Европейский союз, НАТО и американская армия движутся на восток, к дверям России, в зону, вызывающую у нее глубокую подозрительность. Россия, которой в 2003 году было почти не видно на шахматной доске внешней политики, в нынешнем году вновь становится проблемой для Запада.

В Европе география - это история. Теперь это еще и характер. Реакция лидеров на Владимира Путина (и то, как они его оценивают) тесно связана с их географической удаленностью от него. Похоже, и желание Путина действовать вместе с одними и против других напрямую зависит от почтового кода человека, о котором идет речь.

Он завоевал непоколебимое доверие президента Буша и премьер-министра Тони Блэра, а также Герхарда Шредера и Жака Ширака.

В ноябре итальянский миллиардер и премьер-министр Сильвио Берлускони превзошел самого себя, стоя в Риме рядом с Путиным и прикрывая его от вопросов журналистов о документированных зверствах в Чечне. Итальянский лидер назвал эти вопросы "западной ложью и выдумками".

Но к востоку, в бывших странах Варшавского договора и советских республиках, вступающих весной в Европейский союз и НАТО, недоверие к России, и особенно к Путину, остается глубоким. Победа союзников Путина на декабрьских выборах в Думу, где проиграли партии, выступающие за прозападную внешнюю политику, усилили опасения поляков, чехов, венгров, прибалтов.

По их мнению, Россия, намеренно или по некомпетентности, дестабилизирует "ближнее зарубежье", слабые государства, находящиеся на западе и юге. Слабые правительства и хаос в Украине, Беларуси, Молдове или Грузии могут стать причиной российского вмешательства и даже оккупации и поглощения этих республик, опасаются в Центральной Европе.

На совещаниях НАТО и в брюссельских кулуарах представители Польши, Чехии и Венгрии тихо, но настойчиво предупреждают функционеров из Западной Европы и Америки, что Путин, бывший агент КГБ, ставший президентом, обманывает их.

В начале апреля представители "новой Европы" получат серьезное подкрепление: в НАТО вступят семь новых членов, в том числе Эстония, Латвия и Литва. Балтия бежит из "ближнего зарубежья" России, но приносит с собой русские меньшинства и другие проблемы, унаследованные от империи, в которые Москва продолжает совать нос.

"Ближнее зарубежье НАТО скоро пересечется с ближним зарубежьем России", поскольку граница альянса сдвигается на восток, говорит Яап де Хооп Схеффер, новый генеральный секретарь альянса, 1 января сменивший на этом посту Джорджа Робертсона. - В этом году отношения с Россией будут важным вопросом нашей повестки дня".

Бывший министр иностранных дел Голландии отдал должное мягким рабочим отношениям с Кремлем, которые установил Робертсон. Но Россия потихоньку выводит свои миротворческие силы из Косово, прекращая многообещающее сотрудничество, сложившееся на Балканах.

Через месяц после того, как завершится второй раунд расширения НАТО, в Европейском союзе станет не 15, а 25 членов. Главный политический орган Европы уже вызывает у Путина подозрения и гнев в ходе переговоров о доступе в российский анклав в Калининграде и других проблемах. Кремль действует в обход Брюсселя, предпочитая иметь дело с государственными лидерами, ослепленными Путиным.

Между расширением НАТО и ЕС на восток и грядущим перемещением американских баз и войск в Европе нет прямой связи. Но все эти шаги являются результатом разделения Европы в эпоху холодной войны и кладут конец этому разделению. Они являются частью новой стратегической среды, незнакомой российской армии и потому пугающей.

На прошлой неделе Москву встревожила Польша, предложившая США создать в этой стране новую большую авиабазу и расквартировать крупный воинский контингент в ходе глобальной переброски войск, планируемой сейчас в Вашингтоне. Американцы тут же напомнили полякам и Москве, что США пообещали не создавать крупных баз в Восточной Европе в обмен на уступчивость России в ходе объединения Германии.

Но в любом случае планируется создание в восточной и южной Европе небольших объектов, так что некоторые части будут выведены из Германии и развернуты на этих новых объектах, находящихся ближе к театру военных действий войны против терроризма.

Гнев и подозрительность, которые многие жители центральной и южной Европы испытывают по отношению к тем, кто притеснял их в прошлом, понятны и порой заслуживают восхищения. Но это слишком личные чувства, чтобы ими можно было руководствоваться в политике по отношению к путинской России. Однако сбрасывать их со счетов тоже нельзя.