Архив
Поиск
Press digest
11 декабря 2019 г.
8 ноября 2005 г.

Стивен Ли Майерс | International Herald Tribune

Борьба за место ислама в России

У руководителей спецслужб в Карачаево-Черкесии, беспокойной республике на гористом приграничном юге России, есть секретный список людей, которые находятся под наблюдением. Люди, чьи имена упоминаются в списке, не совершили преступлений, но к ним относятся как к подозреваемым, так как они - мусульмане, которые практикуют ислам вне мечетей, одобренных государством.

"Мы знаем, кто они такие", - сказал в интервью президент республики Мустафа Батдыев. Он не стал развивать эту мысль, но сообщил, что в списке - имена 150 человек.

Бывший член комитета, составившего этот список, Мурат Кахтукаев, сказал, что на самом деле их намного больше.

Овод Голаев - один из тех, чьи имена внесены в список. Он живет в Карачаевске, городе, расположенном у подножья гор Кавказа, и работает в туристической компании, которая организует лыжные и пешие походы. Он носит длинные волосы и бороду, молится пять раз в день и соблюдает пост во время Рамадана.

По его словам, в прошлом месяце милиция задерживала его четыре раза, из них два раза - за один день. Последний раз его задерживали 28 октября, через две недели после того, как в результате вспышки насилия 138 человек погибли в Нальчике, столице соседней Кабардино-Балкарии.

36-летний Голаев говорит, что ислам, который он исповедует, не приемлет насилия, но предупредил, что притеснения верующих стали причиной отчаяния людей, которые взяли в руки оружие и атаковали посты милиции и спецслужб в Нальчике, - таких людей, как он.

"Они будут давить на меня, - сказал он, - и затем я снесу кому-то голову с плеч".

Здесь, на Северном Кавказе, как и во всей России, исламская вера находится на подъеме. На подъеме находятся и исламские боевики, а страх властей усиливается. В результате существует напряжение, такое же, как в Европе, где возникают трения в отношениях между потоком иммигрантов из мусульманского мира и либеральными светскими обществами.

Только российские мусульмане - это не иммигранты и не приезжие, а коренные жители своих регионов.

"Это российские граждане, и у них нет другой родины", - сказал президент Владимир Путин во время встречи с королем Иордании Абдуллой II в августе этого года.

В России дискуссию по поводу места ислама в истории страны считают не вопросом о том, смогут ли мусульмане интегрироваться в общество, но вопросом о том, сможет ли страна сохранить свою целостность.

Сепаратистский конфликт в Чечне, который продолжается уже более десяти лет, принял исламскую окраску и распространяется за пределы Чечни, в соседние республики Кавказа, где ислам становится объединяющей силой в борьбе против коррупции, жестокости и бедности.

Утром 13 октября группы мужчин в Нальчике взялись за оружие. Как говорят родственники некоторых из них, они взяли в руки оружие главным образом потому, что власти притесняли бородатых мужчин и повязанных платками женщин, а также закрыли шесть мечетей в городе. В Дагестане и Ингушетии боевиков обвиняют в совершении бесконечных взрывов и убийств.

Сторонники лидера чеченских террористов Шамиля Басаева взяли на себя ответственность за ряд наиболее смертоносных атак, в том числе за атаку в Нальчике, а также за аналогичный рейд в Ингушетии незадолго до этого. Захват школы в Беслане в сентябре 2004 года, в результате которого погиб 331 человек, 186 из которых - дети, тоже на их счету.

Все это является частью реализации поставленной Басаевым цели по созданию исламского халифата - объединению Северного Кавказа, отделенного от России.

Эта идея не пользуется большой поддержкой среди населения других республик региона, большинство жителей которых - мусульмане, но, по мере того как правительство идет на жесткие меры, недовольство нарастает. Не все участники атак - огрубелые бойцы чеченских войн. Все больше людей выступают против жесткой политики Кремля, который настроен против каждого, кто бросает вызов его централизованной власти.

Правительство воссоздало советскую систему контроля над религией, образовав Духовные управления мусульман - организации, которые контролируют назначения исламских лидеров. В таких местах, как Нальчик, и здесь, в Карчаево-Черкесии, "официальных" муфтиев и имамов обвиняют в том, что они ради сохранения своего статуса закрывают глаза на репрессии Кремля по отношению к любому человеку, который практикует "более чистую" форму ислама.

Лариса Дорогова, юрист из Нальчика, чей племянник Муса погиб в перестрелке в Нальчике в прошлом месяце, говорит, что мусульмане просили власти - и светские, и религиозные - перестать их притеснять, но эти просьбы были проигнорированы.

"Если бы они прислушались к тому, что мы написали в своих письмах - за подписью 400 человек, за подписью 1000 человек - то, может быть, этого бы не случилось", - сказала она.

Официальные лица осудили тех, кто взял в руки оружие в Нальчике, в той же манере, в какой они говорят о боевиках Басаева. Путин приписал мятеж в Нальчике международным террористам, которых он назвал "животными в человеческом обличье". Но на Кавказе, где от насилия, вдохновленного идеями ислама, погибло намного больше людей, чем от терроризма в Западной Европе, распространено совсем другое мнение.

"Они все были хорошими ребятами", - сказала Дорохова об участниках событий в Нальчике.

Парадокс ислама в современной России заключается в том, что мусульмане никогда не были свободнее, чем сейчас.

После распада Советского Союза, где подавлялись все религии, за последние 14 лет произошло возрождение ислама. Ислам официально признан одной из четырех основных религий в стране - наряду с православным христианством, буддизмом и иудаизмом. Россия подала заявку на вступление в Организацию исламских государств. Хотя официальных статистических данных о численности мусульман в России нет, их, по оценкам, от 14 до 23 млн человек - 10-16% населения России. Мусульмане есть во всех регионах, но больше всего их проживает в нескольких республиках, где мусульманское население составляет большинство.

Были отстроены и открыты тысячи мечетей и медресе, в том числе и медресе в Черкесске, где 66 молодых мужчин и женщин изучают основы веры. Среди их учителей - четверо египтян.

"Мы можем молиться и на Красной площади", - говорит имам мечети из Черкесска Казим Катчиев.

Между тем вокруг ислама нарастает напряженность. К верующим, которые не вписываются в официальные институты, относятся со все большим подозрением - из-за роста радикальных настроений в Чечне и других республиках. Таких верующих называют ваххабитами. Слово "ваххабит", которое обозначает последователей идей пуританской секты из Саудовской Аравии, в России стало нарицательным обозначением исламских боевиков.

Также наблюдается вспышка насилия по отношению к мусульманам. К примеру, 14 октября группа молодых людей ворвалась в молельный дом мусульман в Сергиевом Посаде. Молодые люди избили имама, выкрикивая: "Мусульманам нет места в России", сообщил Совет муфтиев.

Муфтий Равиль Гайнутдин, председатель Совета муфтиев России, сказал, что правительство должно принимать меры, и посетовал на то, что государственное телевидение рисует собирательный образ мусульман, которые ведут священную войну против России, вместо того чтобы говорить, что мусульмане - составная часть российского общества.

Муфтий заявил, что политика правительства на Кавказе - и неумение правительства преодолеть глубокие социальные и экономические проблемы - толкает некоторых людей на то, чтобы искать утешение в радикальных формах ислама.

"Если люди видят отсутствие социальной справедливости, коррупцию властей, несправедливое присвоение богатства одними и обнищание других, - говорит Гайнутдин, - это становится причиной роста радикальных настроений - того, что ведет к конфликту и революции".

В Нальчике многие мусульмане обвиняют бывшего президента Кабардино-Балкарии Валерия Кокова в создании того напряжения, которое привело к взрыву насилия в Нальчике в прошлом месяце. Министерство внутренних дел в бытность Кокова президентом принимало жесткие меры против тех, кто соблюдал исламские ритуалы. Были распространены беспричинные аресты и избиения.

Многие среди убитых в Нальчике были не боевиками, а местными жителями, поступками которых, судя по всему, руководило отчаяние. Многие не были вооружены, сообщают власти, и надеялись захватить оружие в отделениях милиции.

Один из убитых - 25-летний Хазбулат Керефов, юрист и бывший офицер милиции. Его родители, Бетал и Фатима, отказываются поверить, что он был боевиком, но, как и многие местные жители, они понимают, что стало причиной атаки.

"Это не был террористический акт, - сказал Бетал Керефов в интервью. - Это был бунт".

55-летний Али Пшиготыжев работал диктором на государственной радиостанции в течение 30 лет, до тех пор, пока его не уволили, как он говорит, за то, что он молился. Его сына Заура арестовали 29 октября, в ходе той волны арестов, которая последовала за перестрелками в Нальчике. Пшиготыжев обвиняет местных имамов в том, что из страха потерять свой статус они поощряют репрессии.

"Люди в республике отличаются терпением, но любое терпение имеет границы, - сказал он в интервью, которое дал в единственной мечети Нальчика. - Вот и произошла трагедия, причем это - только начало трагедии".

Таких высказываний власти боятся больше всего.

Батдыев, президент Карачаево-Черкесии, сказал, что его регион открыто поддерживает ислам. Будучи бизнесменом, он оплатил строительство мечети в своей родной деревне. Из бюджета республики оплачивается паломничество местных жителей в Мекку. Последний день Рамадана здесь является официальным праздничным днем.

Но чеченские сепаратисты взяли себе на вооружение идеи ислама для того, чтобы отделить Кавказ от России, говорит Батдыев. По его словам, такие лидеры, как Басаев, активно набирают в свои ряды боевиков в регионе, в том числе в его республике, что оправдывает составление списков подозреваемых.

Если сепаратисты "не нарушили российских законов, против них не применяются силовые меры", говорит Батдыев. "Но мы должны разъяснять населению, кто такие эти сепаратисты, и мы делаем это для того, чтобы не дать им возможности привлечь новых молодых людей в свои ряды. Мы не можем принять и не можем согласиться с тем, как выражают свои религиозные взгляды эти люди".

В мае сотрудники спецслужб ворвались в квартиру одного из домов в Черкесске и убили шесть человек, подозреваемых в терроризме. Пятеро из убитых были местными жителями, из них двое - женщины, одна из которых находилась на восьмом месяце беременности, сообщил Мухаммед Будай, сосед матери этой женщины.

Батдыев сообщил, что в результате этой акции спецслужб был сорван план захвата школы, аналогичный захвату школы в Беслане, но доказательств этого не представил.

Подобный случай произошел в феврале в Карачаевске, городе, где живет Голаев, который находится под подозрением у властей. Он принял ислам после того, как отслужил в рядах Советской Армии в ГДР.

По его словам, власти опасаются ислама потому, что ислам требует строгой дисциплины и бросает вызов коррумпированному обществу.

"Кому нужен человек, который не пьет, не курит и который свободен? - говорит он об отношении властей к таким людям, как он. - Если я валяюсь здесь пьяный, меня легче контролировать".



facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru