Архив
Поиск
Press digest
19 апреля 2021 г.
12 июля 2005 г.

Михаэль Мартенс | Frankfurter Allgemeine

"Империализм может тоже иметь свои положительные стороны"

Интервью с Чингизом Айтматовым

- В Грузии, на Украине, а также в Киргизии Россия поддерживала свергнутых правителей. Какова ее роль в Средней Азии?

- Отношения с Россией остаются для нас приоритетными в любом случае. Мы живем и думаем в восприятии, состоящем из двух миров, европейского и азиатского. Это Евразия. Но многие не имеют никакого представления о том, что такое Евразия - географическое пространство, политическое понятие? С моей точки зрения, Евразия - это наша Средняя Азия с европейским килем, и этот киль - Россия. От Средней Азии до Китая всего один шаг, и, тем не менее, китайский образ жизни нам чужд. Мы находимся на орбите другой цивилизации.

- Ядром которой всегда будет Россия?

- Я пришел к убеждению, что колониализм и империализм тоже могут иметь положительные стороны, что русское влияние на Среднюю Азию в любом случае было полезным. Россия со своими колониальными амбициями сделала много хорошего для развития наших мест. Только благодаря русскому колониализму нам, жителям Средней Азии, удалось влиться в единую цивилизацию. Россия есть и остается ядром, вокруг которого вращается евразийская ось. Мы - люди одной цивилизации. Поэтому создание евразийского экономического союза, который включает в себя несколько государств Средней Азии и Россию, является логичным.

- Вы уже давно живете и работаете в Брюсселе...

- Да, и я считаю, что ЕС - это наивысшее политическое достижение человечества. В истории еще не было ничего подобного. Мы должны на это ориентироваться, пусть даже понадобится сто лет, пока мы достигнем экономического и политического уровня ЕС. В Киргизии я часто ссылаюсь на модель Европейского союза. Некоторые люди утверждают, что я хочу подчинить нашу страну интересам Узбекистана. К сожалению, многие у нас еще не понимают, что благосостояние невозможно, когда голодают соседи. В качестве примера достаточно привести Афганистан, который никогда не был чьей-то колонией, а всегда существовал сам по себе. Сегодня это еще варварская страна.

- Варварство воцарилось там после 1979 года, когда советская армия напала на Афганистан.

- Я не согласен с такой точкой зрения. В Афганистане на роковой путь вмешательства вступил не только Советский Союз. Но то, что дал Средней Азии цивилизаторский прогресс России, причем еще до образования Советского Союза, тоже нельзя забывать. В противном случае мы бы жили сегодня, как в Афганистане.

- Многие бывшие советские республики стремятся избежать российской опеки. Например, Молдавия, где Россия усиленно пыталась повлиять на результат мартовских парламентских выборов.

- Там речь идет о территориальных интересах, как в случае между Грузией и Абхазией. Это трудный вопрос.

- Надолго ли останется Киргизия родиной для русских и русскоязычных меньшинств, например, украинцев, татар или белорусов?

- Без сомнения. Киргизия - это самая толерантная страна в Средней Азии, и таковой она останется. Мы заинтересованы в том, что эти меньшинства оставались у нас. Печально, что нас покинули немцы и что уезжает так много русских.

- В вашей книге "Детство в Киргизии" вы говорите о русском языке как о вашем входном билете в большой мир литературы. Будут ли в Киргизии лет через 50 говорить на этом языке?

- Думаю, да. Это шанс. Кто захочет добровольно от него отказаться? Конечно, английский язык доминирует в мире. Тем не менее, русский язык продолжает оставаться языком международного общения, у него своя роль, своя функция. В Советском Союзе русский язык был также базой для развития киргизского языка.

- Когда-то вы говорили, что если бы перестройка оказалась успешной, мог бы возникнуть Советский Союз по образцу ЕС.

- Да, в конце ХХ века такое могло быть - союз по-настоящему независимых государств, которые добровольно объединяются для совместного стратегического существования. Но перестройка и ее цели почти забыты, к сожалению. Это уже история, для молодых людей этот период - что-то вроде легенды. Но и их судьбы - это результат перестройки. Перестройка уберегла нас от еще одной мировой войны. Если бы не она, продолжало бы господствовать тоталитарное самосознание. Перестройка освободила нас от сталинизма, даже если сталинизм все еще жив и ощутим.

- Видите ли вы в перестройке продолжение хрущевской речи на ХХ съезде КПСС?

- В этом смысле я полный приверженец Хрущева. Однако речь Хрущева для страны, для нас была спонтанной - во всяком случае, за ней не стояло стремления к кардинальным переменам, затрагивающим сам сталинский режим. Лишь перестройка стала первым шагом к выходу из тоталитарной системы.

- Ваш отец был убит в 1937 году. Как это отразилось на вашем отношении к Советскому Союзу?

- Я, конечно, уже ребенком понимал, что произошло что-то невероятное. Мой отец был энергичный и для своего времени очень образованный человек, который внезапно исчез в возрасте 34 лет. Власть Сталина основывалась на уничтожении мыслящих людей.

- Вы когда-то говорили, что советский человек - это исторический факт, что Советскому Союзу удалось создать нового человека - и кто же пришел сейчас на его место?

- Мое поколение постепенно уходит. Новое поколение должно включиться в глобализацию, никто не может ее избежать. Однако оно не должно забывать свои корни. Мы должны позаботиться о своей культуре, о своих традициях и языках. Открывать себя миру и сохранять собственный - это наша задача.

- Сожалеете ли вы о том, что Советского Союза больше не существует?

- Что случилось, то и случилось. Каждая страна как суверенное государство после распада Советского Союза имела возможность создать демократическую систему. Многие из этих попыток потерпели неудачу.

- Композитор Дмитрий Шостакович, с которым вы дружили, упрекнул вас в том, что вы отдаете слишком много времени общественным обязанностям. Фактически за то время, что вы являетесь дипломатом в Европе, вы не создали ни одного большого произведения. Вы написали один из наиболее обсуждаемых романов перестроечного времени "Плаха", но большого романа о постсоветском периоде ваши читатели ждут до сих пор.

- - Неправильно говорить, что я ничего не написал за годы, проведенные в Европе. Я здесь закончил роман "Тавро Кассандры". Меня вдохновляет то, что в Москве состоялась его инсценировка. Я не ожидал такого успеха.

- Роман "Тавро Кассандры" вышел в 1994 году.

- Сейчас я работаю над обширным произведением, в котором описывается наша современная жизнь после распада Советского Союза. Если все пойдет так, как я себе представляю, тогда мне, надо надеяться, удастся закончить роман еще этим летом. Но как говорится, жизнь покажет. Я немного заболтался, потому что вы так сильно этим интересуетесь.

- Тем не менее, еще один вопрос: является ли писатель Айтматов жертвой дипломата Айтматова?

- Возможно, в этом что-то и есть. Драма заключается в том, что время уходит и я позволяю ему уходить. Допустимо ли такое расточительство? Я чувствую свой возраст. Я человек перестройки. Я потратил много сил и времени, чтобы участвовать в этом процессе в качестве советника Горбачева. Но через два-три года я пришел к мысли, что так дальше нельзя, что мне нужна такая работа, которая позволила бы мне сконцентрироваться на моем писательском труде. Я подумал о должности дипломата в маленькой стране и обсудил это с Михаилом Сергеевичем. Так сначала я стал советским послом в Люксембурге. Конечно, с точки зрения литературы дипломатическая служба отняла у меня много лет. Но до сих пор я не вижу большого постсоветского романа, о котором вы говорите, и у других авторов.

Источник: Frankfurter Allgemeine


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru