Архив
Поиск
Press digest
23 апреля 2021 г.
16 февраля 2007 г.

Дэвид Игнатиус | The Washington Post

Курс России: пока неопределенный

Представьте себе новую Россию как скоростное шоссе: раньше все ездили по левой стороне дороги, теперь официально должны ездить по правой, но эти перемены вызывают дискомфорт (особенно у властей). Поэтому вся страна держится середины, что вполне понятно, но вместе с тем и опасно.

Этот парадокс путинской России я прослеживаю практически в каждой беседе на этой неделе. Российские чиновники настаивают, что они не хотят возвращаться к коммунизму, да и с какой стати? Москва переливается как рождественская елка с подарками, неоновых огней на квадратный метр тут больше, чем в любом другом городе, который я знаю. Но за витринами сверкающих московских огней остаются следы старого полицейского режима - и многие любящие порядок россияне этим, кажется, довольны.

Энергетический бум помог россиянам забыть о навязчивом вопросе о том, в каком политическом направлении они движутся. "В вопросе о нашем пункте назначения много неясного, - говорит один видный российский бизнесмен. - Пытаемся ли мы построить Китай? Соединенные Штаты? Швецию? Что это? Такая ситуация не может больше продолжаться. Мы сидим между двух стульев".

России не нужна полноценная демократия в американском стиле, утверждает председатель международного комитета Госдумы Константин Косачев. "По моему мнению, демократия - это не самоцель, это инструмент. Это наилучший инструмент, но им надо пользоваться с осторожностью. Она как бурильный молоток. Она повышает производительность, но если дать этот инструмент ребенку, ребенка это убьет".

Косачев объясняет, что у русских плохие воспоминания о всеобщей демократии 1990-х и большинство россиян, с которыми я говорил, подтверждают эту точку зрения. Это были безумные времена, когда сбережения людей рассасывались, на улицах стреляли бандиты, а страной правил президент, которого люди считали алкоголиком, и его вороватые прихвостни. "Демократия пришла к нам, когда мы были к этому не готовы, и разрушила нас, - говорит Косачев. - Поэтому Путин действует с осторожностью. Он не хочет повторения опыта 1990-х".

Политическая головоломка России теперь сосредоточилась вокруг вопроса о преемнике Путина после окончания его второго президентского срока в 2008 году. Российский президент очень популярен, и он почти наверняка был бы переизбран, если бы избирался на третий срок, но он уверяет, что не пойдет против конституции, запрещающей более двух президентских сроков подряд. Так кто же новый кронпринц? На этой неделе Москва обсуждала, кого предпочитает Путин - первого вице-премьера Дмитрия Медведева или вице-премьера и министра обороны РФ Сергея Иванова. Медведев казался фаворитом, до тех пор пока Путин в четверг не объявил о продвижении Иванова и получении им такого же статуса первого вице-премьера с новыми экономическими обязанностями.

Карусель вокруг преемника на самом деле усиливает неопределенность не вполне демократической системы России. Аналитики считают минуты эфирного времени, предоставленные Медведеву и Иванову на государственном телевидении. Это похоже на наблюдение за Кремлем в прошлом, когда наблюдатели пытались оценить ход борьбы за власть по расстановке официальных лиц на трибуне во время парадов на Красной площади. Реальность в том, что власть принадлежит Путину и небольшому внутреннему кругу помощников президента.

На этой неделе я получил шанс бросить взгляд на этот внутренний круг, когда встречался с главным советником президента по экономическим вопросам Игорем Шуваловым. Его офис представляет собой дворец в советском стиле, где раньше размещалась штаб-квартира КПСС, но сам Шувалов вполне является продуктом новой эры. Ему всего 40, он бегло говорит по-английски и одет так же безупречно, как любой лондонский инвестиционный банкир.

Ключом к будущему России, настаивает Шувалов, является решение Путина добиться членства во Всемирной торговой организации. Он говорит, что некоторые советники в Кремле возражали против вступления в ВТО, но Путин решил, что это наилучшая гарантия продолжения экономической модернизации России. Когда я спросил его о коррупции в новой России, Шувалов не отрицал существования этой проблемы: "Мы должны проявить настойчивость и терпение, - сказал он. - Если мы будем настойчивы, тогда ситуация постепенно изменится".

Высокие цены на нефть вызвали потребительский бум, но они являются неоднозначным благом. Гигантские контролируемые государством газовая и нефтяная компании "Газпром" и "Роснефть" перекрывают остальную экономику и доминируют в российской политике. Руководящие посты в энергетических компаниях занимают некоторые из ближайших помощников Путина. Энергетическая политика и демократическая политика не так легко сочетаются.

"Не ставьте на нас крест. Относитесь к нам как к нормальной демократической стране", - говорит Михаил Касьянов, который в первые три года президентства Путина был премьер-министром, но теперь стал критиком правительства. Разумеется, давление со стороны Запада могло бы помочь сохранить демократию в России. Но в конце концов, только сами россияне могут решить, по какой стороне дороги они хотят ехать.

Источник: The Washington Post


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru