Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
6 сентября 2004 г.

Борис Райтшустер | Focus

Война с детьми

Беспомощными вдруг оказались сами спасатели. Не успели они вынести на носилках из школы номер 1 североосетинского города Беслан крепкого молодого человека, как сразу раздался громкий возглас: "Это один из террористов!" Десятки женщин и мужчин мигом набросились на предполагаемого преступника, бросили его на землю и начали топтать ногами до тех пор, пока он не перестал шевелиться. Немедленно прибежали люди в форме и попытались оттеснить разъяренную толпу. Безуспешно. Внезапно зазвучал пулемет. Только благодаря выстрелам в воздух солдатам удалось предотвратить линчевание.

Драма на Кавказе расценивается как плохое предзнаменование. Кровавая драма заложников в Беслане, во время которой в пятницу погибло более 200 детей и взрослых, а ранения получили более 700 человек, может нарушить политическое равновесие на многонациональном Кавказе, опасается президент Владимир Путин. На этом даже строится расчет террористов - драматический теракт как средство переноса войны, ведущейся в мятежной Чечне, на соседние республики. Среди террористов были ингуши, осетины, русские, десять арабских наемников и, по чеченским данным, ни одного чеченца.

Этот день начинался празднично: как во всей России, в Беслане с его 34-тысячным населением родители и другие родственники после долгих каникул провожали в первый учебный день своих детей в школы. Учителя во дворе как раз произносили приветственные слова, когда раздались выстрелы. Примерно 30, как сообщили позже очевидцы, хорошо вооруженных террористов выскочили из милицейского автомобиля и стали палить во все стороны. Несколько мужчин, которые попытались оказать сопротивление, погибли под градом пуль. Преступники оттеснили взрослых и детей в школьный спортивный зал.

"Мы вам ничего не сделаем, мы дадим вам по шоколадке", - коварно заманивал детей один из террористов, когда у входа возникло столпотворение.

Террористы поспешно впихнули в зал своих жертв, а также двух женщин, на которых были надеты пояса смертниц, и заминировали здание. Нескольких детей, как рассказывают свидетели, они поставили у окон в качестве живых щитов. Заложники были вынуждены ожидать своей участи без воды, еды и медикаментов, при страшной жаре.

"Всех нас втиснули в спортивный зал, было ужасно жарко. Мужчины выбили стекла, чтобы мы могли дышать", - рассказал один из бывших заложников в пятницу, проведя в школе три ужасных дня.

Террористы потребовали освободить их сподвижников, арестованных в Ингушетии, а также вывести российские войска из Чечни и угрожали взорвать себя вместе с заложниками.

Если раньше во время аналогичных террористических актов президент Владимир Путин всегда произносил громкие слова о мести, то на этот раз он казался растерянным и тихим. "То, что происходит в настоящее время в Северной Осетии, ужасно, - говорил побледневший глава Кремля, когда он день спустя после захвата заложников впервые показался перед общественностью. - Защита жизни заложников имеет приоритет".

После двойной авиакатастрофы, вызванной взрывами самолетов, когда погибло 90 человек, и теракта перед станцией московского метро, стоившего 10 человеческих жизней, захват заложников стал четвертым терактом в России за восемь дней - к тому же терактом нового качества: до сих пор, за немногими исключениями, террористы не посягали на жизни школьников.

"Дети в качестве заложников - это совсем другая ситуация для спецподразделений, здесь нельзя действовать так же, как в других случаях захвата заложников, - говорит Сергей Гончаров, московский эксперт по борьбе с терроризмом и президент объединения ветеранов антитеррористического подразделения "Альфа". - Здесь никто не даст команду на штурм, это слишком рискованно".

Глава Кремля стоял перед неразрешимой дилеммой: штурм слишком опасен, а уступка может повлечь за собой аналогичные теракты, что противоречит всей политической линии Путина. Обсуждались лишь возможность переговоров и тактика затягивания времени, в этом сходились все эксперты.

