Архив
Поиск
Press digest
10 июля 2020 г.
14 октября 2004 г.

Джонатан Миллер | Channel 4

Путин знал больше

Место кровавой бойни теперь - святыня. Прошло 40 дней после того, как сотни людей были застрелены в школе номер 1 в Беслане, формальный траур кончился. Разрушенное здание представляет собой море цветов, открыток и писем со всего мира.

Теперь встает вопрос о поиске виноватых и о действиях Кремля во время осады. Парламентская комиссия выясняет, что было не так.

Информационной службе Channel 4 стало известно, что Кремль с самого начала знал о происходящем в Беслане гораздо больше, чем считалось до сих пор.

Асланбек Аслаханов был на связи с захватчиками через несколько часов после захвата школы, он знал, чего они хотят, а также примерное число заложников. Почему же прошло 54 часа до того, как он приехал в Беслан?

Глава парламентской комиссии по расследованию событий в Беслане Александр Торшин заявил, что этот же вопрос задают жертвы. Почему туда не прилетели федеральные министры - министр внутренних дел и директор ФСБ? Почему Аслаханов появился только на третий день? "Сейчас у нас больше вопросов, чем ответов", - сказал он.

Объяснения самого Аслаханова туманны. Хотя он был человеком Путина, его не хотели наделить необходимыми полномочиями, может быть из-за нежелания Путина иметь дело с теми, кто это совершил.

Аслаханов сообщил, что информировал о своих разговорах с террористами своего начальника, главу президентской администрации. По его словам, он настаивал на том, что должен отправиться в Беслан немедленно, чтобы вступить в контакт и начать переговоры. Но ему ответили, что пока они не заявили о требованиях и условиях, лететь в Беслан нет смысла.

Однако Аслаханов уже знал, каковы требования и условия.

Он сказал, что террористы в Беслане, так же, как и в театре на Дубровке, выдвинули ряд требований, в числе которых был полный вывод войск из Чечни и признание чеченской независимости. Эти требования он назвал невыполнимыми.

Аслаханов провел несколько телефонных разговоров с главарем банды в Беслане. Главным образом речь шла о том, сколько человек на самом деле взято в заложники.

По его словам, он провел два разговора 1 сентября. Террорист, с которым он начал говорить по-чеченски, велел говорить по-русски, потому что он не понимает. Выяснилось, что они захватили не 350-400 человек, как сообщалось, а более 1200, и более 70% из них были дети. По словам Аслаханова, он передал эту информацию в СМИ в первый же день.

Странно, но СМИ об этом не сообщили. Информация Асланбека Аслаханова не пошла. У школы номер 1 обезумевших родителей держали в неведении чиновники, многие из которых, похоже, тоже ничего не знали.

По словам выживших заложников, неверная информация о количестве привела боевиков в ярость, и они наказали заложников, отказав им в воде.

В 6:30 на второй день Аслаханов, по его словам, договорился с террористами, что он вылетит из Москвы на следующее утро, и в 3 часа дня 3 сентября начнутся переговоры.

Днем, когда он въезжал в Беслан, раздались два удара. Как мы теперь знаем, это были взрывы в спортзале.

По мнению Торшина, взрывы были не в интересах террористов и сил безопасности. Они все перевернули с ног на голову. Переговорный процесс уже начался. Аслаханов летел туда с конкретными предложениями. Нужен был еще час-полтора, заявил Торшин, и возникает вопрос, почему прогремел взрыв. Комиссия выясняет этот вопрос.

Вопросов много, но самый главный, больше всего беспокоящий критиков правительства, включая жителей Беслана: сделает ли сама комиссия что-то большее, чем просто снятие вины с Кремля?

В Северной Осетии царит эмоционально напряженная атмосфера, и Торшин говорит, что выводы комиссии могут еще больше накалить обстановку.

Источник: Channel 4


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru