"В Сибири процветает наркоторговля, но государство борется с ней довольно неохотно", - пишет немецкое издание Frankfurter Rundschau.

"Дворец бракосочетаний" - это светло-голубой особняк в стиле модерн на проспекте Ленина, центральной улице Томска, - повествует журналист Штефан Шолль. - И сегодня из него вереницей выходят гости свадеб и молодожены, молодые и стройные, с искрящимися от оптимизма глазами. Но всего несколькими домами ниже проспект Ленина становится уродливым. На стене кто-то написал угольно-черными буквами: "КР МЕФ СК. cheese24..." (интернет-адрес известен редакции FR)".

"Такие граффити можно найти на стенах многих томских домов, это реклама сайта, на котором продаются наркотики. (...) "Добро пожаловать. Мы поставляем чистый качественный товар! Альфа-ПВП и мефедрон", - говорится на нем. Те, кому интересно предложение, перенаправляются на Telegram-каналы и чаты", - передает издание.

"КР" означает крэк, то есть кокаин, "МЕФ" - мефедрон, СК - соль, как, например, синтетический наркотик Альфа-ПВП. (...) Они разрушительно воздействуют на психику и здоровье".

"В школе друг подсел на синтетические наркотики, - рассказывает Вячеслав Третьяков. - (...) Наркоману было 13 лет".

"Вячеслав Третьяков - коммунист, лидер томской партийной молодежи. Раз в неделю он и его "комсомольцы" проходят по улицам, закрашивая белой краской граффити с рекламой наркотиков. "Сейчас их стало меньше, видимо, городская администрация тоже стала прилагать больше усилий для их устранения", - говорит он. Но в сентябре, в начале семестра, когда в университетском городе собралось 80 тыс. студентов, черная реклама покрывала стены зданий, в том числе в верхней части проспекта Ленина, где расположено большинство институтов и общежитий", - пишет издание.

"По данным российского статистического ведомства, в прошлом году в России от наркотиков умерло 7316 человек, что составляет лишь десятую часть от числа жертв в США. Но наркотики являются частью повседневной жизни и в российских провинциях. Официально в стране зарегистрировано 600 тыс. наркоманов, но, согласно исследованию проекта "Трезвая Россия", от наркотиков зависят 5 млн россиян".

"По данным портала "РИА Томск", близкого к властям, "компетентные органы" оперативно задерживают "закладчиков". А каждый год в Томской области около 150 человек попадают за решетку за торговлю наркотиками, обычно на несколько лет".

"Тем не менее борьба с наркопреступностью здесь своеобразная: в августе прошлого года Дмитрий Шарпило был приговорен томским судом к семи годам лишения свободы - за торговлю наркотиками через интернет. Однако молодой человек, которому на тот момент был 21 год, продавал наркотики из компьютерного зала томской ИК-4. По данным группы по защите прав заключенных Gulagu.net, в месяц он продавал спайс и другие синтетические наркотики на сумму, эквивалентную 19 тыс. евро. Под контролем начальника тюрьмы Александра Зорина и других сотрудников исправительного учреждения. "Они взяли ребят, которые отбывали срок за торговлю наркотиками, дали им мобильные телефоны и ноутбуки и заставили зарабатывать для них деньги", - говорит Владимир Осечкин, руководитель проекта Gulagu.net".

"Зорина, очевидно, покрывал Валерий Бояринев, заместитель руководителя ФСИН России. Сотрудники томской тюрьмы неоднократно жестоко избивали Шарпило, чтобы заставить его молчать. Сам Зорин в мае получил серьезные травмы - по данным Gulagu.net, в результате попытки самоубийства, - в то время как Бояринев остается на своем посту. "Расследование объявлено секретным", - говорит Осечкин. Неясно, продолжают ли из ИК-4 торговать наркотиками. Осечкин и Третьяков подозревают, что в колонии производились и синтетические наркотики", - передает издание.

Сайт, который рекламируют на граффити, продолжает работать. "Иногда его блокируют власти, но потом его снова можно открыть и без VPN. Оппозиционные политические сайты цензурное ведомство Роскомнадзор блокирует более настойчиво, - отмечает Frankfurter Rundschau. - Коммунист Третьяков опасается, что власти и органы безопасности не ведут серьезной борьбы с наркоторговцами. "На проспекте Кирова везде висят камеры наблюдения. Можно было бы легко поймать тех, кто рисует граффити, если бы у властей было желание", - говорит он".