Интервью с израильским министром по делам диаспор и Иерусалима Натаном Щаранским.

- Господин министр, вы уезжаете в Италию на ежегодные чтения в Сенате по теме антисемитизма, которые пройдут в четверг. 27 числа будет отмечаться День памяти. В СМИ много говорят об антисемитизме. В Италии было проведено исследование, согласно которому 35,9 % итальянцев полагают, что израильтяне поступают с палестинцами так же, как нацисты поступали с евреями. Недавно в Швеции произошел инцидент, когда ваш посол выразил протест против экспоната в музее, который он посчитал прославлением террористки-камикадзе.

- Он был прав, что действовал на месте, потому что тот теракт является одним из самых жестоких и зверских. По словам свидетелей, прежде чем взорвать себя в ресторане "Максим" и убить 22 невинных человека, террористка притянула к себе коляску с новорожденным:тогда в Хайфе, среди прочих, погибли три поколения одной семьи: бабушка, родители и дети.

- Вы не считаете, что выходить за рамки дипломатических канонов - это непредусмотрительно и говорит о нервозности?

- Существуют ситуации, когда дипломатические каноны становятся даже неуместными. Я бы хотел посмотреть, что бы сделал шведский дипломат, если бы наткнулся на памятник убийце Анны Линд...

- Но ведь автор композиции в музее Стокгольма - еврей:

- В СССР, когда я был в тюрьме, среди руководителей тоже было достаточно евреев. Были евреи-фашисты. Многие евреи до сих пор поддерживают антисемитизм. Среди убитых в ресторане в Хайфе были и арабы. И что теперь?

- Вернемся к антисемитизму. Он широко распространяется в Европе, тем не менее о важности сохранения памяти не забыли.

- Позвольте мне сначала ответить на вопрос о евреях, которые, якобы, поступают так же, как нацисты. Этот вопрос сам по себя является признаком непростительного предрассудка.

Что касается памяти: конечно, правильно и полезно, что некоторые европейские государства ввели этот день памяти. Но Роберт Вистрих справедливо называет антисемитизм "самой долгой ненавистью", начиная от нападения на евреев Александрии в 38 году н. э. и кончая делом Дрейфуса и "хрустальной ночью".

Европа - это мать, а сегодня - наследница как теологического средневекового антисемитизма, так и современного расового. В СССР я пережил коммунистический антисемитизм. Как и многие, я полагал, что антисемитизм и тоталитаризм связаны между собой. Однако это не так: я пригласил к себе послов Франции и Бельгии, двух просвещенных и демократических стран, таких же, как и Швеция, чтобы поговорить о сотнях случаев нападения, поджогов, бойкота...и я понял, что этот антисемитизм отличается от того, который был раньше.

Посол Бельгии сказал мне: "Антисемитизм исчезнет, когда по телевизору перестанут показывать, как евреи притесняют палестинцев".

- А вы что думаете по этому поводу?

- Я думаю, что эта точка зрения возлагает на евреев, а вернее, на Израиль, вину, которой на нем нет. Осуждение Израиля - это плод идеологического ослепления: защиту путают с нападением, намеренное убийство невинных - с трагическими потерями в ходе войны с террором. В основе лежит предрассудок, который есть душа антисемитизма.

Это началось в 1967 году, когда Израиль, находясь в смертельной опасности, все же выиграл Шестидневную войну. Пал образ еврея-жертвы, к которому привыкли государства, участвовавшие в трагедии Холокоста. На смену склонившемуся и послушному еврею пришел еврей победоносный: это непереносимый для Европы результат.

С тех пор, в частности когда Арафат отвергал самые лучшие мирные предложения, когда террористы-камикадзе взрывали себя один за другим, Израиль превратился в виновника.

- Тем не менее, многие утверждают, что мы имеем дело не с волной антисемитизма, а с сильной критикой политики израильского правительства.

- То, что это не так, можно понять по демонизации Израиля, когда на многочисленных карикатурах (например, в Independent) Шарон изображается кровавым пожирателем палестинских детей; это можно определить по двойным стандартам, которыми полны архивы ООН, осуждающей только Израиль и не трогающей такие страны, как Китай или африканские государства, где совершается геноцид; по оспариванию самого права Израиля на существование; по лжи, которая клеймит его как государство апартеида и убийцу невинных.

Кроме того, нападения, избиения, поджоги, бойкоты по всей Европе - это уже гораздо больше, чем критика. Причина в том, что Европа вернулась к политике попустительства: с арабо-израильским конфликтом и распространением террора пришла большая волна антисемитизма мусульманских стран, а Европа позволила ему прижиться на своих корнях.

Исламский мир перенял от Европы идеи о заговоре, Протоколы Сионских мудрецов и древние христианские верования о евреях, жаждущих человеческой крови (маца на крови), превратив евреев в чудовищ, которые не хотят ничего другого, кроме как причинить зло другим...

В связи с тем, что террористическая война и волна антисемитизма и антиамериканизма совпали по времени, в Европе посчитали, что смогут избежать худшего, держась в стороне. Но слабость вызывает еще больший терроризм, еще больший антисемитизм.

- Вы считаете, что опасность ощутима и близка?

- Конечно, да, и не только для евреев. Антисемитизм, согласно которому всем будет хорошо, если Израиль исчезнет, открывает дорогу для тоталитарной идеологии терроризма.

- Но что может сделать Европа, чтобы предотвратить антисемитизм?

- Очень многое, если будет воздействовать на корни терроризма, борясь с прививанием ненависти. Необходимо запретить клевету, прекратить финансирование, рассказать о конфликте, о его истинной истории, и о терроризме.

Один раз я спросил у молодых правозащитников, которые устроили манифестацию как в поддержку сексуальных меньшинств, так и в поддержку Арафата, знают ли они, что у палестинцев никто из геев, никто из тех, кто отличается от остальных, не может чувствовать себя свободным.

Израиль - это единственная демократическая страна в регионе, и демократические движения должны об этом вспомнить.