Распространение кризиса в Газе в Южный Ливан, вступивший в конфронтацию с Израилем на северной и южной границе, продемонстрировал, что ключевая проблема в данном случае носит региональный, а не локальный характер.

Для Израиля проблема связана не только с Палестиной и ее действиями, включая ракетный обстрел Израиля. Это более широкая проблема радикального исламизма - "Хамаса", части регионального движения "Братья-мусульмане" и Ирана, серьезной региональной силы, имеющей существенное влияние на Сирию, "Хизбаллах", "Исламский джихад" и военное крыло "Хамаса".

Впрочем, Израиль и Соединенные Штаты все еще надеются, что "Хамас", являющийся в своей основе местной палестинской ветвью движения "Братья-мусульмане", отреагирует на обретенную в результате выборов власть проявлением ответственности и умерит свое отрицание по отношению к Израилю, чтобы улучшить положение народа ПА; по поводу Ирана они таких надежд не испытывают.

Президент Ирана известен своими высказываниями, отрицающими Холокост, и многочисленными провокационными заявлениями в отношении Израиля. Однако даже до его избрания Иран демонстрировал настойчивое сопротивление любым перспективам установления подлинного мира между Израилем и Палестиной через посреднические силы, такие как "Хизбаллах" в Южном Ливане и палестинская группировка "Исламский джихад".

Иран также считается основным спонсором палестинского лидера политического крыла "Хамаса" Халеда Машаля, находящегося в изгнании. Многие считают его руководителем секретного военного подразделения "Хамаса", которое ответственно за похищение капрала Гилада Шалита, спровоцировавшего последний всплеск конфликта на Ближнем Востоке.

Это похищение произошло в тот период, когда правительство "Хамаса" во главе с премьер-министром Исмаилом Ханией завершало переговоры с более умеренным президентом ПА Махмудом Аббасом по поводу политического документа, который мог бы обеспечить возобновления переговоров с Израилем.

22 июня, всего за три дня до похищения капрала Шалита, Аббас и премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт обменивались объятиями и поцелуями, хотя и неохотно, во время завтрака, устроенного королем Иордании Абдаллой II и нобелевским лауреатом Эли Визелем.

Лидеры договорились встретиться через две недели, и оба впоследствии говорили, что Ольмерт пообещал в знак нового витка в отношениях совершить важный шаг, освободив палестинских узников.

Однако кризис с похищением потопил эту инициативу точно так же, как он потопил внутренние палестинские переговоры и свел значимость отношений Хании и Аббаса, по крайней мере на данном этапе, практически до незначительного уровня. Он укрепил власть Машаля и военизированных группировок.

Тактика с вторжением в Израиль через туннель для захвата солдата в качестве "разменной монеты" в переговорах разыграна как по учебнику организации "Хизбаллах", которая в прошлом с успехом проводила подобные операции для обмена пленными с Израилем. Хотя Ольмерт говорит, что хочет изменить это соотношение, отказавшись вступать в переговоры, "Хизбаллах" в среду своим проникновением через границу и захватом солдат доказал, что он отточил свою тактику.

Таким образом, среди израильтян и палестинцев весьма широко обсуждаются предположения, что "Хизбаллах" и Машаль, а через него - военизированное подразделение "Хамаса", координировали время и способ захвата капрала. Обсуждают также, не было ли все это изначально инициативой Ирана.

Представитель арабской разведки, работающий в соседней с Израилем страной, сказал, что создается впечатление, что Иран - через "Хизбаллах" - оказал Машалю помощь в захвате капрала Шалита. Этот представитель разведки сказал, что случай Шалита, даже до захвата двух других солдат, можно приравнять к такому посланию со стороны Ирана и "Хизбаллах": "Если вы хотите причинить нам вред, то у нас есть вот такие инструменты, которые мы можем использовать против вас".

Служащие израильской разведки и аналитики говорят, что этот посыл исходит в первую очередь от Ирана, действующего руками "Хизбаллах" и Машаля.

Итамар Рабинович, бывший посол Израиля в Вашингтоне и главный переговорщик по так и не заключенному мирному соглашению с Сирией, видит в Иране стремление "достичь региональной гегемонии".

Даже без ядерного оружия Иран приобрел значительное влияние в Ливане, Сирии и Палестине, не говоря уже об Ираке.

"Он может напрямую руководить действиями "Хизбаллаха" в Южном Ливане через Сирию, а с помощью "Хамаса" и "Исламского джихада" они могут сделать ситуацию в регионе грозящей взрывом в любой момент", - сказал Рабинович.

На более локальном уровне израильские официальные представители регулярно жалуются на неспособность палестинских лидеров взять на себя ответственность за собственное благополучие и наведение порядка, особенно в отношении боевых формирований.

Палестинцы, со своей стороны, регулярно жалуются, что Израиль не дает им возможности воспользоваться своей властью, поскольку они существуют в условиях оккупации, даже в секторе Газа, где Израиль контролирует границы, береговую линию и воздушное пространство.

Они также настаивают, что пока Израиль будет оккупировать Западный берег и настаивать на сохранении части земли, захваченной в ходе арабо-израильской войны 1967 года, палестинцы будут бороться за справедливость.

Неуверенность с обеих сторон дошла до предела, именно поэтому Ольмерт решил, что Израиль должен контролировать собственную безопасность в Газе и не рассчитывать, что Египет или ПА - особенно "Хамас" - будут делать это за него, полагает Джеральд Стейнберг из Университета Бар-Илан неподалеку от Тель-Авива.

"Израиль находится в процессе долгосрочной операции по укреплению контроля над безопасностью", - говорит Стейнберг.

Ольмерт должен попытаться прекратить обстрел Израиля ракетами "Кассам" и поставку оружия и технологий из Египта, если он надеется осуществить свой план вывода 70 тысяч израильских поселенцев с Западного берега.

В самом секторе Газа, говорит Стейнберг, Израиль находится в сложном положении. Одни хотят, чтобы руководство "Хамаса" - с его связями с "Братьями-мусульманами", Сирией и Ираном - не укрепилось в позиции власти.

Другие надеются на раскол "Хамаса" или его переход к более умеренным позициям, говоря, что в случае краха "Хамаса" и ПА результатом будет хаос бандитизма, клановых конфликтов и глобального терроризма, с которым справиться сложнее, чем с руководителями "Хамаса".

"Это сложное решение, и я не думаю, что правительство уже его приняло", - говорит Стейнберг. Но события в Ливане сделают выбор для Ольмерта еще более сложным.