Архив
Поиск
Press digest
9 декабря 2019 г.
21 мая 2008 г.

Ада фон дер Декен | Die Zeit

Изолированные в собственной стране

Российское меньшинство в Эстонии живет в параллельном мире. Год назад памятник советскому красноармейцу стал символом неудавшейся интеграции. Что изменилось с тех пор?

"Вы не могли бы поменять 50 крон?" - спрашивает маленький мальчик, только что прошмыгнувший в кафе, расположенное в историческом центре Таллина. Официантка, которой едва исполнилось 18, отрицательно качает головой: "Я не говорю по-русски", - говорит она по-эстонски. Мальчишка пожимает плечами, и вот он уже снова на улице.

Несмотря на то, что оба родились и выросли в одном городе, они друг друга не понимают. В молодых государствах Балтии, в Эстонии, Латвии и Литве, подобные случаи происходят сплошь и рядом. Около трети местного населения имеют русские корни.

"С моим отцом то же самое, что и с этим мальчиком, - он не говорит по-эстонски", - рассказывает 19-летний абитуриент Роман Корнилов. Он не понаслышке знает о нынешнем раздоре между эстонцами и русскоговорящим населением страны. "Русские и эстонцы живут в параллельных мирах: они ходят в разные школы, читают разные газеты, смотрят разные телеканалы и работают в разных фирмах". Роман хоть и сделал после школы выбор в пользу эстонского гражданства, но, тем не менее, видит свое будущее в другой европейской стране.

Доля русскоговорящего населения высока, прежде всего, на северо-востоке страны и в граничащих с Россией регионах. Когда Эстония еще была советской республикой, здесь селились рабочие кадры социалистической оборонной промышленности. В то время приезжие были своего рода привилегированным классом, они зарабатывали больше местного населения и получали социальное пособие от общественных учреждений. Необходимости изучать эстонский, который был отодвинут на задний план в ходе русификации, у них в этом параллельном мире не было.

После распада Советского Союза бывшие победители оказались проигравшими. Социалистические предприятия были приватизированы или закрыты. Теперь русских не встретишь на руководящих должностях или в администрации, безработица среди русскоговорящего населения Эстонии сокращается медленнее, чем среди пользующихся благами экономического роста эстонцев.

Насколько еще глубоки раны 1990-х, стало особенно понятно год назад: молодежь прошла по улицам исторического центра Таллина, бросая камни и громя магазины. Один молодой человек погиб при невыясненных до сих пор обстоятельствах, 40 человек пострадали, более 300 были арестованы. Причиной самых крупномасштабных с момента обретения Эстонией независимости 15 лет назад беспорядков, стал Бронзовый солдат.

Алеша, так в народе называют памятник жертвам Второй мировой войны, был установлен в центре Таллина в 1947 году. Решение о переносе Алеши на военное кладбище на окраине города привело к беспорядкам.

"Гонения, фашизм" и теория заговора

Мы встретились с Дмитрием Линтером на площади перед Национальной библиотекой, там, где раньше стоял Бронзовый солдат. 34-летний Линтер является одним из основателей так называемого "Ночного дозора" - свободного союза, куда входят противники переноса памятника. А поскольку он, по всей видимости, был одним из зачинщиков беспорядков, он был приговорен к 8 месяцам заключения. Под узкой футболкой отчетливо видны мускулистые руки. Его взгляд постоянно возвращается к тому месту, на которое сегодня указывает лишь пара искусственных гвоздик, - раньше эти цветы были символом советской власти. Дмитрий Линтер изучает психологию и не производит впечатления человека, которого легко запугать.

Но он демонстрирует и более мягкую сторону своего характера - способность к размышлениям. До того, как мы находим местечко в уютном кафе, принадлежащем русским, он ведет нас в небольшую церковь по соседству. Мы встречаем там священника, который снабжал его во время заключения в тюрьме информацией о друзьях и семье.

По словам Дмитрия, провокация год назад исходила от самих эстонцев, а создание "Ночного дозора" стало ответом на националистическую кампанию. В течение короткого времени около тысячи сторонников "Ночного дозора" митинговали около памятника, собирая подписи и стремясь найти путь диалога с властями: "Мы предупреждали о том, что дело может дойти до беспорядков, если не будет нормального диалога".

Тон, в котором Линтер это говорит, спокоен и миролюбив, но его слова звучат жестко: он говорит о гонениях и фашизме, о нежелании эстонцев учитывать при принятии решений, которые касаются общества в целом, мнения своих русских сограждан. И, в конце концов, в игру вступает большая политика, гигантская теория заговора: "Американцы хотят сделать из Эстонии зону конфликта. Они стимулируют рост националистических настроений в Эстонии, чтобы между Россией и Евросоюзом продолжался раскол". Как будто холодная война и не заканчивалась.

"Идите сразу к Путину - я не буду с вами говорить", - произоносит в телефонную трубку Марью Лауристин, когда узнает, что до этого мы говорили с Дмитрием Линтером. По ее мнению, он профессиональный врун, экстремист, который получает прямые указания из Москвы. Она никогда не останется с Линтером в одном помещении. В итоге профессор социальной коммуникации приглашает нас для беседы в университетский город Тарту.

В кабинете жесткость из голоса 68-летней женщины-профессора исчезает. Она пытается объяснить нам суть конфликта, которая скрывается за событиями апреля прошлого года. Конфликт вокруг памятника берет свое начало в 2005 году. Россия праздновала в Москве 60-летнюю годовщину победы над гитлеровской Германией, однако президенты Эстонии и Литвы не приняли участия в церемонии. Только тогда, сказали они, когда Россия откажется от своей трактовки послевоенной истории, согласно которой страны Балтии после победы над гитлеровским вермахтом добровольно вошли в состав Советского Союза, появится основание для празднования этой даты. То есть настоящая причина разногласий кроется гораздо глубже в истории. Бедный Алеша.

По словам Марью Лауристин, после скандала 2005 года неожиданно началась политическая активность вокруг почти забытого памятника. Например, как в советские времена, русские школьники стали приносить цветы к его подножию.

Для того чтобы противостоять подобному политизированию, эстонские власти приняли решение об изменении внешнего облика площади перед Национальной библиотекой. Однако эти планы только подлили масла в огонь конфликта: многочисленные партии воспользовались этой темой, чтобы набирать голоса во время избирательной кампании. Они обращались прежде всего в пожилым эстонцам, в сознании которых прочно засел страх оказаться меньшинством в собственной стране.

После выборов события развивались стремительно. Алеша под покровом ночи был доставлен на свое новое место, дело дошло до беспорядков и конфликта между противниками переноса и не справлявшейся с ситуацией полицией. Органы охраны правопорядка применили против вышедшей из-под контроля толпы слезоточивый газ, водометы и резиновые пули.

Россия превращает русскоговорящее меньшинство в инструмент

По словам Марью Лауристин, такие проблемы, как с русским меньшинством в Эстонии, существуют и в других европейских странах: "Многие русские живут в сильной изоляции. Они живут в своих гетто, не контактируют с эстонцами, смотрят русское телевидение". Особенностью балтийских государств является то, что сама Россия поддерживает эту изоляцию. Российских политиков устраивает, чтобы балтийские русские держались в стороне от общественно-политической жизни своей новой родины.

Россия охотно превращает русскоговорящее меньшинство в инструмент, показывающий, какой поддержкой пользуются бывшие советские прибалтийские республики у своих европейских партнеров. В апреле прошлого года, к примеру, распространился слух о том, что памятник Алеше был распилен на куски.

"Такие "утки" живут долгой жизнью, поскольку многие русские, особенно на востоке Эстонии, читают и смотрят новости только на своем родном языке", - говорит Кен Корт. Бывший политик, который в прошлом году был представителей эстонского министерства по делам народонаселения на границе с Россией, осведомлен о проблемах российского меньшинства.

Интеграция - это длительный процесс, который должен идти с двух сторон: "Я никого не могу насильно заставить быть эстонцем, если он того не хочет", - говорит 29-летний Корт.

К счастью, Эстония - страна небольшая. Тот факт, что ее население составляет около 1 млн человек, облегчает, по мнению Корта, интеграционные усилия властей: количество преподаваемых на эстонском языке предметов должно постоянно расти, финансовые средства, направленные на интеграцию меньшинств, были увеличены вдвое. И не только язык, но и шансы найти свое место на рынке труда, а также политическое участие русских должны систематически совершенствоваться.

Ученику Роману Корнилову было стыдно, когда он по телевизору смотрел выпуски новостей, в которых показывали беспорядки на улицах Таллина: "Это очень плохо отразилось на репутации русских". При этом у него никогда не возникало чувства, что он должен защищать памятник. "Я хочу участвовать в жизни страны, в которой я живу, и при этом никакой роли не играет то, откуда я". Недавно Роман пригласил всех учителей своей русской школы на семинар, где он выступал на тему терпимости и мультикультурности. Он рассказал о том, что он узнал во время своего обучения на каникулах: "Различия только объединяют".

Источник: Die Zeit


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru