Архив
Поиск
Press digest
12 апреля 2021 г.
5 декабря 2007 г.

Даниэль Верне | Le Monde

Иллюзорное китайское искушение Владимира Путина

Среди различных гипотез эволюции российской политической системы, возникших после успеха Владимира Путина на парламентских выборах, следует серьезно изучить "китайский след". Кратко его можно описать так: сильный политический режим и динамичное экономическое развитие.

Разговоры о нем - не новость. Китайская модель приводилась в пример в конце 1980-х годов, когда Советский Союз искал средство спасения от деградации, к которой привела командная экономика. Сотни марксистских и постмарксистских работ были написаны о переходе от капитализма к социализму, но практически ни одной - о переходе от коммунизма к открытой экономике.

Во время горбачевской перестройки интеллектуалы заинтересовались типом режима, призванного прийти на смену советскому застою. Наиболее либеральные видели спасение в социал-демократии скандинавского образца, сочетающей рыночную экономику и социальные завоевания. Другие, ссылаясь на специфические советские условия и боязнь хаоса, обращались к опыту Дэн Сяопина в Пекине.

В сегодняшней России некоторые предпосылки, казалось бы, располагают в пользу второго, китайского, варианта. После анархии ельцинского периода Путин повернулся спиной к демократии западного образца. Не довольствуясь прекращением экономической либерализации, он взялся за политические завоевания 1990-х. Элементарные свободы - свобода прессы, слова, собраний и т.д. - ограничены; правосудие подчиняется власти; органы безопасности вернули былое могущество.

Разнузданной многопартийности придет на смену главенство доминирующей кремлевской партии - в ожидании возвращения одной партии или, по крайней мере, партии-гегемона, окруженной несколькими аппендиксами, создающими иллюзию плюрализма, как некогда в "странах народной демократии" Центральной Европы.

Несмотря на экономические реформы, китайские коммунисты сохранили авторитарную структуру власти. Сожалея о разрушении таковой в России, Владимир Путин взялся за ее восстановление. Ему даже придумали роль, которую он сможет играть по завершении двух президентских сроков - роль "национального лидера", продолжающего дергать за ниточки из-за кулис, что сильно напоминает статус Дэн Сяопина после его официального ухода из власти.

Однако китайский путь может завести Россию в тупик. Альянс политического авторитаризма и экономической открытости - явление противоречивое. Вернуть утраченные позиции еще сложнее, чем отстоять отвоеванные, так как этот процесс наталкивается на "дурные" привычки все более диверсифицированного общества, почувствовавшего вкус политической свободы. Национализм - хрупкий материал для фундамента. Спасение через потребление оставляет значительную часть россиян на обочине.

Но главное отличие от китайской ситуации состоит в том, что в основе нынешнего бума в России - экономика ренты, а не построение современной экономической модели. Экспорт энергии и топлива приносит валюту, часть которой можно перераспределить, но он не способствует экономическим реформам. Он также не способствует распространению духа предпринимательства в стране, где климат и история всегда склоняли народ скорее к апатии.

Это не случайность и не рок, что на международном рынке, заполоненном изделиями китайского производства, не найти потребительских товаров, сделанных в России. Не случайность и не рок, что на краю Сибири миллионы китайцев обрабатывают земли, с которых русские никогда ничего не могли получить. Это реальность.

Источник: Le Monde


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru