Архив
Поиск
Press digest
18 сентября 2020 г.
17 августа 2020 г.

Инна Хартвих | Tageszeitung

Зигзагом против коронавируса

"Сначала Россия отрицала опасность вируса. Затем были введены жесткие ограничения. Сейчас они частично отменены. В Вологодской области почти никто не носит маски. А московский врач Александр Ванюков ежедневно сталкивается с последствиями халатности", - повествует немецкое издание Die Tageszeitung.

"Коронавирус? "Держим под контролем", - заявляло российское правительство в марте, когда пандемия начала охватывать страну и статистика быстро росла вверх. Сегодня показатели официально достигли более 900 тыс. случаев, более 15 тыс. человек скончались. Однако эти цифры вызывают сомнения, - отмечает журналистка Инна Хартвих. - Вирус побежден, сообщалось спустя несколько недель, когда Кремль, полный нетерпения, захотел довести до конца свой главный политический проект года: так называемое обнуление президентских сроков Владимира Путина. (...) Однако после победы Путина ежедневно регистрируется более 5 тыс. новых заражений, и кривая заболеваемости выравнивается очень медленно".

"Второй волны, гордо сообщал в июле мэр Москвы Сергей Собянин, не будет. В марте глава российского правительства Михаил Мишустин заявлял, что опасность коронавируса для России минимальна. Позднее он сам заболел Covid-19. Теперь появилась вакцина, которая получила название "Спутник V", напоминающее о первом советском спутнике, запущенном в 1957 году. "Мы первые", - ликует правительство. Многие россияне качают головой. "Страшно рано, слишком опасно, эксперимент на людях", - говорят люди на улице. "В лучшем случае вакцина неопасна, в худшем - абсолютно бесполезна. Я не собираюсь пробовать ее на себе или на своей семье", - говорит один московский врач. По желанию министерства здравоохранения, врачей планируют привить уже осенью", - говорится в статье.

"В этом проявляется расхождение между громкими словами чиновников и реальностью, - отмечает издание. - Вскоре после объявлений Мишустина в марте в столице, российском эпицентре пандемии, были введены жесткие ограничения на передвижение. (...) Москва усеяна камерами, технология распознавания лиц проверяет, соблюдают ли люди карантин. Каждый заболевший в обязательном порядке должен установить специальное приложение".

"Зачем нужны все эти защитные меры, многие в стране не понимают по сей день. Разве государственное телевидение не говорило вплоть до апреля о вирусе, которым болеют лишь китайцы или гомосексуалисты в Европе? Разве оно не восторгалось особой генетикой россиян? Почему вдруг ношение масок и перчаток стало обязательным и какова вообще минимальная дистанция? Разве Путин не говорил об оплачиваемых отпусках? Поехали на море, сказали себе многие люди и так еще больше поспособствовали распространению вируса по всей стране".

"Путаница до сих пор сопровождает людей во время коронакризиса в стране. Когда мэр Москвы, который вначале еще был бескомпромиссным антикризисным менеджером, отменил обязательное ношение масок на улице (потому что почти никто все равно их не носил), маски перестали надевать и в других местах, хотя в магазинах, общественном транспорте и всех государственных учреждениях эта обязанность по-прежнему сохранялась. "Если хотите, можете снять маску, вируса уже нет", - могла утверждать продавщица в супермаркете за углом. Спустя несколько дней охранник этого супермаркета вставал на пути у всех входящих и не впускал никого без перчаток и маски".

"Многие соблюдают меры, потому что им грозят штрафы, а не потому что они их понимают. Они полагаются на авось, фаталистичное российское упование на то, что все сложится хорошо. Каким-то образом. Когда-нибудь".

"В Вологодской области о вирусе можно было бы не узнать, если бы повсюду на дверях кафе и достопримечательностей не висели бы указания: "Вход только в маске". Эти правила есть лишь на бумаге, маски висят у людей под подбородком. Сотрудники не обращают на это внимание, у них другие заботы. Им не хватает персонала. Развитию мелких региональных музеев в стране способствуют в основном люди за 65. Люди, которые больше могут не работать. Группа риска. "Нас здесь только двое и мы должны делать все: работать на кассе, проводить экскурсии, продавать книги. Кавардак", - говорит сотрудница Шаламовского дома в Вологде, посвященного жизни и судьбе советского диссидента Варлама Шаламова. Вообще-то она гардеробщица. Как ей обслуживать кассу? И еще следить за тем, чтобы семь человек, которые сейчас стоят у узкого входа, соблюдали дистанцию? В краеведческом музее Белозерска тоже две сотрудницы. Одна бегает за посетителями с бахилами, которые они должны надеть, другая, постоянно поправляя маску, не желающую держаться на носу, следит за тем, чтобы группы посетителей не пересекались, и водит их по помещениям".

"Белозерск - маленький город, каких в России много. (...) Маски здесь не носит никто. Официально с начала пандемии в городе Белозерске был зарегистрирован 21 случай заражения. Вирус здесь - это вирус других".

"Этих других день за днем наблюдает Александр Ванюков в Москве, скоро уже почти на протяжении полугода. (...) Он заведует одним из отделений в московской 52-й больнице. (...) Больница минимум до декабря останется "красной зоной". 800 коек были заняты быстро. (...) Сейчас пациентами с коронавирусом занято около 350 коек. Обстановка разрядилась. "Но в последние дни клиника снова заполняется", - говорит врач. (...) "Самоизоляция" давно закончилась, люди сидят в кафе, танцуют в парках, протискиваются в переполненное метро. "Меня охватывает разочарование, иногда озлобленность, когда я вижу, что почти никто больше ничего не соблюдает", - говорит Александр Ванюков. Он знает, что на следующий день ему снова придется идти в "красную зону", - пишет Die Tageszeitung.

Источник: Tageszeitung


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru