Архив
Поиск
Press digest
23 июля 2021 г.
9 января 2006 г.

Найлл Фергюсон | The Telegraph

Загадка Ближнего Востока

Когда в 1929 году министра иностранных дел Германии Густава Штреземана сразил смертельный инфаркт, в качестве наследия он оставил историческую загадку. Был ли он единственным человеком, способным предотвратить коллапс Веймарской республики и сохранить мир в Европе? Или же его попытки в 1920-х годах добиться примирения в Европе были не более чем тактическим маневром непоколебимого немецкого националиста?

Инсульт, перенесенный на прошлой неделе Ариэлем Шароном, грозит нам такой же загадкой. Был ли Шарон единственным человеком, способным сохранять продолжительный мир на Ближнем Востоке на основании "бистабильного" решения? Или его попытки достичь временного урегулирования с Палестиной являются всего лишь маккиавелиевским приемом непримиримого врага?

Даже если Шарон выживет, его политическую карьеру можно считать завершенной. Другими словами, мы никогда не узнаем, какими были бы его следующие политические шаги. Можно только надеяться, что за его уходом не последуют экономические и политические бедствия, как это произошло тотчас после смерти Штреземана.

Подобно тому, как Штреземан до 1919 года был ярым националистом, Шарон на протяжении большей части своей карьеры был бичом палестинцев и их сторонников. Именно он сломил египетские бастионы Ум-Катеф и Абу-Агила в шестидневной войне 1967 года. Именно он возглавлял израильские силы в решающем столкновении во время войны Йом-Кипур 1973 года. А в качестве министра обороны он стоял за вторжением Израиля в Ливан в 1982 году, вытеснением лидеров Организации Освобождения Палестины из их укреплений в Западном Бейруте. Более того, Шарон был главным архитектором кампании партии "Ликуд" по созданию израильских поселений на оккупированных Израилем территориях сектора Газа и Западного берега.

И, снова подобно Шреземану, Шарон взял кардинально иной курс на завершающем этапе своей карьеры. Он посвятил себя созданию Палестинского государства. Он всерьез принял инициированный Америкой план "Дорожная карта", призванный проложить путь к длительному миру. Наиболее впечатляющим его шагом было решение о выводе израильских войск и поселений из сектора Газа и некоторых районов Западного Берега.

Однако каждая его уступка была сделана в порядке одностороннего акта, направленного исключительно на то, чтобы повысить безопасность Израиля. Палестинское государство в представлении Шарона было бы недоразвитой резервацией без восточной части Иерусалима, окруженной забором, контролируемым Израилем.

Сегодняшняя ситуация в Израиле, безусловно, сильно отличается от ситуации в Германии 1920-х. Израильтяне выиграли свои войны, но им все еще угрожают соседи с многочисленным населением. Немцы войну проиграли, но остались угрозой для менее населенных соседних стран.

Тем не менее, есть некоторое значимое сходство. Израильская демократия имеет много общего с демократией Веймарской республики, особенно в том, что касается системы пропорционального представительства, следствием которого является постоянное создание коалиций. Всякий, желающий понять значение ухода Шарона, должен начать с этого.

Менее двух месяцев назад Шарон взял верх над своими политическими соперниками, выйдя из партии "Ликуд" и организовав новую партию "Кадима". Это был мастерский удар. Он забрал с собой не только самых верных людей из "Ликуда", но и Шимона Переса, бывшего лидера "Аводы". С таким раскладом Шарон имел все шансы на победу в выборах, намеченных на март этого года.

Но "Кадима" - это всего лишь название для партии Шарона. Сейчас она превратилась в Гамлета без приставки "принц". Может ли заместитель Шарона Эхуд Ольмерт занять его место? Кто может?

Всего через 26 дней после смерти Штреземана разразился кризис на Нью-Йоркской фондовой бирже и положил конец "золотым двадцатым". Вследствие разразившегося кризиса Германия, которой Америка предоставляла кредиты, погрузилась в катастрофическую депрессию. Сложно себе представить событие, которое могло бы вызвать сейчас прекращение финансирования Израиля со стороны США, особенно потому, что большая часть средств поступает в Израиль от частных спонсоров.

Ключевым неизвестным в этом уравнении, таким образом, является личность преемника Шарона. Демографическая ситуация - не в пользу Израиля. Помощь США - большой плюс. Теперь, когда могущество Шарона исчерпано, что из этого перевесит? Вот настоящая загадка сегодняшнего Ближнего Востока.

Источник: The Telegraph


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2021 InoPressa.ru