В пятницу в своей подмосковной резиденции в Переделкино в возрасте 79 лет умер патриарх Алексий II, возглавивший РПЦ в постсоветский период, когда восстановилось ее влияние в российском обществе, сообщает в The New York Times корреспондент София Кишковски.

Алексий II, отмечает издание, возглавлял крупнейшую православную церковь в мире, был духовным лидером 140 миллионов человек. В июне 1990 года он стал первым патриархом после Октябрьской революции, избранным без вмешательства государства. Находясь на патриаршем престоле, Алексий II значительно укрепил позиции православной церкви в России: он занимался возведением и восстановлением церквей, выступал за введение "православного религиозного образования" в государственных школах, его мнение по вопросам морали и этики было весьма весомо.

Во время войны с Грузией, подчеркивает журналистка, патриарх призвал к миру, напомнив, что Грузия – также православная страна. Впрочем, его часто критиковали за тесные связи церкви с Кремлем. К примеру, когда в прошлом году Владимир Путин выбрал в качестве преемника Дмитрия Медведева, государственное телевидение показало, что Алексий II приветствует это решение. И Путин, и Медведев считают себя православными, поясняет NYT, и открыто поддерживают церковь.

Теперь, по мнению Кишковски, многие будут ждать попыток Кремля вмешаться в процесс выборов преемника Алексия II. В частности, отмечается, что президент Медведев, находивший в Индии, отменил свой визит в Италию и досрочно вернулся в Москву.

В статье приводится краткая биография умершего главы РПЦ, а также упоминается, что при Алексии II Московский патриархат считал неуместным визит Папы Иоанна Павла II в Россию - даже вопреки приглашению первого президента Бориса Ельцина. РПЦ неоднократно обвиняла Ватикан в прозелитизме на своей "канонической территории".

Другим важным достижением Алексия называется воссоединение Московского патриархата с Русской зарубежной церковью в мае 2007 года. Этому процессу активно содействовал президент России Владимир Путин, встретившийся впервые в 2003 году в Нью-Йорке с митрополитом Лавром. После канонизации царя Николая II и ряда священнослужителей, пострадавших от сталинских репрессий, пишет журналистка, основные препятствия для воссоединения церквей были сняты.