Архив
Поиск
Press digest
13 декабря 2019 г.
26 сентября 2005 г.

Карла Энн Роббинс и Алан Каллисон | The Wall Street Journal

Битва вокруг безопасности ядерного арсенала России

Несмотря на американскую помощь, программа ядерной безопасности в России наталкивается на сопротивление и проволочки, помноженные на охлаждение в двусторонних отношениях

Прошел уже 21 месяц с того момента, как США передали ключи от ядерного хранилища "Маяк" под Озерском в руки российского правительства, однако хранилище до сих пор пустует.

Построенное на американские средства и обошедшееся более чем в 400 млн долларов здание, напоминающее крепость, должно было стать центральным элементом американских усилий по созданию безопасных условий для хранения обширного ядерного арсенала России. В нем могут уместиться более 50 метрических тонн оружейного плутония, а стены толщиной 23 фута могут выдержать землетрясения, пожары и удар бронебойной бомбы.

По словам американских чиновников, им сообщили, что подготовку персонала для работы в хранилище пришлось отложить из-за бюджетных затруднений в Кремле, но загрузку хранилища предполагается начать к середине 2006 года. Однако высокопоставленный российский чиновник предполагает, что этого не случится до тех пор, пока не будет подписано соглашение о том, как США будут контролировать происходящее внутри. А люди, живущие поблизости от этого в прошлом закрытого города, пережившего один из самых серьезных радиоактивных выбросов в мире, вообще предпочли бы, чтобы хранилище пустовало вечно.

История этого хранилища демонстрирует, что вокруг усилий по созданию безопасных условий для военного арсенала России по-прежнему разворачивается напряженная битва, даже несмотря на то, что в мире после 11 сентября угроза ядерного терроризма значительно повысилась. К настоящему моменту США внедрили современные меры безопасности на 48 из 85 ядерных хранилищ и иных объектов, которым требуется модернизация, однако в России существуют еще десятки объектов, по которым две стороны могут так и не договориться. На фоне подъема русского национализма и роста нефтяных доходов отношения между США и Россией становятся все более напряженными. Российские чиновники категорически заявляют, что никогда не подпустят американцев к двум крупным сборочным военным заводам, где, как предполагается, хранится четверть российского высокообогащенного урана и плутония, извлеченного из боеголовок.

Начиная с 1991 года США потратили около 7 млрд долларов на российскую ядерную безопасность и достигли значительных успехов. Чтобы помочь России выполнить обязательства по Договору о контроле над вооружениями, США оплатили демонтаж сотен атомных ракет, подлодок и бомбардировщиков, отправив их в металлолом. Тысячи специалистов по вооружениям получили по крайней мере временную работу, не связанную с вооружениями. По отдельному коммерческому договору 250 метрических тонн высокообогащенного урана, изъятого из демонтированных боеголовок, были превращены в топливо и использованы на американских АЭС.

Однако пока внимание Вашингтона сосредоточено на угрозе ядерного распространения, которую представляют собой Иран и Северная Корея, многие усилия в этой сфере омрачаются бюрократическими проволочками на среднем уровне. Темп усилий немного ускорился после того, как президент Буш поднял этот вопрос на февральском саммите с российским президентом Владимиром Путиным. Однако американские чиновники в частном порядке отмечают, что охлаждение в американо-российских отношениях и усиление влияния российских спецслужб сводят все эти достижения на нет.

Эта программа с самого начала наталкивалась на сопротивление российских чиновников, которые видели в ней способ, с помощью которого США смогут раскрывать российские военные тайны. Сопротивлялся и конгресс США, который считал ее еще одним неоправданным пунктом расходов в рамках помощи другим государствам. Одним из самых сложных вопросов по сей день остается требование США открыть американским чиновникам доступ на все объекты независимо от степени их секретности, дабы предотвратить растрату долларов американских налогоплательщиков.

Кадром эры холодной войны показалось задержание российскими пограничниками в городе Пермь в конце прошлого месяца американской делегации во главе с сенатором Ричардом Лугаром, отцом программы ядерной безопасности. Пограничники настаивали на обыске самолета делегации и смягчились только тогда, когда Вашингтон выразил Кремлю протест.

В 1991 году, когда распался Советский Союз, Лугар и бывший сенатор от штата Джорджия Сэм Нанн занялись поиском финансовых ресурсов для содействия Москве в демонтаже и обеспечении безопасности ее ядерного оружия. В те дни главное опасение, по словам Лугара, вызывали "военнослужащие Красной Армии и, может быть, даже высокопоставленные чиновники", которые могли разворовать арсенал.

Больше стабильности

Сегодня российское правительство гораздо стабильнее, и благодаря высокой цене на нефть, которая зашкаливает за 60 долларов за баррель, его возможности для оплаты собственных счетов расширяются. Однако американские чиновники говорят о своих опасениях, что Кремль медленно реагирует на новые встающие перед ним угрозы, даже после серии ожесточенных атак чеченских террористов.

"Я не думаю, что они осознают" всю серьезность этих угроз, говорит Пол Лонгсворт, до недавнего времени занимавший пост заместителя главы Национального управления ядерной безопасности США, которое помогает России создавать безопасные условия на ее ядерных объектах. По его словам, Америке целесообразно платить за ядерную безопасность России: "Если эту работу сделаем мы, мы будем знать, что она проделана".

Количественные параметры ядерного арсенала России - это государственная тайна. По оценкам американских аналитиков, у России может быть до 600 метрических тонн плутония и высокообогащенного урана в чистом виде (не в боеголовках), и около 16 тыс. боеголовок, хранящихся на 100-150 объектах различных размеров.

Во время холодной войны СССР прятал свою ядерную деятельность и производственные мощности в десяти закрытых городах, включая Озерск, где находится пустующий склад "Маяк". Советы стерли названия этих городов с карт и не впускали туда чужих, а большинство жителей не имело права покидать их.

Даже сегодня Озерск окружен ржавой колючей проволокой и закрыт для большинства приезжих. Знак на дороге в направлении города предупреждает на английском и на русском: "Проезд иностранных граждан без особого разрешения строго воспрещен". Дальше - пост безопасности, ворота и охранники с автоматами.

Когда американским чиновникам удалось попасть за колючую проволоку, они обнаружили, что меры безопасности ужасающе ничтожны. Роуз Готтемеллер, в то время высокопоставленный чиновник министерства энергетики, посетила Озерск в 1999 году и вспоминает, как ее отвезли на старый склад, деревянная дверь которого закрывалась на единственный скрипучий металлической замок, а на окнах не было даже решеток. Внутри, говорит она, рядами стояли небольшие ведра с поднятыми ручками - они были наполнены плутонием.

Сопровождающий спросил Готтенмеллер, не хочет ли она взглянуть, как выглядит ведро с плутонием, и выдал ей одно. Хотя недолгое соприкосновение с плутонием не опасно, если его не употреблять внутрь, ей было "довольно страшно" даже думать о том, что эти ведра с легкостью могут оказаться в руках злоумышленников.

С тех пор США установили высокотехнологичное оборудование и ввели новые системы учета более чем на половине объектов, где хранится ядерный материал, используемый в научно-исследовательском комплексе России. Предполагается, что это - примерно 30% российских запасов оружейного урана и плутония.

Чтобы заставить российских военных чиновников принять помощь на секретном хранилище боеголовок, требуются особенно деликатные ухаживания. В стране, где армии не хватает денег, а военные объекты часто приходят в запустение, главное, что их привлекает, - это предложение бесплатной хай-тэк безопасности.

Небольшая тренировочная база в городе Сергиев Посад под Москвой, построенная на 20 млн долларов из американской казны для главной службы ядерной безопасности российской армии, - это яркая витрина всего, что могут предоставить американцы. Травка вокруг трех рядов забора из бетона и колючей проволоки аккуратно подстрижена, деревья спилены, чтобы за ними не могли прятаться злоумышленники. Чтобы попасть внутрь, посетителю нужно пройти через "ловушку" - металлическую клетку, в которой ворота внутрь базы открываются только после того, как закрываются внешние ворота.

Меры безопасности

Стоя около толстой металлической двери образцового ядерного бункера, командующий базой полковник Сергей Груздев на одном дыхании перечисляет все меры безопасности, которые, по его словам, делают "практически невозможным" кражу боеголовки ворами или террористами. Чтобы добраться до того места, где мы стоим, потребуется преодолеть все препятствия - ключи-карты, панели, требующие набор кода, детекторы движений и три уровня видеонаблюдения. А чтобы открыть дверь бункера, три человека с соответствующим уровнем доступа должны положить руки на биометрический сканнер. "Это должна быть настоящая рука", - отмечает полковник.

Подобный энтузиазм приносит плоды. Пентагон в настоящий момент вводит технологию, аналогичную той, которой хвастался полковник Груздев, на десятках других хранилищ ядерного оружия российской армии. Недавно Москва передала США список еще 18 объектов, где ей требуется помощь. Пентагон, который не собирается вносить вклад в повышение боеготовности российских вооруженных сил и не будет повышать безопасность на активных военных базах, вероятно, одобрит 15 или 16 из тех, на которые был подан запрос.

Несмотря на весь энтузиазм Груздева, в атмосфере наметилось заметное охлаждение, когда группа из компании Raytheon, которая только что получила от Пентагона контракт на повышение мер безопасности на нескольких российских объектах, прибыла для осмотра места работ. Они простояли на дороге перед базой более 30 минут - вероятно, этот жест был направлен на то, чтобы показать, кто здесь хозяин.

Сейчас США давят на Россию с тем, чтобы она приняла помощь на двух крупнейших объектах в закрытых городах Лесной и Трехгорный. Однако российский ядерный истэблишмент опасается утечки хорошо охраняемых секретов производства, в частности сведений о конструкции боеголовок.

Чтобы устранить эти опасения, прошлой осенью США приняли группу экспертов из российского Федерального агентства по атомной энергии: их провели по секретному ядерному сборочному заводу в Амарилло, штат Техас. Американские чиновники надеялись показать россиянам, что тот ограниченный доступ, которого добиваются США, не создаст угрозы ни для каких тайн. Владимира Кучинова, который возглавляет Управление международного и внешнеэкономического сотрудничества в Росатоме, это не впечатлило. "Вы знаете, что именно видели россияне? - спрашивает он. - Только забор, и ничего больше. Мы тоже в духе взаимности можем показать им забор".

Что касается принятия американской помощи в Лесном и Трехгорном, то Кучинов - которого Вашингтон считает одним из наиболее близких по духу российских чиновников - рубит сплеча: "Это даже не обсуждается".

Отчасти на волне нового нефтяного бума россияне все чаще возмущаются, когда их изображают младшим партнером или страной, нуждающейся в подачках. Евгений Аврорин, научный директор в закрытом атомном городе Снежинск, указывает, что программа Нанна-Лугара была важной в момент краха Советского Союза. "Но все усложнилось", - подчеркивает он. С российской стороны распространен взгляд, согласно которому "мы отдали слишком много наших секретов за слишком маленькие деньги".

Даже сторонники программы в России говорят, что США порой усугубляли проблемы, не прислушиваясь к этим настроениям. Два правительства договорились совместно избавиться от 68 метрических тонн оружейного плутония, и каждое обязалось сжечь по 34 тонны в качестве топлива на реакторах. Однако проект стоит на месте уже более двух лет после того, как обретшая самоуверенность Москва стала настаивать на том, что в случае совершения акта саботажа или терроризма американскими сотрудниками во время строительства нового топливного завода в России они должны нести за это ответственность.

Ястребы в администрации, включая Джона Болтона, тогда работавшего в Госдепартаменте, потребовали сохранить неприкосновенность своим сотрудникам, которую Россия, тогда лежавшая ничком, гарантировала им в начале 1990-х. Став госсекретарем, Кондолиза Райс сменила курс и приказала своим помощникам принять требование России. Однако, прежде чем в обеих странах начнется строительство, должны быть урегулированы другие вопросы, включая и то, кто будет платить за топливный завод в России. Тем временем американские чиновники в частом порядке говорят, что, если программа и дальше будет откладываться, Белый дом, который изыскивает способы сократить расходы после урагана "Катрина", не прочь свернуть планы строительства американского завода. Это может убить весь проект.

Усилия по заполнению хранилища "Маяк" натолкнулись на тот же водоворот бюрократии и недоверия.

Здесь слишком хорошо знакомы со страхом перед техногенными катастрофами и должностными преступлениями. В 1948 году инженеры из Озерска сбросили высокорадиоактивные отходы в реку Теча, отравив 100 тыс. человек в поселке ниже по течению. Когда в 1957 году взорвался контейнер с ядерными отходами, радиация рассеялась по огромной территории. Советское правительство сносило целые поселки, правда спустя месяцы и иногда годы после аварий. Другие поселения оставляли, что заставляло людей подозревать, что их используют в качестве лабораторных мышей для изучения воздействия радиации.

Впервые Россия озвучила идею строительства большого хранилища в 1991 году. Она предупредила, что для того, чтобы выполнить свои обязательства, ей потребуется безопасное место для хранения всего ядерного материала, извлекаемого из деактивированных боеголовок. В декабре 2003 года, после многочисленных проволочек, вызванных дебатами о местонахождении, дизайне и финансировании, наконец было завершено строительство мощного бетонного сооружения в Озерске.

Договор о "прозрачности"

Вашингтон и Москва еще не заключили договор о "прозрачности". В нем будет оговорено, как США будут удостоверяться в том, что герметически запакованные контейнеры из нержавеющей стали, которые будут загружаться в хранилище, наполняются оружейным плутонием - не вникая в точный состав плутония, используемого в российских боеголовках.

По словам американских чиновников, обе стороны достигли принципиального согласия по технологии мониторинга. Пентагон в последние месяцы направил в Россию два письма, настаивая на том, что загрузка может проходить и без соглашения. Кучинов из Росатома говорит, что теоретически это, может быть, и так, но "мы, тем не менее, пытаемся заключить договор".

Еще один нерешенный вопрос - это то, сколько плутония должно храниться в хранилище. Американские ученые отмечают, что там созданы безопасные условия для 100 метрических тонн. Однако США также настаивают на том, что плутоний, хранящийся там, может изыматься только в том случае, если его собираются уничтожать, а не перерабатывать для производства оружия. На таких условиях, замечают российские чиновники, они готовы поместить туда только 25 метрических тонн - то количество, которое должно быть использовано в качестве топлива, если топливный завод когда-либо будет построен.

Тем временем растет политическое сопротивление этому проекту. Российские националисты осуждают его как способ вынудить страну хранить все свои запасы оружия "в одной корзине", причем уязвимой, а защитники окружающей среды утверждают, что массивное здание настолько непрочно, что один-единственный нарушитель с гранатой может устроить взрыв, в результате которого загрязненной окажется половина Европы. Эти же утверждения были громогласно озвучены членами парламента и популярным таблоидным журналистом по телевидению.

История атомных аварий много значит для Германа Лукашина, члена городского совета Снежинска. Он говорит, что считает США дружественным государством, однако сомневается в том, что они сделали все, что могли, для безопасности хранилища. "Если бы там были системы безопасности и системы экологического контроля, тогда все было бы по-другому", - отмечает он. Он хочет создать сайт в интернете, где перечислит предполагаемые проблемы, а также представит онлайновую игру, в которой люди будут пытаться защитить хранилище от нападающих.

Американское и российское правительства не сделали почти ничего для того, чтобы снизить эти опасения. В проведенном по заказу Пентагона исследовании, которое было завершено в прошлом году, объявляется, что хранилище с конструктивной точки зрения защищено от большей части аварий и бедствий, однако итоги этого исследования не были обнародованы и в нем не рассматривались вопросы внутренних краж и терроризма. По словам Кучинова, подобные исследования "бесполезны" для обуздания напора обвинений, основанных на интуитивном страхе.

Источник: The Wall Street Journal


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru