Архив
Поиск
Press digest
27 мая 2020 г.
12 июля 2004 г.

Элани Скьолино, Джейсон Хоровиц | The New York Times

Болтливый террорист: Мадрид "был моим проектом"

Террористы обычно неразговорчивы. Но человек, называющий себя организатором взрыва поездов 11 марта в Мадриде, является исключением.

Почти три месяца итальянская полиция прослушивала разговоры Рабея Османа Саида Ахмеда, 32-летнего египтянина по кличке "Мухаммед-египтянин". Его разговоры после июньского ареста в Милане и до него дали итальянской полиции обширную информацию о тайном мире человека, который вербовал террористов-смертников и занимался организацией терактов во имя ислама.

По мнению испанских следователей, Ахмед играл важную роль в мадридском теракте, унесшем жизни 190 человек, и действительно мог быть организатором операции, хотя они продолжают поиск других подозреваемых. Итальянские власти арестовали Ахмеда после мониторинга разговоров о планируемом теракте.

Десятки страниц расшифровок разговоров, полученных New York Times, и интервью с представителями Испании, Италии, Германии и Франции пролили свет на жизнь Ахмеда и его способность на протяжении нескольких лет менять имена, пересекать границы и избегать встреч с полицией, действуя против Запада. Они являются примером опасностей и проблем, с которыми сталкивается Европа в ходе слежки за радикалами, уничтожения временно бездействующих ячеек и преследования и осуждения арестованных.

В 1999 и 2000 годах Ахмед провел 16 месяцев в центре временного содержания в Германии, притворяясь палестинцем, добивающимся политического убежища.

В 2001 и 2002 годах в Мадриде он познакомился с радикальными мусульманами, некоторые из которых оказались впоследствии причастны к теракту 11 марта и погибли при попытке убежать от полиции.

В 2003 году в пригороде Парижа он зарабатывал на жизнь как строительный рабочий-нелегал и маляр. В 2004 году в Милане он жил в неплохом районе, проводя большую часть времени за просмотром фильмов на арабском языке и новостных программ по спутниковому телевидению.

"Мы искали ему работу, - заявил Гази Бидель, 27-летний египтянин, производящий пиццу, который был его соседом в Милане. - Но он говорил, что не хочет работать".

В апреле прошлого года, вскоре после того как испанская полиция обнаружила номер итальянского мобильного телефона Ахмеда в записной книжке одного из двух подозреваемых в причастности к теракту, итальянская полиция начала прослушивать его разговоры и установила подслушивающие устройства в его квартире.

В записанных на пленку разговорах Ахмед называет себя "нитью, ведущей к мадридскому заговору", обсуждает крупный теракт в другом месте и отправку террористов-смертников в Ирак, жалуется на свои семейные и финансовые проблемы. Он рассуждает о компьютерной программе, которая одновременно активирует множество мобильных телефонов, аналогичной той, которая использовалась в Мадриде, и говорит, что был в Мадриде за несколько дней до теракта.

Он заявляет, что в священной войне национальность не имеет значения, что он обращает в веру торговцев наркотиками и преступников, что мусульманам можно вступать в брак с христианами ради получения фальшивых документов. Он говорит о легкости приобретения фальшивых документов, но подчеркивает: "Если ты не знаешь, кто ими пользовался, это опасно".

Он делает "прекрасную фотографию" Яхьи Рагена, 21-летнего египтянина, которого он уговаривает стать шахидом (арестованного вместе с ним), и рассказывает ему, что после его смерти фотография будет отправлена его родственникам и другим боевикам. Он хвастается, что, хотя у американцев есть ядерное оружие, он видел "нечто похожее на краску для волос", вызывающее "страшную смерть" от удушья.

После своего ареста 7 июня Ахмед не замолчал. В разговоре с Рагеном в камере предварительного заключения он предсказывал свое мрачное будущее за решеткой. "Минимум 30 лет", - сказал он.

Некоторые из расшифровок разговоров были приложены к ордеру на арест, и впервые о них сообщила итальянская газета Corriere della Sera.

С точки зрения итальянцев, это дело является примером первоклассной работы полиции и двустороннего сотрудничества в борьбе против терроризма.

Итальянцы уверены, что записи разговоров могут стать основанием для преследования Ахмеда в Италии. В прошлый вторник миланский суд принял решение о том, что можно принять эти разговоры как доказательство, и назвал Ахмеда членом террористической сети "Аль-Каида" и "организатором террористической группировки", игравшим "важную роль" в мадридском теракте.

Но дело вызвало конфликт между полицией, разведкой и правоохранительными органами в новом социалистическом правительстве Испании, продемонстрировав соперничество между различными структурами и отсутствие доверия между кадровыми офицерами и политическими назначенцами.

Некоторые высокопоставленные испанцы довольны тем, что Италия посадила Ахмеда за решетку, тогда как другие сетуют на то, что она пока не выполнила просьбу Испании об экстрадиции.

Примером отсутствия координации в Испании являются жалобы представителей испанской разведки, которые не получили доступа к голосовым копиям разговоров Ахмеда на арабском языке, которые они считают важным источником разведывательной информации. Представители испанской полиции признают, что итальянцы начали передавать аудизаписи испанскому судье, курирующему расследование, еще до ареста Ахмеда.

Испания и Италия жалуются, что Египет, который не любит признавать, что его граждане причастны к терроризму за границей, отказался предоставить информацию об Ахмеде.

Как явствует из документов испанского МВД, в Египте Ахмед был членом "Египетского исламского джихада", во время военной службы был прикомандирован к бригаде взрывников, отбывал тюремный срок за террористическую деятельность.

Испанские следователи и разведчики стремятся понять, кто такой "Мухаммед-египтянин" и какую роль он играл в терактах.

Италия имеет право предать Ахмеда суду за преступления, совершенные на ее территории до рассмотрения запроса Испании о его экстрадиции.

Единственная улика против Ахмеда, найденная испанскими властями, очень слаба: номер его мобильного телефона был обнаружен в записной книжке, по-видимому, принадлежавшей марокканцу Фуаду Морабиту или сирийцу Базелю Галиуну. Один из свидетелей опознал Ахмеда как человека, находившегося в квартире в пригороде Мадрида, где собирали взрывные устройства для теракта. У итальянских властей имеются данные о том, что Ахмед звонил Морабиту, который был арестован в Испании после теракта.

В разговоре, перехваченном 26 мая, Ахмед заявил: "Теракт в Мадриде был моим проектом, а погибшие мученики - моими лучшими друзьями. Я готов был взорвать себя, но они удержали меня, и мы покорились воле Господа. Я хотел взять на себя тяжелое бремя, но не нашел средств. На осуществление плана ушло два с половиной года".

В разговоре 4 июня Ахмед уговаривал Рагена стать смертником в то время, как Раген позировал для фотографии.

Ахмед говорил очень много, хотя не раз высказывал опасения, что его телефон прослушивают. 12 апреля он сказал: "Слушай, брат! Давай на этом остановимся. Я не хочу, чтобы нас поймали из-за телефона".

После ареста Ахмед оказался сотрудничать с итальянскими следователями и находится в одиночном заключении. Но, по словам Вивианы Босси, адвоката, назначенного судом, Ахмеду не нравится молчать.

"Ему плохо в изоляции, - сказала Босси. - Он жалуется на то, что может разговаривать только сам с собой. Он страдает".

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru