Архив
Поиск
Press digest
18 мая 2021 г.
9 ноября 2006 г.

Маурицио Риччи | La Repubblica

От пыток до иракской трясины: "Лучше для всех, если я уйду". Так Рамсфельд расплатился за Буша

"Должно произойти землетрясение, чтобы президент решил отправить в отставку Рамсфельда", - говорил влиятельный республиканский комментатор в кулуарах партийного съезда в начале лета, когда в Багдаде каждый день происходили страшные теракты. Почти в то же время Буш говорил Бобу Вудворду, который занимался написанием книги о войне в Ираке и спрашивал президента, почему тот не освободиться от такого неудобного груза, как министр обороны: "Я никому ничего не должен объяснять. Все решения я принимаю сам". И вот оно, землетрясение: чтобы понять, насколько выборы, состоявшиеся во вторник, влияют на устойчивость власти в Вашингтоне, достаточно поспешной отставки Рамсфельда. Лишь уход вице-президента Чейни, самого надежного союзника, друга, покровителя и соратника во всех важных решениях главы Пентагона, стал бы более мощным из политических землетрясений.

"Всякое бывает". Звезда Рамсфельда начала клониться к горизонту, когда он произнес эти слова в марте 2003 года. Американцы только что вошли в Багдад, но первым результатом стало неконтролируемое разграбление всего города, за которым американские войска наблюдали с безразличием. И это стало первым признаком того, что стратегия Пентагона оказалась ненадежной, что ситуация в Ираке начала выходить из-под контроля, что морские пехотинцы и танки оккупировали всю страну, но при этом никто не продумал, что следует делать. Единственное, что умел делать главный руководитель этого предприятия, так это пожимать плечами.

Чемпион по борьбе в колледже, Дональд Рамсфельд сохранил свой темперамент, когда начал политическую карьеру. Были годы правления Никсона и Форда, и Рамсфельд вместе с Чейни наблюдали за громким скандалом Watergate с последовавшими ограничениями президентских полномочий. Этот урок ни один из них никогда не забудет. Вернувшись в правительство, в Пентагон, Рамсфельд преследовал амбициозные планы дать единственной оставшейся сверхдержаве, ее лидеру то, что соответствует их статусу, иными словами, полную свободу маневра, без оглядки на международные договоры и союзников, без страха использовать имеющиеся средства до конца. В книгах и хрониках рассказывается о том, как Рамсфельд (который не любит, когда ему дают советы) навязал военному командованию в Ираке до предела сокращенный состав интервенционных сил - в соответствии со своей теорией легкой армии.

Рамсфельд был уверен, что иракская авантюра будет легкой прогулкой: во главе страны будут поставлены протеже Пентагона (как Ахмед Чалаби), а морских пехотинцев население будет встречать букетами роз (так обещал Чалаби). Такой упрощенный вариант, весьма привлекательный с точки зрения Рамсфельда, давал возможность держать подальше от принятия решений настоящего противника, госсекретаря Колина Пауэлла, вина которого заключалась в том, что он, согласно опросам, был более популярным, чем президент.

Иракская реальность постепенно сделала очевидным факт отсутствия необходимого планирования и развеяла одну за другой фантазии - сначала Буша ("миссия выполнена"), потом Чейни ("сопротивление переживает агонию") и, наконец, Рамсфельда ("мы побеждаем"). И окунула в грязь "Абу-Грейба" и пыток иракских заключенных американскими военнослужащими.

Рамсфельд в то время мог пойти на смену курса. Но министр обороны, напротив, избрал дорогу минимизации, ограничившись охотой за непосредственными исполнителями. Более того, до сегодняшнего дня он сохранил возможность применения пыток к заключенным, находящимся в руках американцев, ради национальной безопасности.

Рамсфельд своим уходом платит за военно-политический крах иракской авантюры. "Все изменилось. Появился новый конгресс, другая атмосфера, предстоят президентские выборы: будет лучше для всех, если я уйду", - сказал вчера бывший министр в момент прощания. Но существует непосредственная связь между вторжением в Ирак, пытками в "Абу-Грейб" и тюрьмой в Гуантанамо - третья черная глава в досье Рамсфельда - с попыткой предать предполагаемых террористов судам, контролируемым Пентагоном, не гарантируя защиты.

Это стало отголоском желания, появившегося в годы Watergate: утвердить власть президента, свободного от любых ограничений и контроля, парламентского, судебного, медийного. Шла ли речь о захвате страны, пытках заключенных или задержаниях на неопределенное время без суда. Это менее бросающееся в глаза, но очень тяжелое наследие, обретенное администрацией Буша в последние годы, и оно дополняется уверенностью в том, что можно составлять досье и допрашивать любого, не подвергаясь никакому контролю извне.

Многие хотели бы знать, как будет действовать новое демократическое большинство в данной области - например, в свете парламентских расследований по решениям, получившим одобрение Белого дома, начиная с войны в Ираке. Цитируя Уинстона Черчилля, Рамсфельд сказал вчера, что "извлек пользу из критики, которой было немало". Но в Вашингтоне некоторые убеждены, что Рамсфельдом пожертвовали, чтобы выставить его в качестве козла отпущения в ходе будущих расследований.

Источник: La Repubblica


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru