Архив
Поиск
Press digest
13 декабря 2019 г.
21 мая 2007 г.

Корреспондент | The Observer

Из-за возможного вето Москвы в Косово опасаются войны

Сейчас в Косово задают лишь один вопрос: как поступят русские? Этот вопрос звучит в прокуренных кафе, на бесчисленных стройках, в правительственных кабинетах. Им задается албанское большинство, которое надеется, что расколотая сербская провинция обретет независимость. Албанцы опасаются, что Россия не даст реализовать мечту, ради которой они вели войну в Косово в 1998-1999 годах.

Задается этим вопросом и сербское меньшинство, которому издавна принадлежал этот край и которое считает его культурным и духовным центром Сербии. Теперь же сербы изолированы в своих крошечных анклавах на юге Косово, а их последний оплот на севере расположен вокруг города Митровица. Они опасаются, что их славянский союзник, выступавший против плана о независимости, разработанного посредником ООН Марти Ахтисаари, может в последний момент отказать им в поддержке из прагматичных соображений международной дипломатии.

Этот же вопрос беспокоит международное сообщество, которое осуществляет контроль над Косово и с тревогой наблюдает за развязкой, которая стала, наконец, видна спустя восемь лет после войны в Косово. Тогда конфликт закончился бомбардировками Сербии и Белграда авиацией НАТО.

Мнение России играет столь важную роль, поскольку план Ахтисаари был предложен Соединенными Штатами на рассмотрение в Совет Безопасности ООН. Это стало точкой невозвращения. И здесь важнее всего то, что Россия, чье международное значение вновь возрастает, настроена враждебно по отношению к США и Евросоюзу по столь разным вопросам, как критика демократии и планы по созданию противоракетного щита в Восточной Европе. Россия не просто отвергла резолюцию в поддержку плана Ахтисаари, но и предупредила, что в случае голосования может использовать право вето.

Сейчас Россия разрабатывает собственное встречное предложение по Косово: по этому плану край останется под "общим управлением" Белграда, а вопрос об окончательном статусе Косово будет отложен. По мнению некоторых наблюдателей, это грозит новой вспышкой насилия.

Кризис, назревавший восемь лет, начинает разворачиваться с головокружительной скоростью. Пускай бои в Косово прекратились в 1999 году, сам конфликт, как признают дипломаты, так и не окончился. Все противоречия, которые удавалось удерживать в рамках, вновь выходят на поверхность.

Косовские албанцы, подогреваемые постоянными обещаниями своих политических лидеров, чувствуют, что до обретения независимости, быть может, осталось всего несколько недель. Эта перспектива заставила сербов осознать тот факт, что сейчас им, вероятно, придется потребовать отделения собственных районов. А этот шаг грозит жителям наиболее уязвимых сербских районов местью и высылкой со стороны албанцев. Исход станет ясен совсем скоро.

"За прошедшие годы мы создали Косово. Дело сделано, - утверждает премьер-министр Косово Агим Чеку, бывший начальник штаба албанской Армии освобождения Косово. - Мы создали работающие институты. Мы выработали собственное видение будущего. Худшее, что может сейчас быть, - это недостаточная ясность, неопределенность".

"Если вы спросите меня о том, как я оцениваю опасность распада Косово в настоящий момент, - говорит Наим Рашити из Международной кризисной группы, которая на прошлой неделе опубликовала доклад с предупреждением о возможной вспышке насилия в случае отказа от плана Ахтисаари, - то я скажу: пятьдесят на пятьдесят. И я опасаюсь, что если произойдет распад, то он может пройти очень грязно, поскольку ни у кого нет плана Б".

Экономика края вот уже почти десять лет живет за счет международной помощи, денежных переводов от работающих за границей родственников, за счет серой и черной экономики (последняя в основном базируется на контрабанде). Албанцы воспринимают независимость как чудесное средство, которое, по их мнению, позволит победить хроническую безработицу и увеличить мизерные зарплаты.

В этом удалось убедиться, побывав у мемориала лидеру Армии освобождения Косово Адему Джашари: в деревне Преказ находится его дом, разрушенный пулями и ракетами, - там Джашари погиб вместе с семьей зимой 1998 года, после чего вспыхнула полномасштабная война.

К руинам его дома приехал Нурлже Садику из города Митровица, где живут и сербы, и албанцы. "Я никогда не работал, - говорит он. - Но мы надеемся, что все станет лучше с приходом независимости. Тогда с работой будет легче. Всемирный банк поможет нам дотациями, и все будет хорошо".

Этими ожиданиями все последние годы после войны пользуются албанские политики Косово. Многие из них прежде участвовали в боевых действиях. "Альтернативы независимости нет", - говорит Хашим Таки, председатель крупнейшей албанской оппозиционной партии ДПК.

"Любая попытка оттянуть этот процесс крайне рискованна. Люди готовы к этому решению и ждут его. Они отсчитывают дни. Мы готовились к независимости вчера. Сегодня она уже опаздывает. А завтра она будет опасной".

Если пересечь мост, ведущий в населенную сербами северную Митровицу, которая граничит с Сербией, то покажется, что ты попал в другую страну. Номера машин - тех, у которых есть номера, - сербские. Мобильные телефоны подключены к сербской сети. Вывески написаны кириллицей. Даже пиво здесь другое - "Кнева", а не "Пейя", которое пьют повсюду на юге. Местные жители находятся в столь же тяжелом экономическом положении, но его поддерживают не косовские временные учреждения, а Белград. И здесь мечтают совсем о другом будущем.

Ведь если албанское население Косово сосредоточено на независимости, то сербы, живущие здесь и в анклавах, разбросанных по центральным и южным районам края, столь же твердо убеждены, что следует оставаться в составе Сербии.

"Сербы, живущие на севере, в районе Митровицы, не боятся, - говорит Петр Милетич, в прошлом журналист, а теперь политик. - Но сербы, живущие в анклавах, испытывают страх. Я боюсь за них, и мне известно о сербах на юге, которые все продают и уезжают, так же продают свое имущество албанцы, живущие в анклавах на севере".

Но несмотря на то, что обмен населением продолжается, Милетич не питает иллюзий о последствиях распада края, даже если отделится только север Косово: "Чтобы выжить в условиях независимости, нам потребуется помощь Белграда".

Один из двух вопросов, связанных с Косово, на которые пока нет ответа: станет ли албанское население в случае российского вето объявлять независимость по собственной инициативе? А если албанское большинство получит независимость в каком-то виде, будет ли отделяться сербское меньшинство?

Основной движущей силой этого, как признают Милетич и многие другие сербы и албанцы, стала полная неспособность сторон примириться.

Это было очевидно на выпускном вечере 2007 года в одной из средних школ Приштины - города, где сербское население некогда составляло 40 тыс. человек. Как оказалось среди девушек в роскошных платьях и молодых людей в смокингах, новое поколение, в отличие от своих родителей, совершенно не говорит по-сербски. Албанцы и сербы больше не могут общаться между собой.

Милан Иванович, заместитель директора больницы в Митровице, сторонник радикального Сербского национального совета, говорит: "Я не знаю, возможно ли разделение". Тем не менее, на стене в его кабинете висит карта, на которой показаны требования его движения - предоставить 38% территории края сербам.

"Действительно, на севере у нас будет больше возможностей, чем у сербов в анклавах на юге и в центре края. У нас собственная система, мы не связаны с албанскими учреждениями. И мы можем свободно пересекать границу с Сербией".

"Думаю, мы выбираем из двух крайностей: между планом Ахтисаари и планом (бывшего президента Югославии Слободана) Милошевича о судьбе Косово. Нужна возможность для продолжения переговоров". Он имеет в виду, что решение вопроса нужно снова отложить.

К этому же призывают и русские, однако время подходит к концу. Чем активнее сербы требуют отложить решение, тем громче албанцы требуют результата. Наиболее активно требуют окончательного решения те, кто больше всего потерял в ходе войны.

В деревне Круше на юге края, который является оплотом Армии освобождения Косово, где произошла одна из самых жестоких расправ той войны (после бойни "пропали без вести" 100 местных жителей), 48-летняя Хилфериже Шеху открыто говорит о неприятной альтернативе решению.

Оторвавшись от работы в поле, Шеху, потерявшая на войне мужа и девять родственников, говорит: "Мы ждали независимости восемь лет. Я не надеюсь, что все пройдет без проблем. Но если независимости не будет, нам придется сражаться снова".

Источник: The Observer


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru