"Россия использует последние дни администрации Обамы, чтобы укрепить власть сирийского президента Башара Асада, расширить территорию, которую он контролирует, и ограничить возможности для следующего президента США принять меры в отношении гражданской войны", - пишут корреспонденты The New York Times Майкл Р.Гордон и Нил Макфаркуар, ссылаясь на мнения ряда американских чиновников и российских аналитиков.

"Стратегия российского президента Владимира Путина, говорят они, заключается в активном использовании того, что он считает превосходным окном возможностей - четырьмя месяцами, оставшимися до инаугурации нового президента в 2017 году: по расчетам Путина, уходящий президент Обама вряд ли будет вмешиваться в эскалацию сирийского конфликта, а новый президент, который может рассматривать более жесткую политику, еще не займет свою должность", - передают журналисты.

"Путин торопится перед американскими выборами, - считает политолог Николай Петров (Москва). - Следующий американский президент будет иметь дело с новой реальностью, и ему придется принять ее".

По словам чиновников администрации, аналитики американской разведки сообщили Белому дому, что цель России - помочь сирийской армии взять осажденный город Алеппо, с тем чтобы Москва могла возобновить переговоры по будущему Сирии на намного более выгодных условиях.

"Предсказать намерения Путина - это всегда в большей степени искусство, чем наука, - замечают авторы статьи, - но все свидетельствует о том, что Сирия входит в число его стратегических интересов. Вмешательство России в войну создало для Кремля самую важную военную опору на Ближнем Востоке за несколько десятилетий и позволило продемонстрировать боевые возможности своей армии".

Это вмешательство также позволило Москве поддержать союзника, Асада, и, до определенной степени, проводить операции против "Исламского государства" и "Джебхат ан-Нусры" (обе организации запрещены в РФ. - Прим. ред.), отмечает издание.

"Возможно, что по окончании операции возникнет что-то вроде военного тупика, но режим сохранит командные позиции", - полагает Роберт С.Форд, бывший посол США в Дамаске.

"Российские чиновники и интеллектуалы прямо мне сказали, что, по их мнению, Хиллари Клинтон с большей вероятностью применила бы силу в Сирии, чем президент Обама, - заявил Эндрю Дж.Тэблер (Институт ближневосточной политики, Вашингтон). - Захват Алеппо станет свершившимся фактом для следующего американского президента. Война будет продолжаться, и "Исламское государство" по-прежнему будет держать под контролем некоторые регионы страны. Но режим сохранит за собой ось север-юг".

"Некоторые чиновники администрации публично заявляли, что Кремль может увязнуть в Сирии, особенно если арабские государства, поддерживающие повстанцев, будут их снабжать зенитным оружием, а исламские террористы решат отомстить, атаковав российские города. Это, по словам чиновников, может заставить Россию пересмотреть стратегию", - говорится в статье.

Но до сих пор Москва проводит свою стратегию скромной ценой. В отличие от советского вторжения в Афганистан, Россия в Сирии в основном опирается на военно-воздушные силы и избегает использования наземных боевых единиц.