Архив
Поиск
Press digest
6 декабря 2019 г.
18 декабря 2007 г.

Эндрю И. Крамер | The New York Times

Бывшие спецагенты ныне стали видными бизнесменами

На конференции по венчурным фондам в Силиконовой долине Олег Шварцман с легкостью общался с титанами рынка прямых частных инвестиций.

"Он не выделялся из общей массы", - говорит Евгений Зайцев, организатор этой конференции, которая состоялась 9 ноября.

Точнее, Шварцман не выделялся из массы до той поры, пока не признал в газетном интервью, что финансово-промышленная группа с капиталом в 3,6 млрд долларов, которой он управляет, обслуживает инвесторов, которых он назвал так: "все близкие, фээсбэшники или эсвээровцы", то есть сотрудники спецслужб российского государства, первая из которых курирует внутреннюю безопасность, а вторая - внешнюю разведку.

Россияне и зарубежные наблюдатели давно подозревали, что Федеральная служба безопасности (ФСБ, организация-правопреемница КГБ) имеет касательство к российскому бизнесу. Но заявление Шварцмана - самое на данный момент откровенно-смелое утверждение - вызвало споры о том, какова должна быть роль бывших и действующих сотрудников спецслужб в корпорациях.

Бывшие офицеры ФСБ - высокообразованные люди с хорошими связями. К их числу относится российский президент Владимир Путин. А Путин, так сказать, рассыпал бывших коллег, точно сеятель - семена, по различным правительственным структурам, а также назначил в советы директоров государственных корпораций.

С точки зрения крупных западных компаний, преобладание бывших сотрудников ФСБ в российском бизнесе поднимает вопросы об этике и должном корпоративном управлении в ситуации, когда все больше таких компаний - в том числе Boeing, Exxon Mobil и Renault - поддерживают деловые отношения с российскими фирмами, которые связаны с бывшими сотрудниками разведки или политической полиции.

В Boeing и Exxon отказались прокомментировать, какие критерии должного корпоративного управления их компании применяют к сделкам с бывшими сотрудниками КГБ. Пресс-секретарь Renault сказала, что ее компанию этот вопрос "не волнует".

"Мы смотрим на "АвтоВАЗ" как на интересного партнера, - сказала пресс-секретарь Ольга Сергеева, подразумевая крупнейшего в России производителя автомобилей, - поэтому мы работаем с людьми, которые управляют заводом. Этот человек - Чемезов". Сергей Чемезов, генеральный директор государственной корпорации "Российские технологии" - бывший сотрудник КГБ, служивший вместе с Путиным в восточногерманском городе Дрезден в 1980-е годы.

"Мороз по коже подирает", - сказал некий европеец, управляющий фонда прямых инвестиций, который вкладывает средства в России, по поводу своих отношений с руководством компании, которая принадлежит бывшим офицерам спецслужб. Управляющий сделал это заявление на условиях анонимности, так как хочет поддерживать деловые отношения с этими компаниями.

В подобных сделках нет ничего противозаконного, а Россия - притягательный молодой рынок. За нынешний год к данному моменту эта страна привлекла западные капиталы объемом в 45 млрд долларов. И, как показала вылазка Шварцмана в Силиконовую долину, где он, вероятно, искал инвестиционные возможности для своих фондов, россияне также активизируют свои капиталовложения за рубежом, составляющие десятки миллиардов долларов - это часть шальных доходов страны, полученных благодаря подорожанию нефти.

Можно также утверждать, что роль, которую в российском бизнесе играют бывшие сотрудники разведывательных служб, сходна с колоссальной ролью, которую играет в китайском бизнесе армия КНР.

По словам Геннадия Гудкова, депутата парламента, в прошлом сотрудника КГБ, действующим сотрудникам спецслужб запрещено совмещать работу с деятельностью за пределами их ведомств.

Однако, как гласит старая российская аксиома, сотрудники спецслужб по-настоящему никогда не уходят в отставку. Сам Путин во время своей президентской предвыборной кампании в 2000 году, употребив название, которое получили предшественники КГБ после революции 1917 года, сказал, что бывших чекистов не бывает.

В интервью, опубликованном газетой "Коммерсант", Шварцман охарактеризовал других инвесторов своего фонда так: "Это не руководство администрации президента, это члены их семей". Он также похвастался, что его связи с тайной полицией помогают его компании "Финансгруп" покупать фирмы в России по грошовым ценам, так как владельцы этих фирм, как выразился Шварцман, "понимают, откуда мы приходим".

Шварцман дал понять, что ФСБ поддерживает его в действиях по корпоративному рейдерству - кстати, в российском деловом мире, где бой идет, что называется, без перчаток, термин "рейдерство" часто имеет не только фигуральное значение.

Эти утверждения вызвали бурю в российских деловых кругах, хотя пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков отмел заявления Шварцмана как абсолютно не соответствующие действительности.

Однако, Европейский банк реконструкции и развития и один из ведущих израильских банков Tamir Fishman отказались от сотрудничества с Шварцманом (ранее они планировали совместно с ним создать венчурный фонд Tamir Fishman Russia Venture Capital Fund).

Не далее как на прошлой неделе Renault подписала меморандум о взаимопонимании, закрепивший ее намерения приобрести 25% акций "АвтоВАЗа" и управлять этим пакетом в партнерстве с "Ростехнологиями" Чемезова.

Строго говоря, в других странах сотрудники спецслужб тоже становятся бизнесменами. Президент Буш-старший в 1970-е годы был директором ЦРУ, а в недавний период своей жизни, вплоть до 2004 года, занимал должность старшего консультанта частного инвестиционного фонда Carlyle Group. Кроме того, некоторые западные бизнесмены, работающие в России, говорят, что КГБ, где обучали языкам и предоставляли молодым и амбициозным людям благоприятные возможности для налаживания неформальных связей, является хорошей школой, готовящей к предпринимательской деятельности на международном уровне.

Российский магнат авиалиний Александр Лебедев, состояние которого составляет приблизительно 3,5 млрд долларов, в конце 1980-х работал в Лондоне как сотрудник КГБ.

В одном из своих интервью Лебедев сказал, что некоторые из представителей его поколения советских разведчиков, увидев громадный разрыв между экономиками Запада и СССР в 1980-е годы, сделались реформаторами. Поэтому характеризовать КГБ как силу, которая является реакционной по самой своей природе, - это ошибка, отметил Лебедев, и не стоит удивляться, что бывшие сотрудники этой организации стали поборниками свободного рынка. В ноябре в российской версии журнала Smart Money была опубликована статья, заголовок которой, вынесенный на обложку, гласил "К.Г.Б. лучше, чем M.B.A." (статья называлась "Высшая школа бизнеса", по данным сайта издания. - Прим. ред.).

В России подобные рассуждения, пожалуй, не лишены определенной логики. Boeing приобретает титан для производства своих новых лайнеров 787 Dreamliner у компании, которой руководит Чемезов. Exxon Mobil участвует в проекте по добыче нефти на острове Сахалин вместе с "Роснефтью" - колоссальной российской энергетической компанией, председатель совета директоров которой, Игорь Сечин, - бывший офицер спецслужб. Сечин также является заместителем главы администрации Путина.

Один из сыновей директора ФСБ Николая Патрушева работал в государственном внешнеторговом банке "Группа ВТБ", а другой - в "Роснефти".

Сергей Иванов, первый вице-премьер, в прошлом сотрудник КГБ, служивший в Лондоне, - председатель совета директоров государственной авиастроительной монополии. Его сын одно время был вице-президентом "Газпромбанка" - банковского ответвления российской компании-монополиста рынка природного газа.

"Вопрос о должном корпоративном управлении стал для нас источником определенной головной боли - трудно во всем этом разобраться", - сказал западный бизнес-консультант, пожелавший остаться анонимным из боязни прослыть человеком, который критикует Кремль.

А Евгения Альбац, автор опубликованной в 1994 году книги о КГБ под названием "Государство в государстве", отмечает: "ФСБ больше не является просто правоохранительным ведомством - это коммерческая организация".

Взамен на преданность Путин позволил высшему руководству ФСБ воспользоваться благоприятными возможностями для ведения бизнеса в российской экономике, переживающей нефтяной бум, - приобрести доли в компаниях в таких секторах, как нефть, телекоммуникации, розничная торговля и финансы.

"Проблема в том, что эта коммерческая организация имеет силовую мощь, - говорит Альбац. - У нее есть войска и оборудование для сбора разведданных".

Сохранят ли спецслужбы свою власть, остается неясным. На прошлой неделе Путин поддержал Дмитрия Медведева, тоже находящегося в ранге первого вице-премьера, благословив его на должность следующего президента России; большинство россиян предполагает, что этот шаг гарантирует избрание Медведева. Медведев, насколько известно, в прошлом не имел отношения к спецслужбам.

После публикации своего интервью Шварцман заявил, что журналист "Коммерсанта" Максим Кваша при расшифровке текста подверг его так называемой литературной правке; однако Шварцман не опроверг ни одного из своих конкретных заявлений. В интервью на радиостанции "Эхо Москвы" Шварцман сказал, что журналисту следует "выпить йаду".

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru