Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
12 сентября 2007 г.

Евгений Киселев | The Moscow Times

Настоящая передача власти как сюрприз Путина

Вот и началась предвыборная кампания, меньше трех месяцев осталось до того дня, когда мы узнаем, какие партии прошли в новую Государственную думу, а какие - нет. Меньше полугода до того дня, когда мы, наконец, получим ответ на навязший в зубах вопрос, который волнует нас так долго: кто станет следующим президентом России?

Что касается партий, то вполне ясно, что "Единая Россия" получит более 50% мест в Думе. Однако для того, чтобы вносить поправки в конституцию и принимать ряд других важных мер, требуется большинство в две трети голосов. Поэтому Кремлю, скорее всего, понадобится поддержка второй партии. "Справедливая Россия", еще одна прокремлевская партия, которая тоже, как ожидается, получит весомое количество мест в Думе, кажется созданной для вспомогательной роли. Третью фракцию составят коммунисты.

Шансы преодолеть новый 7-процентный барьер, необходимый для прохождения в Думу, есть еще только у двух партий: ЛДПР Владимира Жириновского и у Союза правых сил. Однако никто не удивится, если они в Думу не попадут. В общем, все уже довольно скучно, пресно, предсказуемо.

Может быть, поэтому так много разговоров про невероятные сюжеты президентских выборов. Людям нужна интрига. Ходят слухи о неожиданных назначениях и отставках, "темных лошадках" - кандидатах в преемники, которых президент Владимир Путин в нужный момент извлечет как фокусник эффектным жестом из рукава.

Этим "конспирологические" теории чаще всего принадлежат авторам, которые на самом деле не имеют никакой инсайдерской информации из Кремля и прячут свое незнание за историями в жанре политической фантастики.

Я не претендую на исключительную осведомленность и уж точно не знаю, что творится в голове у президента, но я точно знаю: от того, что там происходит, в конечном счете зависит все остальное. Отсутствие прозрачности - это отличительная черта политики при Путине. Но при этом я убежден, что истинные причины событий, как правило, лежат на поверхности, а поиск сложных, замысловатых объяснений происходящего ведет не туда.

Путин, безусловно, озабочен своей судьбой после отставки. Он не хочет заполучить статус изгоя наподобие белорусского президента Александра Лукашенко, который толком не может выехать за пределы собственной страны. Чтобы избежать такого риска, Путину важно передать власть следующему президенту России с максимально строгим соблюдением всех правовых процедур, чтобы никто потом не мог обвинить его в каких-либо нарушениях, подтасовках, интригах. Это означает, что ему нужно уйти по окончании нынешнего срока.

И мне все больше кажется, что никакого неожиданного преемника не будет. Путин объявит кандидатом того, кого чаще всего показывают по телевизору, о ком благожелательнее всего пишут в прессе и кто лидирует в опросах общественного мнения.

Это, вероятно, означает, что будущим президентом России назовут Сергея Иванова, первого вице-премьера.

Если вы с этим не согласны, приведите хотя бы три убедительных аргумента, почему он не годится в преемники.

Долгое время многие утверждали, что Иванов неприемлем для Запада, но, похоже, это чистая ерунда. Западные лидеры - прагматики. Иванов много ездил по миру и встречался с президентами, премьерами и министрами иностранных дел, включая Кондолизу Райс, с которой у него прекрасные отношения. Иванов много лет прожил на Западе, прилично говорит по-английски и даже по-шведски. А способность общаться с другими лидерами без переводчика и понимание их образа жизни - это еще один плюс в его пользу.

Некоторые говорили, что второй подряд президент России, который служил в КГБ, это перебор, но это вряд ли поколеблет Путина, который последовательно назначал на важнейшие должности бывших офицеров спецслужб. Похоже, он искренне верит в их особые достоинства, так почему он должен отказаться от этого главнейшего принципа при подборе себе преемника?

Да, деятельность Иванова на посту министра обороны была бесславной, если не сказать провальной. Но неудачные старты ракет и скандалы, связанные с дедовщиной в армии, вроде бы не запятнали его репутацию слишком серьезно. Похоже, для Путина главный критерий - лояльность, а не деятельность.

Иванов знаком с Путиным со студенческих лет. Он имеет беспрепятственный доступ к президенту практически в любое время и даже может приехать к нему домой без звонка в выходной день. Кремлевские инсайдеры утверждают, что Путин в своем ближайшем окружении доверяет Иванову больше всех. Он не принадлежит ни к одной из кремлевских группировок, он - человек Путина и только Путина.

Говорят, что силовики - группировка, в которую входят замглавы президентской администрации Игорь Сечин, помощник президента по кадровым вопросам Виктор Иванов и директор ФСБ Николай Патрушев - выступают против кандидатуры Иванова на роль преемника, видя в нем опасного тайного либерала. Но у силовиков так и не получилось пока предложить свою альтернативу. Когда Путин спросит их, кого предпочитают они, им будет нечего ответить президенту. После этого по всем аппаратным законам дискуссия прекращается.

На мой взгляд, самая существенная ошибка, которую допускают аналитики, гадая о плане Путина, состоит в следующем: они исходят из того, что следующий президент будет таким же безусловным и полновластным лидером, как и сам Путин. Сам же Путин, возможно, хочет создать несколько центров власти. Следующий президент будет слабее его, ибо такая беспрецедентная и ничем непоколебимая популярность, как у Путина, по наследству просто так не передается. Тогда можно сделать так, чтобы рядом с относительно слабым президентом появился сильный, независимый и амбициозный премьер-министр. Претендентом мог бы быть глава Российский железных дорог Владимир Якунин, или руководитель президентской администрации Сергей Собянин, или нынешний полпред Путина на Северном Кавказе Дмитрий Козак. Путин может создать несколько конкурирующих между собой центров силы, и при этом ни один из них не сможет превратиться в доминирующий.

Кроме того, есть вероятность возникновения системы, работающей на основе более "коллегиального" руководства - такого, какое уже несколько раз возникало в истории России. Так было после смерти Ленина, когда лидерство Сталина поначалу вовсе не было неоспоримым. Так было после смерти Сталина, когда члены Политбюро Вячеслав Молотов и Георгий Маленков сперва казались значительно более сильными фигурами, нежели Никита Хрущев. Так было после отставки Хрущева, когда поначалу было непонятно, кто у нас самый главный - Леонид Брежнев или премьер-министр Алексей Косыгин.

Однако человек, занимающий самый важный пост, - лидер партии в советское время или президент сегодня - получает такое преимущество, что в итоге приобретает всю полноту власти.

Путин, я уверен, хорошо знает все эти примеры из истории, но также может и попытаться обернуть эту тенденцию вспять.

Стены Кремля обладают свойством в критический момент лишать его обитателя способности к точным оценкам своей ситуации. То, как в декабре 1991 года уходил в отставку Михаил Горбачев, является свидетельством того факта, что первый и последний президент СССР не вполне понимал, что этот шаг знаменует конец его политической карьеры, и он не сможет ни влиять на происходящее в стране, ни тем более вернуться к власти.

Вполне вероятно, что и бывший президент Борис Ельцин не рассчитывал, что он быстро превратится в пенсионера в золотой клетке, не играющего в политике никакой роли.

Ни одному российскому лидеру пока не удалось стать русским Дэн Сяопином, который продолжал оказывать значительное влияние и после ухода из власти. Сам Путин намекал, что намерен тоже сделать это, и наблюдение за тем, как он пытается это осуществить, может оказаться самым интересным зрелищем.

Евгений Киселев - политический аналитик

Источник: The Moscow Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru