Архив
Поиск
Press digest
2 августа 2021 г.
10 марта 2005 г.

Редакция | Financial Times

Чеченцев загнали в угол

Кремль объявил о смерти лидера чеченских повстанцев Аслана Масхадова как о своей победе в борьбе с терроризмом. На самом деле, никакой победы нет. После убийства Масхадова стало меньше одним чеченским командиром, который был готов пойти на мирные переговоры с Москвой. Российский президент Владимир Путин может чувствовать себя триумфатором, но он ничуть не приблизился к прекращению насилия в Чечне.

На Путине лежит большая ответственность за кризис в Чечне. Российский президент обещал разрешить этот кризис, когда он пришел к власти в 2000 году, но кризис только усугубился. В то время как российским силам удалось подавить повстанцев в большой части Чечни, им не удалось предотвратить эскалацию насилия в регионе.

Путин был прав, когда встретил силу силой. Он был должен использовать армию против повстанцев, особенно против тех, которыми руководят радикальные чеченские полевые командиры, такие, как Шамиль Басаев, которые организуют атаки на мирных граждан. Но отказ Путина пойти на переговоры с умеренными лидерами повстанцев загнал чеченских сепаратистов в угол и, как и в других случаях в истории терроризма, их ответом стала вспышка насилия. Результатом стал захват театра в Москве, взрыв двух пассажирских самолетов и захват школы в Беслане.

Масхадов не был ангелом. Он был командиром, который участвовал в жестокой гражданской войне. Но он был избран президентом автономной Чеченской республики в конце 90-х годов на выборах, которые признала Москва, и многие чеченцы продолжали считать его своим президентом. Также Масхадов предлагал Москве сесть за стол переговоров. Последний раз он сделал такое предложение в прошлом месяце, отдав повстанцам приказ о временном прекращении огня в знак доброй воли. Перспективы заключить мирное соглашение были маловероятны: повстанцы требуют независимости Чечни, а Кремль отказывается пойти на это. Но, по крайней мере, Масхадов был человеком, с которым Кремль мог вести переговоры по чеченской проблеме. Сегодня таких людей больше нет.

После гибели Масхадова у повстанцев возник "вакуум власти". Союзники Масхадова назначат его преемника, но этот человек вряд ли будет иметь такой же авторитет, какой был у Масхадова. Убийство Масхадова играет на руку Басаеву, у которого теперь появилась дополнительная возможность для усиления своего влияния. Масхадов пытался сдержать радикалов из числа чеченских повстанцев, но сейчас, после его смерти, оппозиция в Чечне будет становиться все более радикальной.

Путин вряд ли пойдет на мирные переговоры и, по всей видимости, продолжит свою политику с позиции силы, при поддержке общественного мнения в России.

У Запада мало рычагов для оказания влияния на российского президента по чеченской проблеме. Но тенденция, которой придерживаются западные лидеры в последнее время - замалчивать чеченскую проблему, из опасений обидеть Владимира Путина, никак не поможет разрешить кризис.

Проблему Чечни стоит обсуждать на международном уровне, и не только по моральным соображениям. До недавнего времени чеченские повстанцы-мусульмане проводили свои операции независимо от международных исламских террористических групп. Но чем дольше продолжается чеченский конфликт, тем больше шансов, что чеченский конфликт будет приобретать международные масштабы. В интересах каждого - не допустить этого.

Источник: Financial Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2021 InoPressa.ru