Архив
Поиск
Press digest
16 апреля 2021 г.
20 октября 2004 г.

Майкл Гордон | The New York Times

Стратегия по безопасности Ирака не предусматривала второй войны

Генерал Томми Фрэнкс выбрался из самолета C-130 в аэропорту Багдада 16 апреля 2003 года. Американские войска вошли в столицу освобожденного Ирака меньше недели назад, и командующий впервые посетил город.

Большая часть суннитского треугольника патрулировалась не слишком интенсивно, а Багдад только оправлялся от приступа мародерства. Штурмовые вертолеты Apache кружили в небе, когда генерал Фрэнкс отправился в "Абу Грейб", дворец Саддама Хусейна, превращенный в военный штаб.

Обнявшись с командирами, Фрэнкс сообщил им, что пора планировать отъезд. Боевые части должны быть готовы к выводу, если все пойдет как задумано, сказал он. К сентябрю вместо 140 тыс. военнослужащих в Ираке должно было остаться чуть больше дивизии, около 30 тыс. человек.

Чтобы обеспечить стабильность и дать американцам возможность уйти, президент Буш накануне подготовил новый план, добиваясь присутствия четырех иностранных дивизий, куда входили бы военнослужащие арабских государств и НАТО, для выполнения миротворческой миссии.

Но и через несколько месяцев предположения администрации Буша не сбылись. Иностранные войска так и не появились. Иракские структуры, призванные помочь в управлении страной, рухнули. Враждебные силы реорганизовывались.

В дебатах о войне и послевоенном периоде администрация Буша изображает сопротивление, до сих пор действующее в стране, как досадный, но неизбежный инцидент. Единственной ошибкой, которую признал Буш, была неспособность предвидеть то, что он назвал "катастрофическим успехом".

Но многие офицеры и чиновники, служившие в Ираке весной и летом 2003 года, говорят, что из-за ошибки в расчетах США упустили момент и дали сопротивлению, находившемуся в зачаточном состоянии, возможность усилиться и распространиться.

"Мы не закрыли границы, потому что не имели достаточно сил, и позволили террористам проникнуть в страну", - заявил Джей Гарнер, первый глава гражданской администрации в Ираке.

Оглядываясь на этот важный период, офицеры и чиновники говорят о том, как испортилась послевоенная ситуация. Гражданская администрация выражала озабоченность по поводу планов сокращения численности войск; разведка не предупредила военных о яростном сопротивлении, с которым они столкнулись в южных городах Ирака и о риске послевоенного сопротивления. Генералы и гражданские чиновники не пришли к согласию в вопросе об иракской армии, которая должна была навести порядок.

Основные принципы

В августе 2002 года администрация распространила секретный документ, озаглавленный "Ирак. Цели, задачи и стратегия". В нем высокопоставленные чиновники предложили принципы, которыми следовало руководствоваться в случае, если президент отдаст приказ о вторжении.

Цели состояли не только в том, чтобы свергнуть диктатора, но и в построении демократической системы. США сохранят, но реформируют бюрократию, выполняющую рутинную работу по управлению страной. Были и необъявленные цели. Политики надеялись, что проамериканское правительство окажет давление на Сирию и добьется прекращения поддержки террористических группировок, а также на Иран, требуя прекращения ядерной программы.

Но грандиозные цели не требовали огромного количества войск. В отличие от войны в Персидском заливе 1991 года, администрация планировала атаковать гораздо меньшими силами, продолжая подтягивать подкрепления на Ближний Восток.

Стратегия лежала в русле планов министра обороны Дональда Рамсфельда по реформированию армии с тем, чтобы меньше полагаться на наземные силы, а больше - на технологии, разведку и спецназ.

Планировщики генерала Фрэнкса считали, что новый подход даст возможность захватить иракцев врасплох, предотвратить диверсии на нефтяных месторождениях и увязание в оборонительных сооружениях в Багдаде.

"Почти все опасались продолжительной войны, - заявил заместитель министра обороны Дуглас Фейт. - Отсюда - значение, которое придавали скорости и неожиданности".

Если бы иракская армия оказала более ожесточенное сопротивление, добавил Фейт, Пентагон мог бы прислать еще войска. Если бы оно было слабым, Вашингтон прекратил бы наращивание военного присутствия.

Достижение поставленных целей означало урегулирование беспорядков, которые последовали за свержением Хусейна и уничтожением его спецслужб. Администрация полагала, что американские и многонациональные силы помогут в стабилизации Ирака, но рассчитывала, что освобожденные иракцы возьмут часть бремени на себя.

Ранние предупреждения

Впрочем, некоторые военные опасались, что администрация недальновидна. Генерал Хью Шелтон, который девять месяцев возглавлял объединенный штаб, был одним из них.

У генерала Шелтона были свои контакты на Ближнем Востоке, и его предупреждали, что после свержения Хусейна в Ираке может начаться хаос.

На совещании в Пентагоне в начале 2003 года он выразил озабоченность тем, что у США будет недостаточно войск сразу после свержения диктатора. Он предупредил, что войск должно хватать и в неожиданных ситуациях.

В Белом доме тоже думали о численности контингента.

Военные консультанты в Совете национальной безопасности подготовили для Кондолизы Райс и ее заместителя Стивена Хэдли конфиденциальный доклад, озаглавленный "Безопасность войск в семи недавних операциях по стабилизации". В докладе отмечалось, что единого правила на все случаи жизни не существует. Но его авторы не придали достаточного значения базовому принципу, известному всем военным планировщикам: при расчетах численности войск, необходимых для обеспечения безопасности после победы, учитываются такие факторы, как численность населения, площадь и поставленные задачи.

Если США и их союзники хотели добиться такого же соотношения миротворческих сил и населения, как в Косово, им пришлось бы развернуть в Ираке 480 тыс. военнослужащих. Если бы за основу была взята Босния, их понадобилось бы 364 тыс. Если бы образцом служил Афганистан - 13,9 тыс.

Обычно больше сил требуется, чтобы контролировать страны с большим процентом городского населения. В докладе указывалось, что три четверти населения Ирака живет в городах. В Боснии и Косово горожане составляют половину населения. В Афганистане - 18%.

Однако ни министерство обороны, ни Белый дом не считали Балканы образцом. В речи "Помимо построения государства", произнесенной Рамсфельдом 14 февраля 2003 года в Нью-Йорке, он сказал, что большое количество иностранных миротворцев в Косово привело к формированию "культуры зависимости", и в результате местные жители не желают брать ответственность за самих себя.

Министр обороны отметил, что следовать надо примеру Афганистана, где США не развертывали силы безопасности, а полагались в деле сохранения мира на новую афганскую армию и военнослужащих других стран.

По мнению Джеймса Доббинса, который был посланником администрации в Афганистане и работал также в Косово, Боснии, Сомали и Гаити, администрация выбрала неверную модель. Бывшая Югославия, с ее этническими конфликтами, слабой экономикой и традицией тоталитарного правления, больше походила на Ирак.

"Они предпочли взять за образец успешный вариант построения государства, к тому же не связанный с предыдущей администрацией", - заявил Доббинс.

К концу 2002 года был подготовлен план развертывания войск. Рамсфельд изучал заявки военных. Но военные жаловались на проволочки. Одна из заявок, поданных в конце ноября, была рассмотрена лишь через месяц.

Незадолго до войны Буш спрашивал командующих, достаточно ли у них войск, в том числе и для защиты линий снабжения. "Я не могу сказать, сколько раз он спрашивал "Есть ли у вас все необходимое?" - заявила Райс. - Ответ был утвердительным".

Высокопоставленные офицеры признают, что не требовали у президента большего количества войск. Но некоторые отметили, что чувствовали бы себя комфортнее, если бы резервы были больше. По словам некоторых офицеров, идея вторжения с дальнейшим подтягиванием подкреплений воплощалась не так гладко, как хотелось бы.

В надежде на быстрое решение

18 марта, накануне начала конфликта, сотрудники объединенного штаба обсуждали планы по выводу американских войск после победы. Помощники генерала Фрэнкса утверждали, что такая дискуссия преждевременна.

В начале войны, когда американские войска продвигались к Багдаду, бои шли не так, как ожидалось. Вместо столкновений с армией американцам приходилось иметь дело с военизированными группировками и террористами-смертниками. Федайины Саддама наводнили южные города и использовали их как базы для атак на линии снабжения.

Но после нескольких дней интенсивных боев американцы возобновили движение на север, ожидая противостояния с Республиканской гвардией. Поскольку в их победе мало кто сомневался, вновь начались разговоры о выводе войск.

В середине апреля один из ближайших помощников Рамсфельда Лоренс Ди Рита прибыл в Кувейт, чтобы присоединиться к группе, собранной генералом Гарнером, главой гражданской администрации, которому предстояло контролировать Ирак после Хусейна. В январе Буш согласился отдать контроль над послевоенным Ираком министерству обороны. Впервые после Второй мировой войны ответственность в такой ситуации была возложена не на Госдепартамент.

В разговоре с помощниками Гарнера Ди Рита изложил точку зрения Пентагона, которая повторяла речь Рамсфельда от 14 февраля. По словам полковника сухопутных войск Пола Хьюджеса, Ди Рита заявил, что Пентагон намерен вывести значительную часть американских войск в течение трех-четырех месяцев.

Ди Рита заявил в интервью, что не отвечал за численность войск, но добавил, что командиры хотели, чтобы военное присутствие не превышало пределов необходимого.

Нехватка войск

Уже после поражения Хусейна в некоторых предварительных докладах высказывалось предположение, что Ирак останется полем боя.

Национальный разведывательный совет в январе 2003 года отмечал, что иракцы будут недовольны своими освободителями, если оккупационным властям не удастся быстро восстановить важные службы и передать политический контроль иракским лидерам. Но этот процесс оказался медленным.

Хотя значительная часть страны была охвачена хаосом и беззаконием, американские генералы еще не были уверены в том, что столкнулись с решительным сопротивлением. Но ограниченная численность американских войск создавала проблемы с охраной границы, военным присутствием в суннитском треугольнике и наведением порядка в столице.

"Нам не хватало войск, - заявил Джеймс Маркс, отставной генерал-майор, возглавлявший разведку сухопутных сил. - Не хватало войск для боевого патрулирования, для сбора информации. Кроме того, войска были нужны, чтобы действовать на основе собранных разведданных. Нехватка войск у нас стала преимуществом для них".

Неспокойно было и в некоторых районах Багдада, но американцы не могли вести патрулирование. В Третьей пехотной дивизии насчитывалось 17 тыс. человек, но это моторизованная дивизия, и заниматься пешим патрулированием могла лишь ее небольшая часть. Танкисты должны были ждать, пока придут бронежилеты.

К северу и западу от Багдада, в городах суннитского треугольника, бойцы сопротивления планировали новые атаки.

В Эль-Фаллуджу, которая стала очагом сопротивления, войска прибыли только 24 апреля, через две недели после того, как американцы вошли в Багдад. Но из-за постоянной ротации и ограниченного количества войск ответственность за город все время переходила из рук в руки. Американцам было трудно завязать отношения с местными жителями и собирать информацию.

В надежде на многонациональные силы

В Вашингтоне Белый дом и Пентагон думали, что главные опасности позади. Быстро добиться поддержки со стороны иракцев не удалось, полицейские бросили свои посты, и массовой сдачи воинских подразделений не произошло. Но администрация полагала, что часть бремени возьмут на себя многонациональные силы.

15 апреля 2003 года Буш созвал Совет национальной безопасности, чтобы обсудить привлечение миротворческих сил из других стран, дающее США возможность начать вывод войск.

Пентагон проинформировал президента о планах привлечь четыре дивизии: одну - сформированную из военнослужащих НАТО; еще одну - из стран Персидского залива; а также польскую и британскую. Идея заключалась в том, что США оставят в Ираке одну-две дивизии.

На следующий день генерал Фрэнкс прилетел в Багдад и велел командирам подготовить планы по выводу войск. После дискуссии генерал и офицеры приняли участие в спутниковой дискуссии с Бушем. Генерал сообщил, что планирует обсудить с представителями Объединенных Арабских Эмиратов вопрос об арабской дивизии.

Миссия под угрозой

Разговоры встревожили главу гражданской администрации генерала Гарнера. Он опасался, что уменьшение численности войск поставит под угрозу строительство нового Ирака.

Вскоре Пентагон начал сокращать количество войск, отправляемых в Ирак. Рамсфельд начал сомневаться в том, что в Ираке нужна Первая кавалерийская дивизия численностью 17,5 тыс. человек. Они с Фрэнксом не раз обсуждали этот вопрос.

По словам Фрэнкса, он согласился на предложение министра лишь после того, как командиры подтвердили, что дивизия не нужна. Развертывание дивизии было отменено 21 апреля.

Но вскоре оптимистические разговоры о выводе американских войск заглохли. Ни НАТО, ни страны Персидского залива не хотели отправлять войска в Ирак. Американского генерала послали в Дели поговорить с индийцами, но надежды получить индийские войска быстро исчезли. Миротворческие силы предложила Турция, но иракцы их не приняли бы. Реальностью стали лишь польская и британская дивизии.

Что пошло не так?

Для тех, кто служил в Ираке, лето 2003-го было временем упущенных возможностей. Теперь идут горячие споры о том, что пошло не так.

Генерал Фрэнкс считает, что у США было достаточно военных в Ираке, но изначально не хватало гражданских служащих, военной полиции и других подразделений, призванных наводить порядок после окончания боевых действий. По его словам, проблема была не в численности, а в структуре.

Райс возложила вину за беспорядки на то, что иракские солдаты разбежались во время наступления американцев на Багдад, но на следующий день вновь взялись за оружие. "Любая историческая перемена сопряжена с беспорядками, - заявила она. - Планы составлялись на основе предположений, на основе разведданных. Вопрос в том, можно ли скорректировать план и совершить необходимые изменения, когда план сталкивается с реальностью ".

Генерал Гарнер заявил, что ошибки администрации облегчили жизнь сопротивлению.

"Джон Абизайд был единственным, кто не потерял голову в послевоенных играх, - сказал Гарнер, имея в виду заместителя, а потом - преемника генерала Фрэнкса. - Администрация Буша потеряла голову. Конли Райс тоже. Их можно было информировать, но инициатива от них не исходила. Они просто кивали. А кончается это трагически".

Источник: The New York Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2021 InoPressa.ru