Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
16 сентября 2005 г.

Том Парфитт | The Guardian

В гостях хорошо, а дома лучше

Из-за коррупции и изъянов законодательства миллионы российских беженцев остаются на родине

Длинные коричневые пальцы сырости ползут по стенам дома 53-летней Валентины Водопоенко. "Мы ждем, что потолок вот-вот обвалится", - говорит она. Ее вместо с семьей и еще 10 семьями государство оправило в полуразрушенные бараки на территории бывшего летнего пионерского лагеря на реке Истре в 20 милях от Москвы.

В коридоре, который ведет в комнату, где живет она и девять членов ее семьи, он уже провалился, и в результате там зияет дыра, через которую проникают порывы ветра и дождя.

Судьбу Валентины Водопоенко разделяют миллионы россиян, недавно вернувшихся на родину и оказавшихся в бюрократической мертвой зоне, где они совершенно беззащитны и где их нещадно эксплуатируют.

После распада Советского Союза за пределами России оказалось 25 миллионов россиян, проживающих в 14 бывших советских республиках. Почти половина из них направились домой. Темп иммиграции за последние годы пошел на убыль, но в настоящий момент снова начал расти в связи с тем, что этнические русские бегут от "разноцветных революций" в таких странах, как Киргизия и Украина.

Ключевым фактором их бед является то, что большое количество этих вернувшихся на родину россиян - точное количество неизвестно - не получили гражданства или штампа о постоянной регистрации в паспорте.

Причина этого проста: коррупция и чудовищно неприспособленное законодательство.

Те, кому было отказано в гражданстве, должны платить 30% подоходного налога вместо стандартных 13%. Не имея регистрации, они не могут работать, посещать врачей, покупать собственность, учиться в институте или подписывать какие бы то ни было юридические документы.

"Власти обращаются с нами как с дикарями, - говорит Водопоенко, бывшая владелица небольшого магазина, которая вынуждена была покинуть свой дом в Бишкеке в 1999 году, когда ее соседи-киргизы заявили ей: "Убирайся в свою Москву!"

Для многих квалифицированных работников и их семей это горькое возвращение.

"Кто мог предположить, что после всех наших мучений с нами будут так обращаться?" - говорит 67-летняя Татьяна Разумовская, пенсионерка в штопаных шерстяных носках, которая раньше была главным лесничим Туркменистана. Через три года после того, как они прибыли в Россию, ее муж Александр все еще не получил регистрацию, на которую имеет законное право.

"Я - иностранка в собственной стране", - говорит она, хмурясь.

Супруги Разумовские укрепили свой деревянный сарай, обложив его кирпичом. Но официально их дом не существует, и там в любой момент могут отключить электричество и отопление.

Из-за нового законодательства, введенного в 2002 году, 5 млн вновь прибывших с советскими паспортами уравнивались в правах с нелегальными иммигрантами.

Президент Путин в своем обращении в апреле этого года признал, что многие иммигранты, включая русских, оказались "вне закона" и миграционный процесс должен быть упорядочен.

Однако критики отмечают, что планы ввести амнистию для акклиматизировавшихся иммигрантов канули в Лету. Лидия Графова, давно занимающаяся защитой прав иммигрантов, говорит, что решение передать ответственность за оформление документов на милицию - это тоже самое, что "поручить мяснику смотреть за зоопарком".

Коррумпированные служащие милиции отказываются регистрировать желающих, а потом требуют у них же штрафы за то, что у них нет документов, говорит Лидия Макарова, чья организация занимается помощью иммигрантам на Истре.

"Сюда приходил милиционер, крутя пистолет на пальце, - вспоминает Водопоенко. - Он сказал: "Что, регистрации нет? Тогда придется платить". Она сказала ему, что у нее нет денег, но он заявил, что в таком случае он заберет телевизор.

Неустойчивое положение, в котором находится она и другие иммигранты в бараках на Истре, делает их легкой добычей для директора местного колхоза, который является их работодателем и которому принадлежат их дома.

"Он приходит сюда и начинает кричать: "Это все мое, вы мои рабы!" - рассказывает Елена Посняк, 29-летняя доярка, мать двухмесячного ребенка. Директор вычитает из из ее ежемесячной зарплаты, равной 30 фунтам, 80% ренты за жилье.

Президент Путин говорит, что обдумывает возможность поручить другому министерству помочь МВД в работе над соблюдением прав иммигрантов.

Графова надеется, что наконец наметится прогресс. "В существующем положении на границе России можно повесить табличку: "Оставь надежду, всяк сюда входящий".

Источник: The Guardian


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru