В дискуссионной рубрике Le Monde бывший посол Франции в Дамаске Мишель Дюкло высказывает предположение, что Париж мог бы взять за основу соглашение, положившее конец войне в Боснии в 1995 году.

16 декабря 2017 года в ходе интервью Эммануэль Макрон посвятил несколько минут Сирии. Ни слова о систематическом применении насилия сирийскими спецслужбами или об осаде и бомбардировках в Восточной Гуте, мятежном анклаве неподалеку от Дамаска; его высказывания касались главным образом личности Башара Асада, пишет автор: необходимо разговаривать с ним, а когда страны Запада окончательно победят "Исламское государство"*, этот человек должен будет отчитаться за свои преступления перед своим народом и перед международными органами юстиции.

"Можно соглашаться или нет с мнением президента Франции по этому поводу, однако представляется странным подобное фокусирование на вопросе об Асаде, - считает Дюкло. - Не попадает ли глава государства в ту же ловушку, что и его предшественники, чья антиасадовская риторика в конечном счете заслоняла недостаточно действенную политику на месте, лишающую Францию всякого реального рычага влияния?".

"Есть основания полагать, что изменение направления действий Франции при Макроне, по крайней мере, приведет к восстановлению отношений с Россией и укреплению нашего влияния на ее сирийскую политику, - продолжает дипломат. - Однако сегодня приходится констатировать, что Кремль с пренебрежением относится к нашему предложению о "контактной группе", что мы, как и прежде, не присоединились к "переговорному процессу в Астане" (Россия, Иран, Турция), а Москва бойко перескакивает через "гуманитарные красные линии" - сейчас в Восточной Гуте - намеченные Макроном на встрече с Путиным в Версале в мае 2017 года".

Итак, что же Франция может сделать в Сирии? Прежде всего, конечно, еще больше мобилизовать силы в гуманитарном плане, считает автор.

Далее он рекомендует действовать в рамках существующего единого политического процесса, которым управляет Россия. "Путин хочет созвать в Сочи через несколько недель национальный сирийский конгресс. Если он состоится, это произойдет незадолго до мартовских президентских выборов в России, и Москве будет необходимо, чтобы эта встреча прошла успешно", - пишет Дюкло.

Цель, декларируемая российской дипломатией, - запуск в Сочи переговорного процесса, включающего в себя разработку новой сирийской конституции и подготовку выборов для стабилизации страны. Возможная тактическая задача - обязать своего протеже в Дамаске сделать несколько уступок, в то время как режим невозмутимо продолжает устраивать обструкцию женевским переговорам под эгидой ООН, указывает автор.

"Наша роль может состоять в том, чтобы активно ловить русских на слове, - пишет дипломат. - Совместно с нашими главными союзниками и с сирийской оппозицией, уже лучше организованной после "второй эр-риядской встречи" в конце ноября 2017 года, мы должны побудить ООН заняться регламентацией конгресса в Сочи".

Надо действовать в таком ключе, чтобы отбор приглашенных лиц, их свобода слова, программа встречи, методы работы и другие параметры такого рода соответствовали тому, чего можно ожидать от истинного национального диалога, считает Дюкло. "Цель состоит не в том, чтобы пустить под откос конгресс в Сочи, а о том, чтобы сделать из него полезный эпизод, первым реальным бенефициаром которого станет Россия", - поясняет он.

"Русские не могут в одиночку решить сложное уравнение с перекрещивающимися интересами Ирана, Израиля, Турции и прочих, необходимое для урегулирования в Сирии, - пишет экс-посол в Дамаске. - Вместе с американцами мы сможем разыграть карту "зоны деэскалации" на северо-востоке Сирии, которая послужит основой для преодоления антагонизма между Турцией и сирийскими курдами".

"Если мы допустим, чтобы в позиции возможного реагирования на турецкие озабоченности были только русские, то в конце концов мы потеряем Анкару и никак не гарантируем защиту нашим союзникам - сирийским курдам", - указывает дипломат. В случае успешного проведения конгресса в Сочи "мы сможем совместно с США, Великобританией и Германией подумать над чем-то вроде "Дейтонского соглашения" для Сирии, целью которого станет рассмотрение региональных и международных параметров конфликта во всех его аспектах, то есть в отношении Турции, Ирана, Израиля и других стран", заключает Дюкло.

*"Исламское государство" (ИГИЛ) - террористическая организация, запрещенная в РФ.