Архив
Поиск
Press digest
11 декабря 2019 г.
2 августа 2019 г.

Бенуа Виткин | Le Monde

Верхушка российского государства потрясена новыми политическими "чистками"

"Увеличение числа арестов высокопоставленных чиновников и депутатов объясняется битвой кланов, борьбой за ресурсы и обдуманной политикой Кремля", - пишет корреспондент Le Monde в Москве Бенуа Виткин.

"Неделю за неделей, шумно или тихо сообщается о неустанно сменяющих друг друга арестах в высоких сферах российского государства. Такие новости появляются на первых полосах московских ежедневных газет или в заметках местной прессы и являются фоном четвертого срока правления Владимира Путина, той новой данностью, которую не может игнорировать ни один член правящей элиты", - говорится в статье.

"(...) Систематически речь идет о коррупции или экономических преступлениях", - отмечает журналист.

"(...) Подобные уголовные расследования следует отличать от давней и широко распространенной практики, такой как политические аресты лидеров оппозиции в Москве, проводившиеся в течение июля, или коммерческая борьба, споры по которой рассматриваются в уголовных судах", - считает автор статьи.

"Увеличение числа обвинений против высокопоставленных чиновников направлено на поддержание напряженности во всей элите, ощущения террора "лайт", - расшифровывает политолог и экономист Кирилл Рогов. - Цель состоит в том, чтобы путем постоянной угрозы гарантировать лояльность элиты и стабильность системы. Раньше для поддержания сплоченности было достаточно надежды на обогащение, теперь к этому необходимо добавить страх".

"Кирилл Рогов является соавтором примечательного доклада, опубликованного весной фондом "Либеральная миссия" ("Политическое развитие России. 2014-2016 : Институты и практики авторитарной консолидации" - Прим. ред.) об эволюции уголовных дел против политической элиты, исследование было проведено на выборке из 1500 человек. В период с 2001 по 2005 год всего три правительственных чиновника или депутата Госдумы были привлечены к ответственности; только в 2008 году их общее число возросло до тридцати пяти. В среднем, с 2014 года ежегодно арестам подвергаются 2% членов элиты", - передает автор статьи.

"Сравнение с чистками 1930-х годов было бы преувеличенным, но многие обозреватели упоминают о призраке этого исторического периода", - говорится в статье. "Масштабы и жестокость репрессий не идут ни в какое сравнение, однако такие аресты являются центральным фактором стабильности путинской системы, который усиливается уже в течение года", - отмечает Рогов, добавляя: "При Сталине советские элиты были гораздо более дисциплинированными, чем при Брежневе..."

"Многие из этих случаев для широкой публики представляются как как часть борьбы государства с коррупцией, но социологи отвергают такое объяснение", - пишет Le Monde.

"Такая борьба слишком избирательна для того, чтобы быть настоящей, - говорит политолог Валерий Соловей. - Она не атакует ни одной из основ коррупции и не затрагивает самых высокопоставленных людей в окружении Владимира Путина".

На самом деле, даже честная работа не дает никаких гарантий, говорится в публикации. "За те же действия один чиновник получит медаль, а другой окажется в тюрьме", - пишет политолог Николай Петров, соавтор доклада для фонда "Либеральная миссия".

"(...) Вместо того, чтобы быть антикоррупционными инструментами, аресты и использование правосудия служат для подпольной борьбы за доступ к ресурсам. Так, многие уголовные дела возбуждаются с целью давления на конкурента, конкурирующую группу или просто для захвата их активов. Именно так многими истолковывался арест в конце 2016 года министра экономического развития Алексея Улюкаева (первого министра в этой должности с советских времен), который стал жертвой аппетитов Игоря Сечина, генерального директора нефтяной компании "Роснефть" и одного из самых влиятельных представителей элиты", - комментирует Виткин

"По мере того, как с ухудшением экономической ситуации пирог уменьшается, борьба становится все более жестокой", - заключает один бизнесмен.

"Дела с участием представителей элиты заканчиваются все более суровым тюремным заключением (например, тринадцать лет для бывшего губернатора Сахалина), в то время как еще несколько лет назад вердикты чаще всего сопровождались условным осуждением. Профиль соответствующих людей также меняется: после осуждения Улюкаева на восемь лет тюремного заключения арест бывшего министра по вопросам открытого правительства Михаила Абызова в марте 2019 года стал еще одним признаком перемещения в более высокий сегмент", - пишет издание.

"(...) Такие столкновения в верхах отражают интенсивную борьбу за власть, которая поддерживается перспективой теоретического ухода Владимира Путина с поста президента в 2024 году", - указывает автор статьи.

"Это еще не борьба за преемственность, - поясняет один бизнесмен, знакомый с византийским стилем функционирования российского государства, - а всего лишь подготовка. Каждая группа отмечает свою территорию".

"Арест Абызова, человека, считавшегося лояльным и не слишком алчным, интерпретируется как нападение на либеральный клан, представителем которого он являлся, и демонстрацией слабости премьер-министра Дмитрия Медведева, неспособного защитить одного из своих протеже", - пишет автор статьи.

(...) По мнению Кирилла Рогова, новые "чистки" эффективны в том смысле, что они "гарантируют минимальный уровень лояльности и результативности", которые иначе после 2014 года могла бы утратить власть, впавшая в эйфорию от присоединения Крыма.

(...) Политолог Валерий Соловей считает эффективность этих практик относительной, говоря о "полупараличе" системы, когда приказы больше не исполняются, а любая инициатива пресекается.

"В конечном итоге, лучше всего не двигаться с места. Не делать ничего, ни плохого, ни хорошего", - сказал один высокопоставленный региональный чиновник на условиях анонимности.

Источник: Le Monde


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2019 InoPressa.ru