Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
18 октября 2004 г.

Натали Нугайред | Le Monde

Кремль опасается взрыва на Кавказе

Таймураз Мамсуров с тревогой следит за развитием ситуации на Северном Кавказе. Сорокадневный православный траур по жертвам развязки инцидента с захватом заложников в Беслане, где, по официальным данным, погибло более 330 человек, а 500 человек получили ранения, закончился. Все опасаются "ответных" действий со стороны осетин, очень враждебно настроенных в отношении своих мусульманских соседей-ингушей, на которых они возлагают ответственность за бойню.

Группа из 32 вооруженных и нагруженных взрывчаткой террористов прибыла в Беслан из Ингушетии. На нескольких грузовиках она проехала сюда по дороге, которой пользуются нелегальные перевозчики чеченской нефти. Ни на одном из постов, расположенных вдоль границы, на которой после осетино-ингушской войны 1992 года царит постоянная напряженность, им не было оказано никакого сопротивления.

Чтобы предотвратить вспышку нового межэтнического конфликта, в эту зону были направлены подразделения российского спецназа. Административная граница между Осетией и Ингушетия закрыта для транспорта. Ее можно пересечь только пешком.

Таймураз Мамусров - председатель осетинского парламента, заседающего во Владикавказе - бывшем гарнизонном городе царской армии, основанном в XVIII веке для того, чтобы - как подчеркивает его русское название - владеть Кавказом. Он рассказывает газете Le Monde о событиях в его родном Беслане. Бывший аппаратчик, этот 50-летний мужчина оказался в эпицентре этих событий. Среди заложников находились его дети - 13-летняя Замира и 11-летний Зелим. Они были ранены, но остались в живых.

Сам он эти три дня - с 1 по 3 сентября - находился в "штабе", созданном российскими властями в одном из административных зданий около школы номер один. Этот штаб был разделен на две части. "В одном зале силы правопорядка и спецслужбы готовились к силовому варианту, то есть к штурму. В другом зале гражданские представители, и я в том числе, занимались" телефонными переговорами с террористами.

Требования террористов в изложении г-на Мамсурова, соответствовали требованиям, перечисленным 17 сентября чеченским исламистским полевым командиром Шамилем Басаевым в тексте заявления, в котором тот взял на себя ответственность за захват заложников.

По словам Таймураза Мамсурова, отряд террористов состоял "наполовину из чеченцев, наполовину из ингушей". Об арабах он не упоминает. "Они требовали независимости Чечни, вывода российских войск и утверждали, что согласны на вступление Чечни в "рублевую зону" и СНГ. Кто-то эти формулировки им явно продиктовал, так как они вряд ли владели подобной лексикой. Это были выродки, дикари, трусы", - говорит г-н Мамсуров.

Он подчеркивает, что, в противоположность заявлениям, появившимся в СМИ, террористы не требовали ни освобождения ингушских заключенных, содержавшихся в Северной Осетии, ни открытия "коридора", по которому они могли бы уйти, сохранив жизнь части заложников. "Это мы сделали им такие предложения, но они от всех их отказались".

Заметив в школе доску с фотографиями лучших учеников, террористы поняли, что в числе заложников находятся дети главы осетинского парламента. Они заставили детей звонить отцу и уговаривать его, чтобы не было штурма. "Иначе они нас взорвут!" - кричал маленький Зелим. "Я пытался успокоить сына, говоря, что все будет в порядке, что все родители жители города скорее встанут стеной перед войсками, чем допустят подобное".

Террористы, говорит он, выдвинули ультиматум, заявив, что через три дня они "предпримут меры против детей", которым не давали пить. О трехдневном сроке говорил и бывший президент Ингушетии Руслан Аушев - единственный человек, который смог пройти в здание школы, чтобы вести переговоры с террористами и которому удалось добиться освобождения более 20 заложников.

Запоздалое прибытие. "Мы были настроены на переговоры", - отмечает г-н Мамсуров, говоря о "гражданской" части штаба. В конечном счете представители российских спецслужб связали его по телефону с неким Али - бакинским представителем Аслана Масхадова. Он обещал помочь, но так и не перезвонил". Тем временем "без участия нас, гражданских, готовился сценарий штурма".

Другая проблема: Асланбек Аслаханов, специальный советник Владимира Путина по Чечне, с которым хотели говорить террористы, "действительно задержался", - с сожалением говорит г-н Мамсуров. Прилетев из Москвы, он приехал на место лишь за несколько часов до начала боя.

Трехдневный срок ультиматума истекал утром в субботу, 4 сентября. В пятницу, 3 сентября, в 13 часов с небольшим в школе один за другим раздалось два взрыва, после чего началась перестрелка между террористами и российскими спецназовцами, а в спортзале возник пожар. Там погибло много детей.

"Эти взрывы, я уверен, произошли случайно", - настаивает Таймураз Мамсуров, повторяя официальную версию российских спецслужб. Федеральная парламентская комиссия, призванная расследовать, в частности, и этот эпизод, работает под плотным контролем Кремля. Ее окончательный доклад будет обнародован лишь через много месяцев.

Местные власти опасаются, что появление этого документа спровоцирует новую вспышку насилия, дав аргументы осетинам, которые хотели бы отомстить ингушам. В Беслане многие семьи, убитые горем, говорят, что они "даже не хотят знать" о том, что в действительности произошло 3 сентября. Взрывоопасная обстановка на Северном Кавказе не способствует прояснению истины.

Источник: Le Monde


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru