Архив
Поиск
Press digest
23 июля 2019 г.
26 февраля 2007 г.

Алекс Уильямсон | The Economist

Выхолащивание политики

Водворение боевика на пост президента Чечни отражает общую тенденцию в России - прицел на президентские выборы следующего года.

Алу Алханов - это скорее исключение среди бывших президентов Чечни, и сепаратистов, и российских марионеток, так как он жив. На прошлой неделе он был мирно освобожден от своих обязанностей Владимиром Путиным, который назначил исполняющим обязанности президента 30-летнего Рамзана Кадырова, переметнувшегося бывшего главаря боевиков, который является сыном еще одного (покойного) чеченского лидера.

Судьбы Чечни и Владимира Путина уже давно переплелись. Он пришел к власти на волне чеченской войны, начавшейся в 1999 году. Возвышение Кадырова (которое еще должно быть утверждено парламентом) имеет целью обеспечить стабильность в Чечне в нервный период подготовки к предполагаемому уходу Путина с должности в 2008 году. Оно официально оформляет фактическую власть, которая у Кадырова с его внушающей страх милицией уже и так давно была. Но это возвышение, как и положение дел в Чечне в целом, отражает также политическую ситуацию в России. Это часть того, что независимый депутат Госдумы Владимир Рыжков описывает выражением "политическая зачистка" (слово "зачистка" используется преимущественно для обозначения кровавых рейдов российских войск по чеченским деревням).

Рейды по территории российской конституции нарастают, и они не менее коварны. 5-процентный барьер на выборах в Госдуму, который и так уже настолько высок, что ни одна либеральная партия не смогла его преодолеть на выборах 2003 года, на парламентских выборах в конце этого года будет поднят до 7%. Создавать коалиции для его преодоления партиям запрещено. Кандидаты могут избираться только по партийным спискам - при предыдущей системе половина депутатов избирались напрямую по округам (что позволило выжить, к примеру, Рыжкову). Кандидаты могут быть отстранены от выборов за "экстремизм", который включает, к примеру, клевету на должностное лицо. Правила минимальной явки также были отменены; вариант голосования "против всех" исчез из бюллетеней. Так что бойкот и протестное голосование больше не могут быть использованы для выражения несогласия.

Повсеместно используются грязные трюки. Залы, забронированные для партийных собраний, вдруг оказываются заняты. Митинги и демонстрации с легкостью запрещают, или их душат омоновцы.

"Все наши действия, - заявил недавно Путин в Мюнхене, - направлены на усиление многопартийной системы в России". О да! Наряду с "Единой Россией" - слепо-послушным большинством нынешней Думы, в следующей, скорее всего, будет коммунистическое "охвостье" и либеральные демократы - довольно комический отряд лженационалистов, также лояльных Кремлю. Главной "оппозиционной" партией может оказаться новая "Справедливая Россия", созданная Кремлем в прошлом году, чтобы привлечь левых и националистически настроенных избирателей. В результате, по словам лидера исчезающей либеральной партии "Яблоко", создается "иллюзия соревнования", вроде того, что было между боярами в царские времена. Рыжков с его "Республиканской партии", у которого поперек дороги также стоят новые правила, называет ситуацию "Дрезденской системой" - такая искусственная многопартийная система существовала в Восточной Германии, о чем Путин, несомненно, хорошо помнит еще со времен своей шпионской работы в Дрездене.

На пути аутсайдеров есть и другие препятствия. Случай Михаила Ходорковского - бывшего нефтяного магната, которому сейчас в сибирской тюрьме грозят новые обвинения, - научил бизнесменов не торопиться финансировать критиков Путина. В то же время Кремль, контролируя СМИ, заботиться о том, чтобы голос этих критиков никто не услышал.

Некоторая ограниченная независимость пока остается. "Новое время" - новый журнал, руководителя которого выгнали из крупной ежедневной газеты за слишком откровенный рассказ о захвате школы в Беслане в 2004 году. Политический редактор этой газеты Евгения Альбац винит в покорности большинства печатных изданий самоцензуру и амбиции. "Если вы хотите быть частью истеблишмента, - говорит она, - то вы не можете писать правду". За пределами Москвы журналистам грозят более серьезные опасности: на прошлой неделе в северокавказском Владикавказе бюро отважной журналистской сети IWPR со штаб-квартирой в Лондоне стало местом милицейской операции. Однако и там есть признаки жизни: Виктор Федофенко ушел из своей газеты в сибирском городе Ханты-Мансийске после того, как ее владелец не пропустил статью о хищениях. Вместе с коллегами он организовал новую газету - с портретом Че Гевары на первой полосе, поскольку, по словам Федофенко, "он ассоциируется у нас со свободой".

Однако телевидение, откуда большинство россиян узнают новости, - это совсем другая история, что признают даже в Кремле. Политические новости переполнены крайне благожелательными отчетами о том, как Путин провел день. Все основные каналы в конечном счете контролируются Кремлем. Общая тенденция, говорит Маша Липман из Московского центра Карнеги - невинные сюжеты, не имеющие отношения к политике.

Путин и его помощники утверждают, что подобные методы можно встретить и в западных странах. Однако в сумме они означают согласованные усилия по разрушению демократических свобод. Некоторые меры, например новые трудновыполнимые правила регистрации групп, участвующих в избирательной кампании, пока что не привели к драконовским акциям против них, которые многие предсказывали. Однако они порождают тревогу и внушают повиновение самим фактом своего существования. Так же, как возрождение проверок в советском духе тех граждан, у которых слишком тесные контакты с иностранцами и другими нежелательными элементами.

Загадка состоит в том, зачем Путин при его популярности утруждает себя всеми этими излишними инструментами контроля. Отчасти ответ таков: потому что имеет такую возможность. Но другая часть ответа: не исключено, что он опасается не поражения на контролируемых государством выборах, а скорее беспорядков на улицах (отсюда создание прокремлевского молодежного движения). Именно на улицах, а еще в подковерной борьбе и дворцовых переворотах в Кремле имеет место реальная политическая конкуренция.

Необходимость поддерживать баланс между конкурирующими кремлевскими кланами, вероятно, объясняет и существенные кадровые решения Путина на прошлой неделе, а именно, перемещение Сергея Иванова из министерства обороны на должность первого вице-премьера. Такой же пост занимает Дмитрий Медведев, который, как и Иванов, считается основным кандидатом в преемники Путина в 2008 году. Это может избавить Иванова от непрекращающихся скандалов из-за жестокостей в армии (одно из недавних обвинений состоит в том, что солдат в Санкт-Петербурге принуждали к занятиям проституцией). Теперь некоторые рассуждают о том, что в ходе президентских выборов 2008 года будут соревноваться два одобренных Кремлем кандидата. Но основную выгоду эти перемены принесут Путину, который укрепил свой контроль над процессом престолонаследия и собственную власть.

В этом отношении Чечня в очередной раз отражает в крайних формах общую ситуацию. При Кадырове в Чечне, как и при Путине в России, экономические успехи были достигнуты ценой коррупции, непрозрачности и беззакония. Оба режима опираются на крайне персонифицированную власть, которая выглядит надежной, но однажды может оказаться непрочной.

Источник: The Economist


facebook
Читайте также:
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru