Кремль пользуется своей силой и приказывает подавлять любые формы оппозиции

Два главных российских города, Москва и Санкт-Петербург, стали в конце прошлой недели свидетелями манифестаций, организованных противниками режима Владимира Путина. Немногие решились выйти на улицы, однако не это привлекает внимание в стране с авторитарными традициями, где президент пользуется большой популярностью. Удивление вызывает тот факт, что несмотря на устойчивость режима и процветание экономики, основанное на высоких ценах на энергоресурсы, Кремль, похоже, боится любых демонстраций протеста и приказывает применять несоразмерно суровые меры для разгона сотен людей, выходящих на улицы.

С точки зрения Запада трудно понять, как такие респектабельные люди, как бывший премьер-министр Михаил Касьянов или бывший чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров, могут дойти до уровня маргиналов, подвергающихся гонениям, оскорблениям и арестам. Что осталось от демократии, начавшейся с перестройки в конце 1980-х? В результате каких изменений непримиримые демократы превратились в зачумленных?

Правда в том, что они не изменились, а продолжают оставаться верными себе. Причины этих перемен следует искать в инволюции режима, начавшейся с приходом Путина к власти. Необходимо, однако, признать, что такую инволюцию, подвергаемую резкой критике на Западе, поддерживает большинство россиян. Для них речь идет о выборе между демократией и хаосом, как в ельцинскую эпоху, и порядком и материальным развитием.

Простых людей не волнует, что благосостояние России может стать результатом экономической ситуации, сложившейся на мировых рынках энергоресурсов. Опросы показывают, что популярность Путина продолжает расти: по данным "Левада-центра", известного своей объективностью, в марте 2006 года она составляла 56%, в марте этого года - уже 64%.

Великое энергетическое богатство России оказывает "медвежью услугу" демократии. В области внутренней политики Кремль может решить любую социальную проблему с помощью нефтедолларов, не утруждая себя осуществлением структурных реформ. В сфере внешней политики Путин пользуется поддержкой европейских лидеров. За примерами далеко ходить не надо. В то время как милиция избивала дубинками демонстрантов в Санкт-Петербурге, бывший итальянский премьер-министр Сильвио Берлускони пел дифирамбы своему другу Путину и восхвалял российскую демократию во время питательного ужина после совместного похода на спортивные состязания.

Паранойя по отношению к оппозиции может объясняться в значительной степени тем, что нынешние обитатели Кремля, начиная с президента, являются выходцами из секретных служб, которые, по крайней мере, в России, всегда предпочитают перестраховываться. Такая традиция, впрочем, коренится в советских временах. Вспомним, как во время перестройки, когда парламент выбирал в президенты Михаила Горбачева, он был единственным кандидатом. Когда один депутат предложил свою кандидатуру для придания тем выборам легитимности и демократического статуса, его не внесли в списки для голосования, опасаясь, как бы он не победил... Если смотреть на вещи объективно, процесс демократизации, покончивший с Советским Союзом, не был результатом глубокой эволюции. Для российской истории это была аномалия, которую Путин взялся исправить.

Как показывают последние региональные выборы накануне декабрьских парламентских выборов, Кремль полностью контролирует ситуацию. В воскресенье прошли выборы в местные органы власти в Красноярске, где безоговорочно победила партия власти и результаты которых, как считается, красноречиво отражают то, что будет происходить на национальном уровне. "Единая Россия" получила 42,5% голосов, а другой пропутинской партии, "Справедливой России", досталось 13%. Российская Коммунистическая партия, не находящаяся в радикальной оппозиции к режиму и не отличающаяся демократическими традициями, заняла второе место с 20% голосов.