские оппоненты этой инициативы более всего боялись, что, если о сотрудничестве станет известно, арабские страны начнут критиковать Тегеран. Поэтому, дабы сохранить секретность, компанию зарегистрировали в Панаме. Владельцами Trans-Asiatic Oil, согласно израильскому регистрационному бюро компаний, является Eilat Corporation и еще одна компания - обе также зарегистрированы в Панаме.

В Израиле Trans-Asiatic действовала так, как будто была иностранной компанией. Она выкупила у Ротшильдов нефтепровод до Беэр-Шевы и продолжила более крупный, с диаметром около метра, из Эйлата в Ашкелон, где были отстроены терминалы для загрузки и выгрузки нефти. Строительство терминалов было завершено в 1969 году. Закрытие Суэцкого канала осложнило поставки нефти в Европу из Персидского залива. Танкеры были вынуждены проделывать долгий путь до мыса Доброй Надежды. Идеей, стоявшей за созданием компании, было сокращение морских путей и сроков поставок и повышение доходов. Танкеры загружали нефтью в портах Ирана, доставляли в Эйлат, где разгружали в специально выстроенном для этой цели терминале, и транспортировали нефть по трубопроводу в Ашкелон. Большую часть вновь загружали в танкеры и отправляли в Европу, а небольшой процент оставляли для нужд израильской энергетики. Iranian National Oil Company продавала нефть Trans-Asiatic по ценам ниже рыночных и предоставляла кредит на три месяца.

В пору расцвета Trans-Asiatic была экономической империей с оборотом в миллиарды долларов. Она открыла подразделение, Eilat-Ashkelon Pipeline Company (EAPC), которое владело двумя трубопроводами и контейнерами для хранения нефти в Ашкелоне и Эйлате. Она купила и арендовала флотилию из 30 огромных танкеров. В годы успеха по ее нефтепроводам транспортировалось около 54 млн тонн нефти.

Однако через 10 лет процветания ударил кризис. Правление шаха слабело. Примерно за 2 месяца до прихода Хомейни к власти Iranian National Oil Company перестала продавать нефть Trans-Asiatic, по сути, парализовав ее. Одним из первых решений Хомейни после прихода к власти стало полное прекращение отношений с Израилем. Многие израильские компании и бизнесмены, работавшие в Иране в сфере строительства, коммуникаций, инфраструктуры, фармацевтики и торговли, уехали еще в дни заката шаха. Иранцы по-прежнему были должны некоторым из них деньги, например, Яакову Нимроди, который построил опреснительные заводы на Кише, любимом острове наслаждений шаха. Иран отказался от всех совместных инициатив в сфере безопасности и нефти.

В первые годы израильские управляющие Trans-Asiatic пытались вести секретные переговоры с представителями Iranian National Oil Company с целью добровольного расторжения партнерства в законном порядке. Однако иранцы прервали контакты и отказались слушать израильтян. Trans-Asiatic продала нефтяные танкеры - в основном, в убыток, была вынуждена уволить десятки сотрудников, прекратила деятельность и закрыла офисы за границей. От банкротства компанию спас мирный договор с Египтом от 1979 года, в контексте которого Египет пообещал продавать Израилю нефть в качестве компенсации потери нефтяных вышек на Синае. Египетская нефть, в среднем, около 1,5 млн тонн в год, прибывала в танкерах в Эйлат, а оттуда транспортировалась по нефтепроводу в Ашкелон, а затем на нефтеперерабатывающие заводы в Хайфе и Ашдоде.

Иранцы хотят денег

В 1985 году у иранцев неожиданно вновь проснулся интерес к Trans-Asiatic. Через адвокатов в Европе они потребовали, чтобы компания выплатила долги их государственной нефтяной компании. Долги были поделены на три части: непрямой долг топливных компаний Paz, Sonol и Delek, который был оценен более чем в 100 млн долларов по уровню цен 1979 года, прямой долг Trans-Asiatic в полмиллиона долларов за транспортировку нефти по нефтепроводу в кредит на три месяца; и еще один долг, связанный с деньгами, хранившимися на общих банковских счетах. Иран заявил, что Израиль в одностороннем порядке опустошил компанию и захватил ее имущество и активы.

Когда прозвучали иранские претензии, адвокат Элханан Ландау, который в прошлом служил юридическим советником министерства финансов и был знаком с темой, получил задание возглавить дело Trans-Asiatic. После его смерти ему на смену пришел его партнер, Цви Никсон, который продолжает быть юридическим советником компании. Согласно принятой линии поведения, было решено, что ответственность за ситуацию лежит на Iranian National Oil Company, потому что она в одностороннем порядке перестала соблюдать обязательства перед Trans-Asiatic, прекратила контакты, перестала интересоваться компанией и нанесла ей серьезный ущерб.

Израиль предложил провести дискуссии об ответственности и долгах по всем трем совместным предприятиям. Иран отверг это предложение и потребовал выплаты долга. Когда Израиль отказался, Iranian National Oil Company обратилась к статьям в контрактах, где говорилось, что в случае диспута вопрос должен быть передан в арбитраж.

Так было создано три арбитражных механизма. Два процесса идут в Швейцарии, третий - в еще одной европейской стране. Сначала арбитром, представляющим израильскую сторону, был бывший министр юстиции Хайм Цадок. После его смерти эти функции были возложены на адвоката Дори Клагсбальда. Сейчас он отбывает 13-месячное тюремное заключение за серьезное ДТП, однако Trans-Asiatic не намерена отказываться от его услуг как арбитра израильской стороны.

Подход, принятый Израилем с начала дискуссий, заключается в сознательном затягивании. На протяжении лет Израиль даже отказывался платить зарплаты и оплачивать расходы арбитров. Лишь недавно компания начала оплачивать свою часть стоимости арбитражного процесса. Более того, Израиль подал встречный иск, обвинив Иран в отказе от ответственности за сложившуюся ситуацию, и сделал все возможное, чтобы Иран не получил от него ни копейки. От этой ситуации выигрывают лишь адвокаты и арбитры, которые получают щедрые зарплаты за свои усилия.

Иран в арбитражных инстанциях представляют его юридические советники, работающие в Европе, включая юрисконсульта в Международном суде в Гааге. Арбитраж ведут юристы из Швейцарии. Как упоминалось, около трех лет назад, спустя почти 20 лет дискуссий, арбитры постановили, что три израильские компании должны выплатить Ирану десятки миллионов долларов. Изначально иранцы требовали сотни миллионов, однако после того, как арбитры приняли иски израильских фирм о том, что они понесли серьезный финансовый урон в результате поведения иранской стороны, сумма была сокращена до десятков. К настоящему времени долг так и не выплачен.

Прямой арбитраж против Trans-Asiatic по долгу в полмиллиона долларов за транспортировку нефти по трубопроводу продолжается. Идет и еще один процесс, детали которого неизвестны. В любом случае, дискуссии по этим двум процессам, согласно хорошо осведомленным источникам, далеки от завершения.

Хотя эти арбитражные процессы и вселяют обеспокоенность в управляющих Trans-Asiatic, они продолжают работать над расширением компании, как будто никаких тяжб и нет. Фактически сегодня имеется сеть компаний под названием Eilat-Ashkelon Pipeline Company Group, председатель и президент которой - генерал-майор в отставке Орен Шахор (его предшественниками были Ури Лубрани и Эхуд Ятом на протяжении трех месяцев). В число подразделений компании входят Eilat-Ashkelon Pipeline Company (EAPC, генеральный директор Яир Уайд) и Eilat-Ashkelon Infrastructure Services (EAIS).

EAPC отвечает за работу нефтепроводов и терминалов в Эйлате и Ашкелоне и за контейнер для хранения нефти. EAIS отвечает за заграничную франшизную деятельность EAPC. Иными словами, за все, не связанное с франшизой на транспортировку по нефтепроводу и ее хранение.

Через EAIS, EACP владеет 20% в проекте строительства электростанции Dorad Energy, которую предполагается построить в Ашкелоне в течение трех лет. Следующей целью является закупка нефти в России и СНГ, в Центральной Азии и на Кавказе, затем транспортировка в танкерах в Ашкелон, перекачка по нефтепроводу в Эйлат и оттуда - доставка танкерами на нуждающиеся в энергии рынки Азии: Китай, Индию, Кореи и Японию. Пока эти усилия успехом не увенчались.

Источник: Ha'aretz


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru