Архив
Поиск
Press digest
20 сентября 2019 г.
24 марта 2011 г.

Юлия Иоффе | Foreign Policy

Ну и кто после этого крестоносец?

Те, кто гадает на кофейной гуще, в какой пропорции разделена власть между Путиным и Медведевым, в понедельник получили дорогой подарок, замечает обозреватель Foreign Policy Юлия Иоффе. Между двумя лидерами произошла редкостная публичная перепалка.

Путин сказал, что резолюция 1973 Совбеза ООН по Ливии напоминает ему "средневековый призыв к крестовому походу, когда кто-то призывал кого-то идти в определенное место и чего-то освобождать". Через несколько часов Медведев заявил: "Недопустимо использовать выражения, которые, по сути, ведут к столкновению цивилизаций, типа "крестовых походов" и так далее. Это неприемлемо".

"Неприемлемо? Неужели Медведев, явно младший партнер в правящем тандеме, действительно назвал слова Путина "неприемлемыми"? Что это, редкое проявление того, что у Медведева есть политическая твердость духа, что он способен дать отпор железной воле Путина? А также, поскольку до президентских выборов - э-э-э, президентского решения - остался всего год, что это означает для закулисных планов обоих кандидатов? Может быть, это знак, что Медведев хочет остаться в президентском кресле и оспорить предполагаемый план Путина по возвращению на этот пост?" - пишет автор.

Иоффе сама же отвечает, что все не так просто: публичная перепалка между двумя главами государства произошла не впервые. "Когда перепалки происходит, стоит помнить, что правящий тандем устроен по принципу "хороший следователь - плохой следователь", - пишет журналистка. Вдобавок, по ее мнению, на деле разногласия не столь уж серьезны: Россия легко могла бы наложить вето на резолюцию, но предпочла воздержаться при голосовании.

"Так почему же Путин столь разгневан? Тот факт, что Россия воздержалась, ставит ее в неудобное положение. России не нравится, когда кто-то велит кому-то идти что-то освобождать", - пишет автор, напоминая, что в 1999 году Россия протестовала на уровне ООН против бомбардировок Югославии. По предположению автора, любая интервенция вызывает у России опасения, пусть даже бессознательные, что следующей мишенью станет сама Россия. Вдобавок "страны, куда вторгаются западные войска, часто являются союзниками России, причем весьма доходными": год назад Ливия закупила российское оружие почти на 2 млрд долларов, напоминает издание.

"Коронная цветистая риторика [Путина] должна служить компенсацией для избирателей, потерявших деньги из-за резолюции Совбеза. Это выступление предназначалось исключительно для отечественной аудитории", - сказала аналитик Маша Липман.

"Реакция Медведева, наоборот, предназначалась для иностранной аудитории", - пишет Йоффе, предполагая, что заявление президента не случайно совпало по времени с выступлением министра обороны США Гейтса, который расхвалил американо-российское сотрудничество и отказ Кремля от вето.

"Очевидно, Кремль рассудил: бесполезно помогать Ливии - этому тонущему кораблю - если рискуешь восстановить против себя и Европу, крупнейшего торгового партнера России, и США", - предполагает обозреватель.

Крупные решения типа отказа от вето в ситуации, когда Россия традиционно его накладывает, обычно принимаются с согласия обоих партнеров по дуумвирату, уверена Йоффе. И в итоге победило заявление, предназначенное для зарубежной аудитории, - вечером российское телевидение транслировало лишь высказывания Медведева. (Кстати, накануне голосования в Совбезе ООН Россия внезапно уволила своего посла в Ливии, который, по слухам, ратовал за наложение вето, напоминает автор).

Источник: Foreign Policy


facebook
Читайте также:
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru