Вслед за газом - нефть. Спустя несколько дней после завершения спора с Белоруссией о цене на газ Россия в воскресенье, 7 января, прекратила поставки нефти своему западному соседу, через чью территорию сырье поступает в Польшу и Германию. Москва обвиняет режим Александра Лукашенко - "последнюю европейскую диктатуру", как говорят на Западе, - в незаконном отборе нефти на нефтепроводе "Дружба", названном так в советский период, когда смысл слов был противоположен существу вещей, как у Джорджа Оруэлла.

Энергия - главное оружие, которым располагает Россия для проведения имперской политики, к которой она стремится с момента прихода Владимира Путина к власти. Прежде всего, эта политика направлялась против бывших советских республик, отказавшихся присягнуть на верность Кремлю. Так как газ и нефть им поставлялись по ценам гораздо ниже мировых, "Транснефть" и "Газпром", две компании, непосредственно связанные с администрацией президента, принимали решение об изменении тарифов в зависимости от предоставляемой им степени контроля над распределительными сетями.

Ссора между Москвой и Минском более неожиданна. Белоруссия и Россия помышляли об объединении, Путин был последней опорой Лукашенко. Но, когда Кремль хочет достичь своих целей, никакая "дружба" не берется в расчет. Белоруссия стала жертвой шантажа, аналогично Украине, Молдавии, Армении, Грузии. Надо приспосабливаться, платить или замерзать...

По ближайшим результатам и по долгосрочным последствиям это развязывание энергетической войны выходит за рамки двусторонних российско-белорусских отношений. И первая на очереди - Европа. Четверть газа и треть нефти, которые она потребляет, поставляются из России. Москва заявляет, что всегда соблюдала контракты, заключенные с Западом. Это было так, в том числе во времена Советского Союза и холодной войны.

Но через некоторое время раздались предупредительные выстрелы, пусть не адресованные непосредственно Западу. Карая Белоруссию, Путин не должен забывать о том, что он наказывает и поляков, отношения с которыми и без того натянуты, и своих друзей немцев, хотя на снисходительность последних можно рассчитывать.

Европейцам дают понять, чего стоит несогласие с желаниями крупных российских энергетических компаний, которые представляют собой эманации политической власти - если не наоборот. У европейцев, действующих разобщенно, скоро не останется другого выбора, кроме как подчиниться этим требованиям. Единая энергетическая политика и согласованная стратегия по отношению к России сейчас необходимы как никогда.