Надежда появилась, когда в четверг террористы освободили 26 жертв, среди них - несколько совсем маленьких детей. Но и здесь террористы действовали крайне цинично: они требовали от матерей, чтобы те выбрали только одного ребенка, с которым им разрешалось покинуть школу. "Я не хотела делать этот выбор, - плача, рассказывала 27-летняя Дзандарова. - Люди говорят, что я должна радоваться тому, что мой сын и я живы. Но как я могу радоваться, если моя дочь все еще там?"

Посредники, в том числе известный русский врач-педиатр Леонид Рошаль и бывший ингушский президент Руслан Аушев, присутствия которых потребовали террористы, уже готовились к дальнейшим переговорам. По договоренности с захватчиками в пятницу около 13 часов по местному времени сотрудники МЧС собирались подойти к школе, чтобы забрать трупы, которые лежали во дворе.

Через несколько секунд разразилась катастрофа. Что именно там происходило, власти сначала попытались сохранить в тайне. Очевидным было лишь то, что внезапно раздались два взрыва. Террористы, якобы по недоразумению, подорвали заряд. Когда несколько заложников использовали возникшую неразбериху, чтобы попытаться спастись бегством, террористы открыли по ним огонь; спецподразделения вынуждены были ответить, чтобы прикрыть убегающих людей. Из элитных российских подразделений в тот момент у школьного здания никого не было.

Ситуация полностью вышла из-под контроля. Поспешно вызванный спецназ пошел на штурм, террористы, очевидно, привели в действие взрывчатку и стали стрелять в заложников. По другой версии, взрыв осуществили российские подразделения, чтобы проделать дыру в одной из стен и дать заложникам возможность выбраться из школы. Вскоре после этого рухнула крыша спортивного зала. Судя по всему, это стало причиной смерти множества заложников. Здание потонуло в клубах густого дыма.

На близлежащих улицах разворачивались страшные сцены: люди в форме бежали, держа на руках обливающихся кровью детей, пытаясь уклониться от града пуль; из последних сил, спасая свои жизни, двигались посеченные осколками подростки в одних трусиках. Одни женщины теряли сознание и падали, другие в отчаянии заламывали себе руки. Бегущие люди жадно хватали бутылки с водой, которые им подавали спасатели. Выстрелы и взрывы раздавались на протяжении еще нескольких часов. В небе кружили боевые вертолеты. Растоптанные цветы, с которыми дети пришли на День знаний, валялись в лужах крови.

Когда иностранные телеканалы вышли в прямой эфир со страшными кадрами, российские государственные телеканалы поначалу давали очень скупую информацию. Все заложники эвакуированы, сообщали они, погибло от двух до пяти человек.

Лишь когда через несколько часов оператор одного британского телеканала, очевидно случайно, попал в спортивный зал и увидел там около ста трупов, власти признали наличие многочисленных человеческих жертв. Часть террористов, похоже, смогла ускользнуть, они засели в близлежащих зданиях. Город напоминал поле боя. Через девять часов после начала штурма несколько террористов, как свидетельствовали телевизионные репортажи, все еще удерживали в школе около 50 заложников.

Власти по старой советской привычке, кажется, снова больше скрывали, чем сообщали. Так, сначала речь шла о примерно 150 заложниках, хотя террористы удерживали не менее 1200 человек. Даже уцелевшие заложники после избавления были лишены возможности увидеться с родственниками. Волна дезинформации вызвала многочисленные слухи, например, о том, что военные сознательно спровоцировали эскалацию ситуации, чтобы начать штурм. Однако пресс-служба ФСБ неоднократно заявляла, что акция по освобождению заложников не планировалась. "Мы собирались продолжать переговоры". Это подтверждают и эксперты, которые говорят, что штурм средь бела дня был бы бессмысленным.

Другое доказательство: антитеррористические силы, очевидно, были не готовы к атаке, как, впрочем, и медики. В их распоряжении не было достаточного количества машин "скорой помощи", поэтому отчаявшиеся родственники клали раненых в свои машины и самостоятельно везли их в больницы. Военные потеряли контроль над ситуацией: многочисленные люди в гражданской одежде со своим оружием, на которое у них вряд ли есть разрешение, пробирались туда, где шел бой, и на свой страх и риск освобождали заложников. Тем самым они сильно мешали действиям спецназа, жаловался представитель пресс-службы ФСБ.

Хаос, очевидно, помог и нескольким террористам, которые бежали, переодевшись в гражданскую одежду. Они засели в жилых домах Беслана и вступили в перестрелку с милицией и военными. Четверым, как утверждалось в субботу, удалось скрыться. Критики Кремля говорили о недееспособности спецслужб - при том, что полковник из бывшего КГБ Путин, став президентом, дарует людям в форме деньги, полномочия и привилегии.

Но при бюрократическом коррумпированном режиме, который исключает любой контроль над деятельностью спецслужб и милиции, невозможно эффективно бороться с терроризмом, полагает Григорий Явлинский, лидер либеральной партии "Яблоко".

"Все стало ясно, когда все эти капитаны, умеющие вести корабль только при хорошей погоде, вроде президента, премьер-министра и министра обороны, обычно позирующие перед любой телекамерой, внезапно исчезли из поля зрения и перед общественностью выступил никому не известный генерал из провинции", - говорит Андрей Рябов из Московского центра Карнеги. Политолог Рябов сомневается в официальных данных о том, что среди террористов было десять арабов: "Эти высказывания появились подозрительно быстро и слишком хорошо вписываются в линию Кремля".

Угрожающим для Москвы фактом является то, что среди террористов, очевидно, были русские, осетины и ингуши. Если за кровавой расправой в осетинской школе на самом деле стояли ингуши, это может стать причиной эскалации насилия. Ингуши-мусульмане и их соседи, православные христиане осетины, из-за взаимных претензий считают друг друга заклятыми врагами. В 1990-е годы дело уже доходило до кровавых столкновений между ними.

"Повсюду отчаяние и ненависть", - сожалеет Салама Кирилкина. Среди заложников у этой осетинки было два родственника, они выжили. "Рядом со школой как вкопанный около трупов жены и двух детей сидел мужчина", - рассказывает Кирилкина, которая боится новой волны насилия.

В регионе распространена кровная месть. Только весной один осетин, который в результате катастрофы российского самолета над Боденским озером потерял жену и двоих детей, по-видимому, убил авиадиспетчера, дежурившего в ту ночь.

Кажется, что Владимир Путин, который в 2000 году был избран президентом, прежде всего потому, что он пообещал мир и безопасность, никогда не был так далек от исполнения своего обещания, как сейчас. Но то, что глава Кремля свернет со своего курса и вместо возмездия и политики твердой руки сделает ставку на переговоры, оппозиционеры вроде Явлинского подвергают сомнению: "Поскольку средства массовой информации не свободны и в обществе не ведется никаких дискуссий, власть будет верна своему курсу и еще сильнее будет ставить на силу".

Это же, считает Кай Хиршманн из Института исследования проблем терроризма в Эссене, может являться целью террористов. Гораздо более вероятно, что за террористами стояло не чеченское сопротивление, а исламистские бригады из окружения террористической организации "Аль-Каиды".

Так, жестокий командир мятежников Шамиль Басаев, который уже в 1995 году организовал кровавое нападение на больницу в Буденновске на юге России, якобы уже взял ответственность за захват заложников в Беслане. Басаев, который на ближайшие 25 лет пообещал "войну за освобождение мусульман от Волги до Дона", имеет в Саудовской Аравии хорошо налаженные связи и источники финансирования. Саудовцы, как говорят, предоставили средства и для осуществления террористического акта в Северной Осетии.

Это было "стратегией террористов", говорит Хиршманн, "поставить Путина в ситуацию, где он может только проиграть - вне зависимости от того, что он предпримет". Экстремисты играют на слишком острой реакции главы государства, на использовании им репрессивных мер. "Это приводит к ним новых бойцов. Спираль насилия, как всегда, сама себя подпитывает".

Государственный российский телеканал уже в день катастрофы настраивал телезрителей на жесткую линию. "Это война, - говорил комментатор. - И на войне можно только побеждать или капитулировать".

Улучшат ли жесткие методы Путина его репутацию, подвергает сомнению его соперница на последних президентских выборах, либеральный политик Ирина Хакамада. "Если бы он освободил заложников без кровопролития, он был бы героем. Теперь его звезда, пожалуй, будет клониться к закату".

Источник: Focus


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru