Архив
Поиск
Press digest
19 апреля 2019 г.
17 августа 2006 г.

Кристофер Мейсон | The New York Times

Битва за модернистский ландшафт Москвы

Через несколько часов после того, как 5 февраля в возрасте 91 года умер от рака Виктор Мельников, его младшая дочь и племянник, проживающие отдельно, появились на пороге с командой адвокатов и телохранителей, чтобы захватить его дом в центре Москвы.

"Тело моего отца еще не остыло", - с горечью вспоминает Екатерина Каринская, старшая дочь Мельникова. Будучи душеприказчиком отцовского дома, Каринская отказалась освободить его, и родственники в конце концов ушли, но у стен два дня стояла какая-то таинственная машина. Трое мужчин внутри нее фотографировали каждого, кто входил или выходил из дома, но так и не сказали, кто их нанял, рассказывает Каринская.

Душераздирающие семейные конфликты были обычны в семье Мельниковых, которые последние 20 лет провели во взаимных обвинениях и судебных исках по поводу упомянутого дома - единственного частного дома, построенного в советское время в центре Москвы. Это признанный шедевр конструктивистской архитектуры, построенный отцом Мельникова, известным архитектором и художником Константином Мельниковым.

По словам Барри Бергольда, профессора истории современной архитектуры Колумбийского университета, дом, достроенный в 1929 году, стоит того, чтобы за него бороться.

"Это один из важнейших образцов модернизма 1920-х годов, - говорит он. - Этот дом имеет международное значение".

По завещанию Мельникова, которое в момент его смерти еще не было утверждено (утверждение завещания было назначено на 5 августа - через полгода после кончины), принадлежащая ему половина дома должна перейти к российскому государству на условиях, что государство сохранит его как музей в память его отца.

Заминка связана с тем, что государство еще не определилось, готово ли оно принять это наследство.

Через два дня после смерти отца Каринская в ужасе узнала, что ее двоюродный брат Алексей Ильканаев, которому по наследству принадлежала вторая половина дома, продал ее в ноябре Сергею Гордееву, 33-летнему владельцу строительной компании, ставшему сенатором, у которого имеются свои планы на эту собственность.

Теперь все участники этой ситуации ждут решения министерства культуры и агентства по национальной собственности, от которых будет зависеть будущее этого исторического памятника, занимающего высококлассную земельную площадь неподалеку от Старого Арбата.

При жизни Виктор Мельников упорно отказывался продавать картины, наброски или архитектурные чертежи своего отца - а это наследство стоит миллионы долларов, - предпочитая жить в нищете, чтобы сохранить дом таким, каким он был в год смерти отца - в 1974.

По словам Клементины Сесил, основательницы и попечительницы Московского общества охраны архитектуры, которое вело неутомимую борьбу за дом, Мельников практически не тратил денег на еду, перебиваясь чаем и изредка овощами. "В кухне и по картинам ползали полчища тараканов", - вспоминает она.

Несмотря на историческую значимость дома, городские власти разрешили строительство по соседству многоэтажных домов с подземными автостоянками, что повлияло на устойчивость конструкции, говорит профессор Московского архитектурного института Наталия Душкина. "Структура почвы сильно изменилась, - говорит она, - неумелые работы по реконструкции, устроенные за счет города в 1990-х, тоже ухудшили состояние дома".

Наблюдатели из Всемирного фонда памятников, которые занесли дом в свой список ста подвергающихся наибольшей опасности объектов за 2006 год, отметили, что этот дом, занимающий площадь в 774 кв. метра, стоимостью 40 млн долларов, по адресу Кривоарбатский переулок, 10, представляет собой лакомый кусочек для строителей.

(С 1992 года более 400 исторических зданий Москвы было уничтожено при содействии мэра Юрия Лужкова, презрительно высказавшегося об "идиотах, для которых сохранение старых кирпичей - самоцель". Критики подозревают здесь конфликт интересов: жена Лужкова, Елена Батурина, является владелицей крупнейшей строительной компании Москвы "Интеко", стоимость которой оценивается в 1 млрд долларов.)

Хотя Гордеев с самого начала говорил, что хочет сделать дом музеем, борцы за охрану памятников встревожены вопросом об истинных намерениях бывшего строителя.

Частично их скептицизм может корениться в связях Гордеева с противоречивой фигурой, оказавшей ему помощь с этой покупкой, - с Иосифом Кобзоном, эстрадным певцом, возглавляющим парламентский комитет по культуре и часто именуемым "российским Фрэнком Синатрой". Причем последним обстоятельством он обязан не только своему певческому голосу, но и предполагаемым связям с преступным миром, пишет Moscow Times.

Гордеев говорит, что своей покупкой хотел положить конец глупым спорам между наследниками. Однако пока что это вызвало обратный эффект. "Если Екатерина проявила бы больше сотрудничества и не была такой подозрительной, то проект создания музея удался бы", - говорит он.

Каринская на вопрос о том, может ли она доверять Гордееву теперь, когда выяснилось, что его намерения относительно дома совпадают с ее собственными, глубоко вздыхает.

"Я предпочитаю не отвечать на этот вопрос", - говорит она.

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru