Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
9 июня 2003 г.

Стефан Хвин | Die Welt

Польша между Брюсселем и Москвой

Народы Восточной Европы стремятся в ЕС, так как они хотят сбежать от России. Это подтверждает результат референдума в Литве, где не проводилось никакой информационной кампании по разъяснению, что, собственно, представляет собой ЕС, на котором почти все проголосовавшие поддержали вступление страны в ЕС. Выбор был простым ? либо Брюссель, либо Москва. В том же надежда поляков: Европа, считаем мы, если Польша станет членом ЕС, никогда не допустит второй Катыни.

Однако противники ЕС из Варшавы, Кракова или Гданьска говорят: "Зачем нам ЕС? Разве не достаточно одного членства в НАТО? Безопасность нам гарантирована, а торговые отношения с Европой мы можем поддерживать и не вступая в ЕС". Однако достаточно вспомнить, что случилось недавно с Турцией, чтобы понять, насколько слаб этот аргумент.

Польша вот уже 1000 лет чувствует себя частью Европы. Но у Европы никак не складывается впечатление, что Польша, Литва, Латвия и другие кандидаты на вступление ЕС являются ее частью. Например, многие немцы считают, что восточноевропейские народы лишь условно относятся к Европе. Кто же сегодня в состоянии ? этим вопросом задается Польша ? дать стопроцентную гарантию, что солдаты бундесвера, которые действуют в рамках НАТО, действительно захотят отдать свои жизни за польский Гданьск, если в этой части мира дело дойдет до серьезного конфликта?

Европа не только предала однажды Польшу ? настоящее уважение она испытывает только к России. Впрочем, это касается не только Европы. Европейская Англия и демократические Соединенные Штаты Америки в 1945 году подписали щекотливое Ялтинское соглашение, которое стоило Польше потери независимости на протяжении почти пяти лет. Европейские союзники ? Англия и Франция ? в 1939 году, когда армия Гитлера пошла на восток, бросили Польшу на произвол судьбы. Недавно я в Германии наблюдал многолюдные демонстрации против войны в Ираке. Но я не видел никого, кто бы протестовал против бойни, которую российский спецназ учинил в Грозном. Поэтому не удивительно, что поляки волнуются, когда видят, как главы Германии и России пожимают друг другу руки. Время от времени ценности европейской демократии отодвигаются в сторону, чтобы они не мешали экономическим связям.

Я отношусь к тем полякам, которые считают, что, учитывая эти факты, нужно при помощи всех имеющихся в распоряжении средств создать ту ситуацию, при которой Европе будет бессмысленно предавать Польшу.

Поэтому в интересах Польши и других стран-кандидатов собрать в центре нашего континента настолько большую Европу, насколько это возможно, то есть такой большой европейский капитал, какой только можно, даже если, как пророчат польские евроскептики, это осложнит жизнь нашим местным производителям. Чем больше здесь будет западных предприятий, тем больше Европа будет рассматривать Польшу, Литву, Латвию и других кандидатов как свою территорию и, вероятно, в критический момент не захочет предоставить эти страны их собственной судьбе.

Конечно, существуют вопросы, ответить на которые нелегко. Они касаются будущего континента и роли Польши через 10, 20, 50 лет, ведь речь также идет об интересах будущих поколений.

Объединенная Европа охватит большую территорию. Сегодня мы с оптимизмом смотрим на ее будущее. Но Европа никогда не была однородной. Националистические или антидемократические настроения ? это факт. Сегодня Европа справилась с Йоргом Хайдером. Тем не менее может так случаться, что в результате свободных демократических выборов большинство в парламенте объединенной Европы получат люди вроде политика из Каринтии, Ле Пена или польского популиста Леппера.

Однако решающим фактором для будущего объединенной Европы станет большая цивилизационно-демографическая "мутация", характер и размеры которой мы сегодня не можем предвидеть. Уже в 2025 году 40% европейских стран будут представлять собой "общество тех, кому за 50", средняя продолжительность жизни составит 83,4 года, мы будем работать до 70 лет или даже дольше. И даже если ? как мы сегодня предполагаем ? западной цивилизации будет по-прежнему угрожать опасность исламистского террора, Европе все же придется решать демографические проблемы за счет массовой иммиграции из стран третьего мира, в частности из арабских и азиатских стран. Во всех западных странах уровень рождаемости уже сейчас ниже средней нормы воспроизводства, которая составляет 2,2 ребенка на женщину детородного возраста. Согласно прогнозу, эта тенденция сохранится.

Кем будут "новые европейцы"? Что будет твориться в их сердцах и умах? Уже сегодня ислам во Франции ? это вторая по значимости религия, а в центре Европы живет несколько миллионов людей, которые поклоняются пророку.

Если рассматривать будущее с этой точки зрения, то Усама бен Ладен, обратив все свои силы на борьбу с западной цивилизацией, совершил дурацкую ошибку. Он мог бы спокойно выждать, и примерно через 50 лет, как мне недавно пытались объяснить в Северном Рейне-Вестфалии, какой-нибудь темнокожий баварец по имени Абдулла или Мухаммед в результате победы на демократических выборах мог бы стать германским канцлером. Германский бундестаг состоял бы в значительной степени из немцев турецкого, курдского, арабского или российского происхождения, в Германии были бы возведены сотни новых мечетей и медресе, и немецкие политики добровольно перешли бы в ислам, чтобы завоевать симпатии новых избирателей из Гессена, Нижней Саксонии или Мекленбурга.

Конечно, речь идет не о "расовой угрозе" с Юга или Востока. Речь идет об опасностях, которые связаны с изменением системы ценностей. В Европу съезжаются представители различных культур. Смогут ли престарелые европейские народы привить им западную систему ценностей? Станут ли чужаки, поселившись в европейских городах, "настоящими" европейцами? Сроднятся ли они с культурными и гуманитарными ценностями европейской цивилизации? Практика показывает, что азиатские или арабские иммигранты устойчивы к европейскому влиянию.

Как в результате иммиграции будут выглядеть выборы в парламент в Страсбурге, какова будет структура этого парламента, если дело действительно дойдет до радикальных изменений в демографической и цивилизационной структуре европейского общества? Не сделает ли европейское объединение более доступным и без того уже сейчас открытое пространство для чужой цивилизации, которая в своей экспансии после отмены границ больше не столкнется с внутриевропейскими препятствиями? Чем тогда станет Европа?

Ответ напрашивается: нас опять спасет Америка. Для многих европейцев символом Америки стала статуя Свободы. То, что Америка является демократической и будет таковой всегда, - точка зрения, которой судорожно придерживается большинство западных стран. Однако страх европейской и в какой-то степени также польской интеллигенции ? хотя польское правительство стоит на явно проамериканской позиции ? перед доминированием Америки вытекает из вопроса, что произойдет в мире, если Америка перестанет быть бастионом либеральной демократии, сохранив при этом свою военную и экономическую и культурную мощь. Риторика религиозного крестового похода, который исходит от самого могущественного человека в мире, президента США, может принести миру как добро, так и зло. Недавно в Гамбурге некто пытался убедить меня в том, что через 50 лет главным демократическим государством в мире будет обновленная Россия. То есть роли поменяются. Ни один политический порядок в мире не вечен.

В целом все выглядит очень захватывающе. Однако ничто не может повлиять на то, что сегодня у Польши нет иного выбора: она должна решиться на брак с Европой и держаться Соединенных Штатов. Возможно, на этот раз дела пойдут лучше.

Источник: Die Welt


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2023 InoPressa.ru