Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
19 мая 2005 г.

Редакция | The Wall Street Journal

Налог на Ходорковского

Судья Ирина Колесникова и ее коллеги медленно читают сотни страниц решения по делу Кремля против нефтяного магната Михаила Ходорковского. Признание виновным почти по всем эпизодам неуплаты налогов и мошенничества несомненно. Этот судебный вариант китайской пытки призван затянуть вынесение окончательного вердикта и приговора надолго, на много дней или даже недель, чтобы подправить запятнанный имидж российской юстиции.

Пока московский суд наслаждается жизнью, есть смысл задуматься об издержках от этого безобразного случая. Основателя нефтяного гиганта ЮКОС арестовали 25 октября 2003 года в аэропорту Новосибирска. Теперь уже можно сказать, что это было одно из определяющих событий новейшей истории России и президентства Владимира Путина.

Содержание Ходорковского под стражей и суд над ним показали всем, что российская судебная система прогнила, и Кремль может душить несогласных, как ему заблагорассудится; короче говоря - демократизация 1990-х годов не смогла укорениться в традиционно авторитарной стране. Путин уже усмирил независимые СМИ и вынудил покинуть страну таких олигархов, как Борис Березовский и Владимир Гусинский. Ходорковский был более крупной рыбой. Возможно, по самонадеянности или по наивности, или по той и другой причине одновременно, он потратил миллионы на оппозиционные партии и неправительственные организации и на этом пути переступил границу, обозначенную политическим боссом России. В государстве, где отсутствует законность, властям не составило труда использовать послушную налоговую полицию и суды, чтобы уничтожить самого богатого человека страны.

Через несколько дней после ареста Ходорковского Кремль начал наступление на ЮКОС. За два года крупнейшую нефтяную компанию России задушили налогами насмерть. Гибель ЮКОСа имеет многочисленные побочные действия. Компания, рожденная из хаоса первых дней постсоветской России, стала образцом прозрачности, эффективного управления и акционерной ценности и так же быстро исчезла.

Драма ЮКОСа и Ходорковского расхолодила инвесторов, начиная с нефтегазового сектора, основы российской экономики. Частные компании, гораздо более эффективные, чем государственные производители и не испытывающие недостатка в средствах, стали двигателем роста добычи сырца, которая между 1998 и 2003 годами удвоилась и, в свою очередь, стала двигателем экономического возрождения России.

Атака на ЮКОС явилась ясным сигналом для иностранных и местных инвесторов, и скоро деньги, и не только в энергетическом секторе, кончились. Расчленив ЮКОС, Кремль восстановил государственный контроль над нефтью и газом. Одновременно правительство запретило зарубежным нефтяным гигантам участвовать в аукционах по продаже привлекательных месторождений. Налоги на нефть повысили. Все это привело к предсказуемым результатам. Рост добычи нефти падает.

Экономика в целом ощутила удар, резко замедлившись в первом квартале нынешнего года. Единственной сферой, где наблюдается бум после многообещающего спада в первые годы правления Путина - это утечка российского капитала за границу. В ближайшие годы экономика страны дорого заплатит за уничтожение своей лучшей компании и арест ведущего бизнесмена.

Труднее оценить убытки от упущенной исторической возможности. Путин мог стать первым лидером, сделавшим частную собственность в России священной. Придя к власти в 2000 году, он заявил новоявленным российским миллиардерам, что хищное государство не тронет их активы. Но затем, по мере разворачивания дела ЮКОСа Кремль стал участником откровенного грабежа. Лишь несколько американских попутчиков проглотили версию Москвы, что ЮКОС - это российский Enron.

Что выиграл от этого Путин? Потешил самолюбие, не более того. Осенью 2003 года российский лидер был популярен на родине, где он контролировал ситуацию. За границей Джордж Буш тепло отзывался о своем "друге Владимире". Российскому лидеру были рады в западных столицах. Арест Ходорковского стал поворотным моментом.

После него репутация Путина на Западе страдает. Дома он столкнулся с неприятным парадоксом: пытаясь укрепить власть, он неуклонно ослабляет свои позиции. Многие россияне сегодня винят его, а не местных руководителей, в своих проблемах. Ширятся протесты студентов и пенсионеров, что совсем недавно невозможно было себе представить. Он пока популярнее, чем другие политики, но его звезда клонится к закату.

Ситуация с бюрократией и коррупцией ухудшается, что естественно при излишней централизации. В кремлевской клике идет междоусобная война, и Путин выглядит слабым, что опасно для человека, который так ценит свой имидж крепкого парня. Налоговая полиция проигнорировала его недавний призыв оставить в покое частный бизнес и, по аналогии с ЮКОСом, предъявила российскому предприятию British Petroleum претензии за прошлые годы в размере 790 млн долларов, еще больше напугав инвесторов. Принятое на этой неделе решение отложить на неопределенное время слияние "Газпрома" с "Роснефтью", за которое выступает президент, усилило впечатление, что Путин теряет контроль над громоздким государственным аппаратом.

История России после ареста Михаила Ходорковского является ярким примером закона непредвиденных последствий. И это единственный закон, который Путин не может поставить себе на службу.

Источник: The Wall Street Journal


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru