Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
19 марта 2002 г.

Эфа фон Шапер | Süddeutsche Zeitung

Рай, полный вирусов

Кузница биологического оружия России производит полезный продукт ? Йенс Кун, первый человек с Запада, который работал на некогда сверхсекретном предприятии.

Йенс Кун пробыл четыре месяца в сибирском местечке, о котором на протяжении 10 лет не было известно ничего кроме почтового индекса. Здесь ученые при советской власти создавали в закрытой лаборатории смертельное биологическое оружие. Теперь это местечко называется Кольцово, а те же самые ученые сегодня работают в лабораториях научно?исследовательского центра "Вектор" и создают вакцины и лекарства против вирусов?убийц.

Процесс превращения объявленной вне закона военной лаборатории в гражданский научно?исследовательский центр проходил на глазах у Йенса Куна, 29?летнего студента?медика и биохимика из Нюрнберга, первого человека с Запада, оказавшегося в ее стенах. С июня по октябрь прошлого года он не только вел в Кольцово, что неподалеку от Новосибирска, научную работу. Одновременно по поручению правительственного агентства США "Defense Threat Reduction Agency" он пытался разобраться в том, как работают деньги этого агентства в сибирской кузнице оружия. О том, как осуществляется перековка русских био?мечей на орала, он рассказал во Франкфурте?на?Майне на информационном совещании, посвященном биологическому оружию.

С тех пор, как развалился Советский Союз, "Defense Threat Reduction Agency" оказывает ученым финансовую поддержку в проведении исследований. Потому что ученый, продающий секретную информацию о ядерном или биологическом оружии странам?изгоям, в конце концов обойдется США гораздо дороже, чем если бы они оплатили все счета за электричество в каком?нибудь институте, считают американцы. Но до сих пор американские ученые не работали собственно в лабораториях. "Может, никто из американцев просто не захотел ехать в Сибирь", ? предполагает Кун. Кроме того, еще у многих ученых, как русских, так и американских, возникают проблемы при сотрудничестве с бывшим противником.

Счастье в Сибири

Восхищенный вирусолог Кун воспринимает время, проведенное им в Сибири, как большое счастье. А началось все случайно. В октябре 2000 года в Стокгольме он познакомился в очереди на посещение новой шведской лаборатории с одним симпатичным господином. Он представился высокопоставленным сотрудником Пентагона и под конец беседы предложил молодому ученому отправиться на пять месяцев в русский исследовательский центр.

Деятельность "Defense Threat Reduction Agency" в Кольцово безусловно имела смысл, считает Йенс Кун. Он сомневается, что сегодня кто?то еще покинет "Вектор" по финансовым соображениям. "Ученые долгие годы получали по доллару в месяц и все равно оставались, ? говорит он. ? Сейчас они получают по несколько сотен долларов, с чего бы им уходить именно теперь?" Также многое изменилось в системе обеспечения безопасности. Еще несколько лет назад некоторые ученые, пожалуй, могли бы вынести через проходную института схемы получения вирусов или ? в сигаретной пачке ? даже сами смертельные вирусы, полагает Кун. "Особенно в период непосредственно после крушения Советского Союза на службу безопасности не всегда можно было положиться". Однако, теперь на "Векторе" строгие правила. Кун должен был ждать шесть недель, прежде чем просто попасть в лаборатории. В это время он подвергался проверке со стороны службы безопасности и проходил психологические тесты. Только затем его пропустили через три заградительных барьера ? еще один подарок американцев ? в огромное здание. Но до самого конца он не мог работать в лабораториях с высшей степенью защиты, в которых исследуют вирусы Ласса и Эбола. Опасность была слишком высока, он мог заразиться смертельными микробами. "Моя смерть для ответственных лиц была бы небольшой потерей, ? думает он, однако это могло бы стать дипломатической катастрофой". Поэтому Йенс Кун лишь однажды заходил в эти помещения, чтобы сфотографироваться в защитном костюме ? на память.

Вирус Эбола в шкафу

При этом страха перед высокозащищенными лабораториями у него не было. Безопасность ученых ? на должном уровне, как в западных лабораториях класса S4. Йенс Кун имеет право судить об этом: ведь во время своей дипломной практики он работал в США над созданием вакцины против вируса Эбола, а позже в Скалистых горах он занимался смертельными вирусами Ханта.

Кое в чем, говорит он, у русских даже лучше: "защитные костюмы легче и мягче, в них легче двигаться". Никто не входит или не покидает лабораторию без обследования со стороны медсестры. На Западе существует всего несколько настолько же хорошо оборудованных лабораторий: "В Кольцово под лаборатории класса S4 отведено несколько этажей", ? рассказывает начинающий врач. В немецком вирусологическом центре Марбург площади, отведенные под них, гораздо меньше. Кроме того, шкафы русских наполнены самыми редкими вирусами ? это рай для ученого.

На объектах со средней степенью защиты нехватка средств до сих пор угрожает ученым больше, чем опасности, связанные с их непосредственной работой. Защитные перчатки приходится стирать и использовать повторно, порою они отсутствуют вовсе. Некоторые ученые работают с канцерогенными химикалиями, такими, как этидиумбромид, голыми руками. "Немецкий студент на первом курсе оснащен лучше, чем эти первоклассные ученые", ? говорит Кун. Одноразовые пипетки и пробирки в Кольцово моют и использует повторно. Эта вынужденная экономия стоит времени. "Опыты, на которые в Германии я трачу по пять минут, здесь из?за этого длятся по несколько часов", ? рассказывает он.

Когда в рамках американо?российского сотрудничества прибыла первая партия современного лабораторного оборудования, это стало для ученых праздником. Кун смог опубликовать результаты своих первых научных исследований. Теперь следующая цель ? дипломатическая. Он хочет наладить регулярный студенческий и научный обмен с институтом "Вектор".

Ореол таинственности

Институту до сих пор сопутствует ореол таинственности. Потому что в Кольцово, без сомнения, в значительных масштабах велись исследования биологического оружия. Перебежчики, как например Кен Алибек, который до 1992 года занимал руководящую должность в области разработки советского биологического оружия, подробно рассказывали о попытках работы, например, с оспой или вирусом Марбурга. То, что такими исследованиями занимаются в Кольцово и сегодня, Кун не верит: "Это невозможно, при том количестве посетителей, которые ежедневно проходят через институт". Кроме того, руководство лабораторий, чтобы остаться на плаву, вынуждено привлекать гражданских инвесторов. С исследованиями в области наступательного биологического оружия инвесторы не захотят иметь ничего общего.

Тем не менее ? это учитывает и Кун ? как и в любой другой лаборатории нельзя исключить, что смертельные вирусы попадут не в те руки. Это как раз подтверждают письма со спорами сибирской язвы в Соединенных Штатах: следователи сейчас исходят из того, что какой?то сотрудник выкрал споры сибирской язвы из хранилищ оборонительной программы биологического оружия США.

Источник: Süddeutsche Zeitung


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru