Архив
Поиск
Press digest
7 августа 2020 г.
19 июня 2007 г.

Джон Винокур | The New York Times

Маленькая, встревоженная Грузия восхваляет новую Францию

Михаил Саакашвили, президент Грузии, сказал о Николя Саркози: "Теперь во Франции все совсем по-другому. Этот оптимизм, эта глубокая убежденность. Возможно все. Полная открытость. Здесь чувствуется нечто революционное. Это начало чего-то грандиозного".

Абсолютный политический экстаз. Высказывания в такой тональности мы слышали редко с тех пор, как Северная Корея декламировала гимны своему прежнему диктатору Ким Ир Сену.

Неуемный энтузиазм Саакашвили по поводу деятельности Саркози, находящегося в президентском кресле всего месяц, наверняка чрезмерен, но определенно искренен и исполнен надежд. К тому же этот энтузиазм - пусть и в самой малой мере - подтверждает реальность.

В глазах Грузии - страны с 4,6 млн населения, бывшей союзной советской республики, которая вполне серьезно беспокоится за свою безопасность и стремится сделаться демократией западного типа, Саркози уже уводит внешнеполитический курс Франции от прежних времен, когда Ширак спокойно мирился с желанием России иметь у ее границ пояс стран с ограниченным суверенитетом.

В беседе, состоявшейся после его встречи в Париже с Саркози на прошлой неделе, Саакашвили сказал, что французские официальные лица когда-то давали дежурный ответ на почти всякое высказывание Грузии, когда последняя говорила о своих тревогах или нуждах. Они отвечали: "Это интересно". Теперь, когда он спросил насчет покупки двух фрегатов - на эту просьбу ранее уже был получен отказ - французы, по словам Саакашвили, ответили: "А почему бы нет?"

По меркам принципиальных поступков это вовсе не равнозначно одобрению Францией заказа Швейцарии на катера береговой охраны. Российские войска остаются на территории Грузии, Россия запретила импорт всех грузинских товаров. Россия также поддерживает движения за независимость в двух областях, которые Грузия считает своими, - Абхазии и Южной Осетии.

Вдобавок русским вряд ли нравится идея вступления Грузии в НАТО, но Саркози во время своей избирательной кампании безоговорочно одобрил этот план (а также принятие в НАТО Украины). Когда Саакашвили находился с визитом в Париже, был также одобрен план французской помощи грузинской армии и полиции, а также программа помощи Грузии в развитии атомной энергетики.

Разумеется, это не Новый Внешнеполитический Курс Франции в цельной и четко сформулированной форме. Его еще предстоит выработать путем широкого или частичного реформирования, которое продлится несколько месяцев.

Но в своих отношениях с маленькой страной, которая раздражает Россию, команда Саркози отказалась от взгляда на Грузию как на государство, с которым лучше не контактировать напрямую, а если контактировать, то потихоньку. На вопрос журналиста, заложен ли какой-то символический смысл в этом визите грузинского лидера, состоявшемся в первые дни президентства Саркози и имевшем приоритетное значение в повестке дня, официальный представитель властей Давид Мартэнон без колебаний ответил: "Да, заложен".

Все было сделано для того, чтобы мир заметил это событие. На прошлой неделе на встрече для обсуждения косовской проблемы, состоявшейся в Париже, третий по рангу в руководстве Госдепартамента США, младший секретарь Р. Николас Бернс отметил, что нынче Франция относительно ряда вопросов "ломает стереотипы" в положительном смысле этого слова.

И верно, были и другие прецеденты. Повидавшись с Саакашвили, Саркози поехал в Польшу, чтобы попытаться склонить ее к большей уступчивости на саммите ЕС по конституции Евросоюза, который пройдет на этой неделе. Для Ширака подобная поездка была бы немыслима.

После неудачной попытки Ширака и Герхарда Шредера, подзуживаемой Владимиром Путиным, противопоставить ЕС Соединенным Штатам в период, когда началась война в Ираке, Польша (подобно Грузии, она является ярым союзником Америки) с чрезвычайной подозрительностью относилась ко всем поправкам в устав и другие законодательные документы ЕС, которые чреваты ограничением ее прерогатив.

Теперь же, при Саркози, тональность политики Франции настолько изменилась, что примирительная миссия этой страны только приветствуется. В Le Monde поясняют, что непримиримое отстаивание Польшей ее интересов в Евросоюзе, особенно в отношении Германии, "отчасти является последствием" уже имеющегося опыта - это явная отсылка к треугольнику "Ширак-Шредер-Путин".

Отход Саркози от некоторых старых традиций Франции, существовавших на рефлекторном уровне, распространяется также и на более существенные вопросы, касающиеся Ирана и России.

Франция, как и другие государства-члены НАТО, на прошлой неделе молчаливо согласилась с американским планом ПРО (против которого, кстати, выступала Сеголен Руаяль), осуществление которого Россия рассматривает как вторжение в сферу влияния над бывшими странами Варшавского договора типа Польши и Чехии, которое она стремится восстановить.

Во время избирательной кампании Саркози также четко дал понять, что рассмотрит идею о наложении дополнительных санкций на Иран после осуществления третьего раунда мер Совета Безопасности ООН, намеченного на июль. Эти дополнительные санкции будут осуществлены группой стран, которые готовы действовать в обход Совета Безопасности и потенциальной блокирующей роли, которую играют в нем Россия и Китай.

Новые ограничения характеризуются как достаточно суровые, чтобы послужить недвусмысленным предостережением Ирану, дабы тот отказался от ядерной программы.

Очевидно, Париж поддерживает санкции. Бернс впервые публично объявил, что работа над этими дополнительными санкциями силами группы неназванных стран прогрессирует.

И вновь на сцену выходит Саакашвили, который помимо Саркози встречался также с Бернсом и с министром иностранных дел Франции Бернаром Кушнером. Как известно, Грузия граничит с Россией и имеет общих соседей с Ираном. Саакашвили говорил о том, как сочетаются эти проблемные моменты.

Говоря о Саркози и Путине (с последним он общался в позапрошлый уикенд в Санкт-Петербурге), Саакашвили отказался подробно сравнить их, но заметил: "Они из совершенно разных миров".

Он предпочитал говорить о Саркози, отмечая: "Европа не должна упустить шанс на то, чтобы воспользоваться его энергией" и готовностью к отважным действиям.

В этой фразе таился негромкий упрек. По мнению Саакашвили, когда Европа убеждает себя в своей "прагматичности или реалистичном взгляде на политику" или дрейфует, отдаваясь "романтичным и сентиментальным" идеям, она часто в итоге ослабевает. Для нее лучший вариант, когда она проявляет силу и единство, сказал Саакашвили.

Это "особенно" и "конкретно" верно по отношению к России, сказал он, добавив вполне резонно, что Россия стремится к тому, чтобы Европа "уважала и принимала" ее, и заслуживает этого.

С другой стороны, Грузия озабочена кое-чем, непосредственно связанным с Россией. Если Россия в ближайшие недели или месяцы наложит вето на решение о предоставлении Косово независимости, а США и ЕС признают Косово, то Россия, как она уже пригрозила, может признать независимость Абхазии.

Это нарушит суверенитет Грузии и создаст взрывоопасную ситуацию. "Это было бы безумие", - сказал Саакашвили, на сей раз употребив выражение, не слишком отличающееся от того, что сказали русским представители США.

"В этом отношении нас энергично поддерживают Франция и Соединенные Штаты, - сказал Саакашвили. - Я думаю, что у русских достаточно чувства реальности, чтобы решить этот вопрос. Но нужно сохранять бдительность".

Франция Саркози отныне соглашается с этой позицией, что дает маленькой, встревоженной стране на Черном море серьезные основания чувствовать себя удовлетворенной. Не говоря уже о том, что теперь понятно, почему Саакашвили превозносит нового французского президента как святого.

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru