Архив
Поиск
Press digest
10 июля 2020 г.
4 августа 2008 г.

Стефан Уэгстил | Financial Times

Слабость в глубине российской мощи

В этом месяце исполнится 10 лет с того дня, когда российский финансовый кризис нанес удар по мировым фондовым рынкам. 17 августа 1998 года президент Борис Ельцин заморозил внутренний рынок долгов, ужесточил контроль над валютой и допустил девальвацию рубля. Миллионы людей потеряли свои сбережения, западные банкиры повернулись к Кремлю спиной, и Россия, казалось, обанкротилась не только в финансовом, но и в политическом смысле.

Спустя десять лет, кажется, все кардинально переменилось. В России бум, долги выплачены, инвалютные резервы растут, а отели полны западными бизнесменами. Президент Дмитрий Медведев и премьер-министр Владимир Путин на саммитах гнут свою линию, провозглашая, что Россия вернулась в круг самых влиятельных держав мира. Но реальная ситуация не столь проста. Да, с 1998 года Россия преобразилась собственными силами, но у нее сохраняются серьезные прорехи. Пусть она вернула себе определенное влияние на международной арене, но ей далеко до возрождения статуса супердержавы.

Метаморфоза России после 1998 года началась еще в самый разгар кризиса. После нескольких недель острой неопределенности девальвация стала стимулом для отечественного производителя. Позднее, после того как в должность президента вступил Владимир Путин, Кремль установил стабильность ценой агрессивной атаки на гражданские свободы. И наконец, что всего важнее, средняя цена на нефть выросла с 12 долларов (в 1998 году) до нынешней отметки в более чем 125 долларов. Соответственно, прирост прибылей от экспорта нефти и газа течет в основном в Кремль в виде налоговых отчислений, создавая беспрецедентные возможности для затраты средств на общественные нужды, но также для незаконного обогащения частных лиц.

ВВП в 1998 году снизился на 5%, но с тех пор растет в стремительном темпе - более 6% в среднем. Положительные последствия этого феномена поначалу сказывались в основном на жизни богатых, но теперь распространяются и на растущий средний класс. Не зря Путин и Медведев в своей стране более популярны, чем их западные коллеги у своих сограждан.

Они не только консолидируют внутреннюю власть, но и стремятся утвердить ее за границей, особенно на территории бывшего СССР. Говоря словами Медведева, Россия сегодня - игрок на глобальной арене. Но даже спустя десять лет после 1998 года Россия не так сильна, как думают ее лидеры. К уровню 1989 года экономические показатели вернулись лишь в прошлом году. Миллионы людей живут в бедности, так что средний доход на душу населения в год, измеряемый на основе паритета покупательной способности, составляет всего 14700 долларов. Для сравнения: в Польше - 16300 долларов.

Бедности сопутствует колоссальный дефицит в сферах образования и здравоохранения. Численность населения - на данный момент 143 млн человек - сокращается столь стремительно, что демографическое восполнение является одной из приоритетных задач страны. Правда, Россия находится в том же положении, что и Западная Европа, но она менее открыта для иммиграции и еще больше страшится последствий таковой, особенно в малонаселенной Сибири, граничащей с Китаем, где проживает 1,3 млрд человек.

Кроме того, хотя Россия и взяла курс на диверсификацию, она по-прежнему находится в зависимости от нефти и газа, составляющих около 20% в общем объеме экономики и более 60% экспорта. Мечта о наукоемкой экономике, опирающейся на армию высокообразованных ученых, остается мечтой. Будем справедливы: Россия распоряжается своими шальными прибылями лучше, чем многие богатые нефтью страны. Но это невысокая планка для государства, которое хочет конкурировать за влияние с Соединенными Штатами.

Способность Кремля излучать мощь за пределы России ограничена. Несмотря на рост расходов на военные нужды, этот бюджет составляет лишь 5% от соответствующих трат США, а вооруженные силы нуждаются в модернизации. Даже статус России как ядерной державы находится под вопросом, поскольку она испытывает сложности с заменой устаревших ракет советского образца.

Главный козырь России - ее значение как поставщика энергоносителей, в особенности Евросоюзу. Кремль предпринял огромные усилия для укрепления своей позиции, обнародовав проекты трубопроводов и стараясь заключить сделки о сотрудничестве с другими поставщиками. Но энергоносители - это палка о двух концах. Если ЕС зависит от России, поставляющей ему более 25% газа, который он потребляет, то и Россия зависит от ЕС, который выплачивает ей более 60% от ее общих доходов от реализации газа. Небогатые восточноевропейские страны, не имеющие других поставщиков, в этой ситуации уязвимы, но ЕС в целом - нет.

Даже в своей ближайшей округе Москва сталкивается с проблемами. Сейчас много говорят о том, как Россия бряцает саблями на территории бывшего СССР: в том числе о нарушениях поставок энергоносителей в страны Балтии, Украину и Грузию и вмешательстве в их внутреннюю политику. Самый удручающий пример - поддержка территорий, отколовшихся от Грузии - Абхазии и Южной Осетии. В июле Москва признала, что ее военные самолеты появлялись в воздушном пространстве Грузии.

Но вся эта активность дала Кремлю не так-то много, притом что Запад, напротив, сильно продвинулся. С 1998 года НАТО пережило два расширения, причем в числе новых членов альянса есть и три бывших республики СССР - Эстония, Латвия и Литва. Теперь туда надеются вступить Украина и Грузия. ЕС расширился на восток и разработал политику сотрудничества даже с такими отдаленными странами, как Азербайджан. Тем временем в результате "оранжевой революции" на Украине и "революции роз" в Грузии прозападные демократические лидеры отобрали власть у своих авторитарных предшественников, правивших в московском стиле.

И чем дальше от границ России, тем труднее ей распространять свою мощь. Поскольку холодная война окончена, больше нет идеологического конфликта между Востоком и Западом, благодаря которому Москва смогла бы обзавестись государствами-нахлебниками, выступающими против США. Китай возвышается, Индия развивается, так что конкуренция за влияние усиливается. Правда, есть возможности осложнить жизнь Соединенным Штатам и Евросоюзу, особенно в Иране, на Ближнем Востоке и в Косово, но особых перспектив прочных политических достижений нет. В Африке спад западного влияния открыл двери для Китая, а не для России.

Итак, Кремль пребывает в обескураживающем положении: он намного могущественнее, чем мог бы рассчитывать 10 лет назад, но ему далеко до могущества, к которому он стремится.

Источник: Financial Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru