Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
2 июня 2004 г.

Илан Гринберг | International Herald Tribune

Семь месяцев спустя. Розы грузинской революции вянут

Президент Грузии Михаил Саакашвили, которого почти все соотечественники называют Мишей, пришел к власти 22 ноября 2003 года после штурма парламента, транслировавшегося национальным телевидением в прямом эфире. Из задних рядов он потребовал, чтобы Эдуард Шеварднадзе, по мнению многих, фальсифицировавший результаты выборов, ушел.

Шеварднадзе, бывший советский министр иностранных дел, под руководством которого Грузия погрязла в нищете и беззаконии, выглядел ошеломленным, а затем сраженным риторикой Саакашвили. Когда Шеварднадзе увели по черному ходу, Саакашвили, который некоторое время был его министром юстиции, поднялся на трибуну, обвел взглядом мятежный зал, нашел глазами камеры и выпил стакан чая, приготовленный для Шеварднадзе.

На улицах демонстранты прикрепили цветы к стволам солдатских автоматов, и "революция роз" завершилась. Спустя два месяца 36-летний Саакащвили, харизматичный выпускник юридического факультета Университета Колумбии, был избран президентом 97 процентами голосов.

Ему предстояло управлять Грузией - страной, имеющей три отколовшихся региона, погрязшей в коррупции и преступности, страдающей от постоянной нехватки электроэнергии и воды, не способной собирать налоги со своих граждан.

Саакашвили обещает, что через три года страна будет готова подать заявку о вступлении в Европейский союз, через пять - будет восстановлена в прежних границах и совсем скоро начнет подчиняться закону. Его популярность по-прежнему велика, но критики начинают наносить удары.

Коба Давиташвили, союзник по революции, порвавший с Саакашвили после того, как президент добился неоднозначных изменений конституции, усиливающих исполнительную ветвь власти, недавно заявил: "Миша много обещает, но пенсионерам не платят и о либеральном обществе не заботятся".

Когда Грузия входила в Советский Союз, она была популярным местом отдыха и самой богатой республикой СССР. К концу 1990-х даже любители экстремальных путешествий сочли поездки в эту страну слишком опасными, и Грузия ухитрилась стать самой бедной из республик бывшего СССР.

В сентябре 2003 года Международный валютный фонд прекратил ее финансирование, а Всемирный банк значительно урезал кредиты. В январе, после революции, американский финансист Джордж Сорос помог создать фонд по борьбе с коррупцией, чтобы повысить жалкие зарплаты бюджетников: от президента, который получает 1,5 тыс. долларов в месяц, до пограничников, зарабатывающих ежемесячно 500 долларов.

При Шеварднадзе коррупция приобрела масштабы эпидемии и стала почти такой же характерной чертой пейзажа, как разбитые дороги, разрушающиеся здания и горы со снежными шапками.

"Мы стоим перед дилеммой, - сказал новый генеральный прокурор Ираклий Окруашвили, - ибо можем арестовать любого".

Кумовство, протекционизм, взяточничество, плата за школьные оценки и даже появление на работе в 11 утра правительство Саакашвили называет врагами революции. Недавняя история дает основания думать, что провести реформы в слабом государстве почти невозможно. Борис Ельцин в России, коммунистические вожди в Центральной Азии, Шеварднадзе в Грузии - президенты по всему бывшему СССР приходили к власти, давая такие же обещания, что и Саакашвили.

На каком основании считать, что Миша отличается от них?

Саакашвили утверждает, что разница заключается в историческом моменте (то есть он извлек уроки из чужих ошибок), и в особенностях его электората. "Желание перемен исходит снизу", - говорит Саакашвили.

Однако для грузин одобрить арест зятя Шеварднадзе, которого в феврале задержали за неуплату налогов и освободили после того, как жена заплатила за него штраф в размере 15,5 млн долларов, - это одно, а смотреть сквозь пальцы на аресты собственных коррумпированных зятьев - другое.

Фейди Эсли, который до недавнего времени был президентом Американской торговой палаты в Тбилиси, сказал, что в Грузии сейчас "все как всегда. Те, кто наверху, осторожны, они напуганы. На более низком уровне игра продолжается".

В известном анекдоте советских времен говорилось о людях, которые притворяются, что работают, и правительстве, которое притворяется, что платит им. В последние 10 лет грузины и их правительство перестали даже притворяться. В ветхом здании Государственной канцелярии, где находится администрация президента, открыв дверь, видишь, как сотрудники раскладывают пасьянс на компьютерах или смотрят телевизор.

По оценкам, грузинская экономика на 50% действует в подполье, и ей не досаждают бюрократы. Тбилиси практически не собирает налогов. Когда правительству удалось увеличить налоговые поступления на 30% в первые два месяца 2004 года, что принесло в бюджет 22 млн долларов, или по 5 долларов на каждого гражданина страны, об этом объявили как о крупной победе. Налоговики Саакашвили начали проводить рейды, цель которых - сделать из бизнесменов страны налогоплательщиков. Но их рвение превратило деловые круги в злейших врагов Саакашвили.

В феврале Саакашвили закрыл могущественный грузинский конгломерат "Омега груп" - за то, что он, помимо прочего, предположительно занимался контрабандой сигарет. Затем прокуратура провела обыск в офисе телекомпании, принадлежащей "Омеге". Предлогом была проверка бухгалтерской отчетности, но следователи покинули здание с коробками электронного оборудования, в результате чего пришлось отменить несколько программ. В стране, где свобода прессы сохранялась даже в самые мрачные дни правления Шеварднадзе, телеканал Саакашвили подвергается критике за ограничения свободы слова.

Америка и Россия давно борются за влияние на Грузию. Для США стратегическая ценность Грузии заключается в том, что через нее будет транспортироваться нефть по трубопроводу, идущему из Каспия в Средиземноморье, а также в желании стать большим братом бывшей советской республики. В мае представители НАТО объявили, что они рассмотрят возможность приема Грузии в альянс. Но самую большую потенциальную опасность для Грузии представляют отношения с Россией, которая в последние 10 лет то награждала, то наказывала (но чаще наказывала) свою слабую соседку.

После прихода к власти Саакашвили крепко обнялся с Россией, как это делает боксер, пытаясь не дать противнику нанести удар. Он публично хвалит действия Путина в Грузии, при этом не делая уступок в серьезных политических вопросах. Пока эта стратегия удерживает Путина от вмешательства в дела Грузии, но многие эксперты утверждают, что в обмен Россия за кулисами предъявит Саакашвили жесткие требования.

Алекс Рондели, президент грузинского Фонда стратегических и международных исследований в Тбилиси, заявил: "Для Миши вопрос не в том, может ли он получить от России то, что хочет, а в цене, которую он готов заплатить".

Спустя 134 дня после революции Саакашвили отвечает на звонок генерального прокурора. Оказывается, друг Саакашвили и финансовый донор повредил правительственный вертолет, который одолжил для личных нужд. Друг, управлявший вертолетом, посадил на колени сына и вдруг упал. Ущерб оценивается в 1 млн долларов. Генеральный прокурор говорит, что виновник отказывается платить и кричит, что он друг президента. Что ему, прокурору, делать?

В последние 13 лет дружба с президентом освобождала от всех юридических обязательств. По словам Саакашвили, он понимает, что многие острые проблемы страны, такие как проблема территориальной целостности и судебной реформы, надо решать постепенно, путем компромиссов. Но он добавил, что решил покончить с коррупцией и изменения надо начинать сверху.

У телефона он на секунду задумался, а потом решительно крикнул: "В тюрьму!" - и швырнул трубку.



facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru