Одна из метафор современной России - это Путин на лыжах, которые, несмотря на его успехи в этом виде спорта, разъезжаются, когда он скользит по заледеневшим склонам российской политики.

В условиях, когда авторитаризм тянет в одну сторону, а либеральная демократия в другую, Путин всегда знал, что неизбежно настанет критический момент, когда ему придется выбирать единый курс. Общенациональное негодование и скорбь после трагедии в Беслане, возможно, как раз и являются таким узловым пунктом. Объявив двухдневный траур, Путин объявил также о масштабных реформах в службах безопасности, которые консолидируют власть центрального правительства и уничтожат едва появившиеся в России гражданские свободы. А подавленные горем граждане его государства будут горячо аплодировать за это.

Либеральная демократия не смогла исполнить мечты о лучшей жизни, которыми сопровождался невероятный, постепенный мирный крах советской империи, кульминацией которого стали первые в тысячелетней истории России демократические выборы 1991 года. С демократией в страну хлынуло слишком много свободы, чем быстро воспользовались преступники и авантюристы. Расформированный Комитет госбезопасности - бывшая секретная полиция СССР - перегруппировался и образовал сеть мафиозного типа, обладающую влиянием на большой сектор экономики.

На место инструментов контроля советской эпохи пришел хаос. Сфера коммунальных услуг продолжала кое-как функционировать, но, как инфраструктура советской эпохи вообще, с трудом могла удовлетворить основные нужды населения. Безработица процветала, появлялись сверхбогатые олигархи, коррупция разрушала изнутри работу новых институтов, появившихся в общественном укладе страны, и слишком часто верх брала власть банды, а не власть закона.

Во время прошлогодних выборов российские избиратели отчетливо выразили свой растущий протест. Реформаторские прозападные либеральные партии России остались ни с чем. Коммунистическая партия тоже потерпела исторический крах. Российские избиратели восстановили однопартийную форму правления в другом воплощении. Правящий блок Путина получил больше двух третей в парламенте, а значит, карт-бланш даже на изменение конституции.

За пять лет у власти президент России свернул свободную прессу, подчинил себе юридическую систему, которая занимается тем, что лишает свободы его политических соперников, и во всех случаях отдавал предпочтение применению силы перед политическими переговорами.

Страшная волна террористических актов, обрушившихся на Россию на прошлой неделе - это (по крайней мере, частично) результат действий Путина. На взлете его политической карьеры он жестоко просчитался, когда попытался укрепить репутацию сильного лидера, у которого все под контролем, за счет быстрого сокрушительного вторжения в мятежный чеченский регион.

Немыслимая человеческая трагедия Беслана подтверждает то, что простые россияне чувствуют уже давно: каждодневное существование в новой России полно неопределенностей и опасностей. Чудовищная жестокость террористов только ожесточит русских по отношению к Чечне. В программе Путина по реформированию систем безопасности, скорее всего, будет введена серия новых ограничений, вызывающих в памяти советские времена: это и контроль информации, и возможные ограничение передвижений, и усиление спецслужб и разведки.

"Вопрос безопасности - первоочередной, и все остальное должно быть ему подчинено", - сказал один политик, поддерживающий Путина.

Но жесткая политики Путина неминуемо провалится, если он просто использует шок от событий в Беслане для консолидации своей политической власти и для отвлечения внимания от растущего в России социального и экономического напряжения. К сожалению, в такой ситуации козлом отпущения может стать либеральная демократия.