Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
20 января 2005 г.

Мартин Сифф | The Washington Times

Почему Россия не последует примеру Украины

Сумеет ли президент России Владимир Путин сделать то, что не удалось на Украине Леониду Кучме, и обеспечить избрание выбранного им преемника в 2008 году? А если он попытается, устранятся ли российские спецслужбы, позволив сине-белой версии украинской 'оранжевой революции' охватить Российскую Федерацию?

Ясно, что эти важные вопросы не имеют кратких и точных ответов. Президентские выборы в России пройдут не раньше весны 2008 года, и любое стечение непредвиденных обстоятельств может к тому времени изменить политический ландшафт. Но несколько явных различий с украинским опытом уже видны, и их достаточно, чтобы предостеречь от неразумных ожиданий того, что украинский опыт с неизбежностью повторится на территории страны, которая является самой большой на планете.

Пол Гобл из United Press International в статье, опубликованной в среду, отметил, что уже видны признаки того, что украинский опыт вдохновляет правозащитников и сторонников реформ в Калининградской области, самом западном из 89 российских регионов. Но сама возможность 'янтарной революции', писал Гобл, является ярким свидетельством того, насколько Калининград отличается от остальной России.

Это единственный регион, отрезанный от евразийского массива Российской Федерации. И вместо изоляции от Москвы и тем более от Запада, которая всегда была отличительной чертой российской жизни, регион размером с Европейскую страну, соседствует с Польшей и Литвой и находится под сильным влиянием Германии и Скандинавии со времени распада СССР.

Исторический опыт России после падения коммунизма прямо противоположен украинскому. Западная Украина в частности и интеллектуальная и профессиональная элита в целом были недовольны медленным темпом реформ после обретения независимости в начале 1992 года. Идеи свободного рынка, рождающего процветание, и стабильной, толерантной и открытой представительной демократии пока не применялись на Украине, и именно поэтому большинство украинцев проголосовало за президента Виктора Ющенко, стремясь получить шанс применить их.

В России же реальная демократия и масштабная приватизация были применены бывшим президентом Борисом Ельциным и его министрами в начале 1990-х годов. Но хотя демократические реформы были реальными и вполне успешными, экономическая реформа привела к катастрофическому падению уровня жизни, ввергнув миллионы людей в бедность, далекую от скромных, но сносных стандартов, которые имелись у них раньше.

В скором времени это вызвало реакцию, которая началась еще при Ельцине и усилилась при Путине и сконцентрировалась вокруг восстановления и укрепления централизованного государства, способного покончить с современным 'смутным временем'. Но, как и в период великой инфляции в Веймарской Германии 1923 года, российский опыт начала 1990-х ослабил и дискредитировал единственный в новейшей истории опыт России с полномасштабной демократией и рыночной реформой.

Поэтому Путина, которого многие на Западе критикуют за методичное наступление на миллиардеров-олигархов, доставшихся ему в наследство от Ельцина, в попытке лишить их богатства и влияния, можно рассматривать как стабилизирующую фигуру, которая может оказаться бастионом против экстремистских и непредсказуемых сил, затаившихся на флангах, как было в Германии три четверти века назад.

В реальности, несмотря на марши протеста разгневанных пенсионеров, требующих увеличения своих пособий, Путин в обозримом будущем будет прочно сидеть в седле, благодаря силовикам, которые сегодня стоят у руля в важных областях российской экономики и государства и сохраняют лояльность президенту.

Кучма во время своего президентства тоже мог держать Киев под контролем. Его проблемы начались, когда он согласился уйти, но затем обнаружил, что выбранный им преемник, тогдашний премьер-министр Виктор Янукович, не обладает популярностью, доверием, профессионализмом и обликом, необходимыми, чтобы занять место.

Янукович не сумел даже добиться лояльности украинских силовиков, до сих пор тесно связанных с российскими. Генералы украинских спецслужб отказались участвовать в любых попытках насильственного разгрома демонстраций протеста в ходе 'оранжевой революции', которая привела к пересмотру явно фальсифицированных результатов второго тура президентских выборов, прошедшего на Украине 21 ноября.

Украинский опыт, по-видимому, не является предвестником и туманным прообразом будущих событий в России, скорее, он стал отзвуком событий, которые там уже произошли.

Народные протесты, помешавшие совершить переворот против последнего советского президента Михаила Горбачева в августе 1991 года, имели гораздо меньшие масштабы, чем 'оранжевая революция', и происходили только в Москве. Но их транслировало телевидение на всей территории СССР.

Во многих отношениях Ельцин играл тогда такую же роль, как Ющенко в последние месяцы в Киеве. Но блеск его героизма и идеализма померк в годы хаоса, когда он находился в Кремле.

Ющенко едва ли повторит катастрофические ошибки Ельцина. В прошедшие выходные он принял рекомендации 100 экспертов (собранных Фондом Карнеги в Вашингтоне и Центром экономического развития в Киеве), направленные на то, чтобы избежать ошибок Ельцина.

В России пока не видно и подобия народного движения за экономические и политические реформы в западном ключе, которое было на Украине. В ходе последних президентских выборов в России год назад все партии, выступавшие за такую политику, вместе взятые, получили менее четверти голосов.

Напротив, настроения избирателей в ходе выборов в некоторых российских регионах и тон дебатов во многих московских журналах и газетах становится все более антизападным, ксенофобия и даже паранойя нарастают, так как НАТО, США и Европейский союз, по мнению многих россиян, полны решимости бесконечно вести наступление на исконно российские территории и ценности.

Вероятность сохранения высоких мировых цен на нефть и успех Путина в разгроме нефтяной корпорации ЮКОС и взятии его производственного филиала 'Юганскнефтегаз' под контроль Кремля, равно как и его внимание к сохранению привилегий и лояльности спецслужб и силовиков, по-видимому, обеспечат силу и эффективность российского государства в ближайшие несколько лет. У Путина достаточно власти даже для того, чтобы изменить российскую конституцию, если он захочет баллотироваться на третий срок.

Если он решит уйти и не баллотироваться на третий срок, как он говорит сейчас, сохраняется реальная возможность того, что он сможет гарантировать своему преемнику победу на выборах и обеспечить доверие к нему, если он победит.

Но самые большие сомнения связаны не с тем, кто станет преемником Путина, а с тем, что он оставит после себя. Нынешний российский лидер, безусловно, сможет устоять против каких-то народных движений. Однако эти движения могут оказаться совсем не прозападными, толерантными и демократическими, как полагают многие в Европе и Америки, а прямой их противоположностью.

Источник: The Washington Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru