Архив
Поиск
Press digest
2 июля 2020 г.
23 мая 2005 г.

Борис Райтшустер | Focus

Монотонный список убитых

Правосудие и "скорая помощь": в России при драматических обстоятельствах начался процесс против единственного оставшегося в живых захватчика заложников в Беслане.

Обычно подсудимые воспринимают стальные клетки в российских залах суда, в которых им приходится находиться, как унижение и оскорбление. Нурпаши Кулаев, напротив, должен радоваться, что его от судей отделяют решетки. Стальные сантиметровые прутья в Верховном суде Владикавказа защищают единственного оставшегося в живых захватчика заложников в бесланской школе от родственников погибших. Скорбь и гнев мужчин и женщин громко выплескиваются из душ прямо в зале суда.

"Посмотри сюда, сюда, на фотографии, это мои дети, посмотри, что это были за дети", - перед работающими телекамерами женщина в черном траурном платье и таком же черном платке обвиняет подсудимого, одетого в тренировочный костюм. Ее голос срывается, на глазах выступают слезы. Обвиняемый Кулаев, 25 лет, сам отец годовалого сына и двухлетней дочери, поворачивается в своей клетке к пострадавшим спиной и смотрит в пол.

Душный, битком набитый зал

Когда прокурор в первый день процесса монотонным голосом зачитывает список погибших с указанием их ранений и причин смерти, воздух в битком набитом и душном зале суда будто застывает, рассказывают очевидцы. Периодически кому-нибудь требуется медицинская помощь.

Подсудимому, который падает в обморок, родственникам, которые больше не могут испытывать муки, вызываемые чтением обвинительного заключения, где перечисляются все новые жестокие и кровавые детали.

"Разорвем его на куски"

Кулаев кажется то смущенным, то отсутствующим; как рассказывают очевидцы, он порой даже засыпает. Родственники жертв требуют скорого суда и пытаются пробиться сквозь милиционеров к клетке Кулаева. "К чему этот суд? Отдайте его нам, мы разорвем его на куски", - раздается выкрик из зала. Судья Тамерлан Агузаров вынужден прервать оглашение обвинительного заключения и отложить слушание.

Щепетильные адвокаты

Еще до начала процесс чуть не дал трещину. Суд долго и безрезультатно искал Кулаеву адвоката. Ни один защитник в Северной Осетии не хотел представлять обвиняемого в детоубийстве, боясь упреков в соучастии и из страха перед местью со стороны родственников. Молодой адвокат, которого суд представил лишь в ходе процесса, в первый его день, был назначен исполнять обязанности защитника. На телеэкране он выглядит испуганным и почти таким же бледным, как сидящий за ним подсудимый.

Маленькое колесико в террористической машине

Обвиняемый Кулаев был, очевидно, лишь маленьким колесиком в террористической машине. Убийство, терроризм, похищение людей, хранение оружия - это только некоторые из многочисленных пунктов обвинения против Кулаева. Мужчина, который выглядит, скорее, как мальчишка, отказался от своего частичного признания, данного на предварительном следствии.

Он ничего не знал о захвате заложников, утверждает Кулаев. Брат просто взял его с собой на акцию. Он ни разу не стрелял в заложников, только в воздух. Кулаев говорит тихо, таким слабым голосом, что судья постоянно просит его говорить в микрофон. Кулаев старается не встречаться глазами с родственниками.

Ничего, кроме войны

Чеченец Кулаев после школы не получил никакой профессии, никогда не работал; в своей взрослой жизни он не знал ничего, кроме войны. После штурма школы спецназом Кулаеву удалось неузнанным преодолеть три кольца оцепления. Когда он прятался под грузовиком, жители его опознали. Лишь с трудом солдатам удалось спасти его от растерзания.

Процесс для снятия напряжения

Материалы дела собраны в105 томах, приглашено 69 свидетелей. Суд отводит на процесс пять месяцев. Правовед Эльбрус Самтсаев видит в этом процессе, в частности, попытку разрядить напряженность среди народов Кавказа. Если Кулаева обвиняют в связях с международным терроризмом, гнев большинства осетин, обращенный на жителей соседней Ингушетии, должен смягчиться. Среди захватчиков заложников было много ингушей.

Беспрецедентная жестокость

Бесланская бойня в сентябре 2004 года шокировала весь мир. 32 отлично вооруженных прочеченских террориста в первый день нового учебного года захватили школу номер 1 в североосетинском городе и удерживали в ней 1128 человек, взрослых и детей. С жестокостью, беспрецедентной даже для террористов, они уже в первые часы убили многих заложников.

Потом они стреляли в спину убегающим детям. Террористы хотели вынудить российские войска выйти из мятежной кавказской республики Чечня.

Помощник террористов в армии

На третий день после захвата заложников после взрыва спецназ и вооруженные граждане атаковали школу. 330 человек погибло, среди них 186 детей. До сего дня вокруг захвата заложников остается немало тайн; критики говорят о несостоятельности спецслужб. Все еще продолжающееся расследование подконтрольного Кремлю парламента в итоге выявило, что террористы получали помощь от нескольких высокопоставленных российских военных.

Перед Верховным судом в Беслане об этих соучастниках речи пока не было. У многих родственников нарастает недовольство; они боятся, что ошибки властей попытаются скрыть. Ответственность за эскалацию ситуации и высокую смертность среди заложников они возлагают, в частности, на вооруженные силы.

Идеальные условия для террористов

Перед зданием суда стоят матери жертв с плакатами и требуют также посадить на скамью подсудимых ответственных политиков и чиновников. Коррупция - это одна из причин, которая сделала возможным захват заложников, утверждают они. Всем известно, что многочисленные милицейские посты на Северном Кавказе, как правило, можно миновать без паспорта и проверки в обмен на взятку. Идеальные условия для вооруженных террористов.

Источник: Focus


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru