Архив
Поиск
Press digest
26 февраля 2020 г.
4 декабря 2006 г.

Кристиана Хофман | Frankfurter Allgemeine

"Они убьют всех, кого считают своими врагами"

Ахмед Закаев, друг Литвиненко, чеченский политик, проживающий в Лондоне в эмиграции. Интервью с корреспондентом Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung о Путине, о полонии и о страхе.

Закаев жил с Литвиненко в одном доме. В тот вечер, когда был отравлен Литвиненко, он отвозил его домой на своей машине.

- Кто убил Александра Литвиненко?

- Это, конечно, вопрос для полиции, но я нисколько не сомневаюсь, что здесь не обошлось без его бывших коллег, сотрудников спецслужб и, в частности, без его бывшего коллеги и начальника Владимира Путина. Я не верю, будто это была всего лишь группа внутри спецслужб, которая хотела навредить Путину. Операция такого масштаба невозможна без санкции первого лица в государстве.

- Что могло послужить мотивом для Путина?

- Бывшая учительница Путина как-то охарактеризовала его как мелочного, злого и мстительного человека. Я полагаю, что Путин ненавидел Литвиненко лично и не мог простить ему, что он стал перебежчиком. В понимании этих людей он предал родину и систему. Литвиненко за 400 лет русско-чеченской истории был первым человеком такого высокого ранга, который публично занимался российскими военными преступлениями в Чечне. Но не только это: он собрал точную информацию, имена, даты проведения операций. Он был врагом режима номер 1, режима, который на три четверти состоит из людей из спецслужб.

- Но мог ли он еще быть опасным для Путина?

- Он располагал колоссальной информацией о работе КГБ, ФСБ: собственный опыт, факты, связи, он знал, кто за кем стоит, кто на кого работает. После Солженицына он был первым человеком в России, чья книга была запрещена: книга о подоплеке взрывов жилых домов в России в 1999 году, вину за которые свалили на чеченцев.

- Почему в качестве орудия смерти был выбран полоний-210?

- Они были убеждены, что причина смерти останется неустановленной, ведь во всем мире до сих пор не было такого прецедента - убийство посредством полония. Еще на саммите в Финляндии Путин заявил, что нет никаких доказательство того, что это насильственная смерть и, соответственно, нет никаких причин для расследования. Ведь в конце концов прошло три недели, прежде был установлено факт отравления полонием. Убийцы не рассчитывали на то, что Саша проживет так долго. Во время предыдущих опытов на чеченцах, которые были не в такой хорошей физической форме, как он, жертвы оставались в живых не более десяти дней.

- Вы полагаете, что чеченцев уже травили полонием?

- Да, например, командира Лечу Исмаилова. Он умер в 2004 году в московской тюрьме "Лефортово" после того, как выпил чаю с двумя офицерами ФСБ. Симптомы были те же: выпадение волос, внутренние кровотечения.

- Видите ли вы связь между убийством Литвиненко и двумя законами о "ликвидации" противников режима, которые в июле были приняты российским парламентом?

- Само собой разумеется. Именно поэтому европейцы не должны делать вид, будто это убийство было неожиданным. Дума в июле, накануне саммита "большой восьмерки" в Санкт-Петербурге, приняла два закона. Первый позволяет властям ликвидировать "экстремистов" и "террористов" в России и за границей. Второй относит противников власти и критиков режима к экстремистам.

- Прежде Литвиненко сам был тайным агентом, который, в частности, отвечал за убийства людей, потом он стал противником режима. Что это был за человек?

- В середине 1990-х годов Алла Дудаева, жена первого чеченского президента, как-то рассказывала мне, что после ареста ее допрашивал один молодой офицер, который совсем не походил на людей из этих структур. Это был Саша Литвиненко. Я сам удивляюсь, как человек подобный ему вообще работал в этой системе. Наверное, в его жизни случился какой-то надлом. Я знал его как хорошего и честного человека. Говорят, что дети - это барометр человеческой души. Во всяком случае, мои внуки любили Литвиненко.

- Вы видели Литвиненко в тот день, когда его отравили. Проверяли ли вас на наличие в организме полония?

- Да, ничего не нашли. Но после того как в моей машине обнаружили следы полония, мне придется пройти еще одно обследование. В конце концов, я по несколько раз в день навещал Сашу в больнице.

- Опасаетесь ли вы за свою жизнь?

- У меня нет страха, потому что с 1994 года я в любой момент готов к наихудшему. Нет, я не герой, и жить мне не надоело, но я знаю, что страх не является гарантией безопасности. Я хотел бы лишь предостеречь европейцев, чтобы они не думали, будто эти люди убивают только критиков режима и чеченцев. Это иллюзия, они убьют всех, кого они считают своими врагами. Европейцам тоже следует бояться.

Источник: Frankfurter Allgemeine


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru