Архив
Поиск
Press digest
13 августа 2020 г.
20 декабря 2011 г.

Изабель Горст | Financial Times

Мигранты в России живут в экстремальных условиях

Жители Центральной Азии давно едут в Россию ради трудоустройства и более безопасной жизни, но общество ополчается на них, отмечает Financial Times в статье из цикла "Россия в 2011 году". Журналистка Изабель Горст описывает, как молодой узбек Батыр встречает на Казанском вокзале поезд из Ташкента. Не обращая внимания на полицейские патрули, Батыр обещает новоприбывшим снабдить их чем угодно - паспортом, миграционной картой, разрешением на работу. Псевдоготические залы Казанского вокзала - любимое пристанище торговцев, которые продают khogos (по-узбекски это значит "документы") мигрантам и вообще любым заинтересованным лицам.

"Россия принимает мигрантов в беспрецедентном масштабе, чтобы восполнить растущий дефицит рабочей силы", - отмечает издание. Самая многочисленная группа - жители Центральной Азии (по оценкам независимых экспертов, только в Москве и области работают, в большинстве своем нелегально, не менее 3 млн мигрантов из этого региона). По большей части это малообразованные бедняки, согласные на работу, которой чураются москвичи. "Мигранты из Центральной Азии живут на обочине российского общества: полиция их гоняет, наниматели эксплуатируют, многие жители все более недолюбливают", - говорится в статье.

Тахир приехал в Москву из Таджикистана после гражданской войны. Живет он в хибарке, которую сам построил в лесу за МКАД. После травмы ноги он хромает. Он подрабатывает на стройках, зарабатывает в лучшем случае 700 долларов в месяц. У него на родине работы нет и не будет, подчеркивает Тахир: "чтобы прокормить семью, я должен жить здесь". Несколько полицейских знают о его домике, но Тахир платит им за молчание тысячу рублей в месяц. Это намного дешевле, чем снимать комнату в Москве, поясняет автор.

"Недавняя ссора между Россией и Таджикистаном может подорвать даже эту шаткую безопасность", - отмечает издание, напоминая о конфликте после приговора российскому летчику. Россия депортировала ряд таджикских мигрантов, история подавалась как урок Кремля Таджикистану и нелегальным мигрантам.

"Для Москвы иммиграция - новое явление. 20 лет назад город был населен почти исключительно славянами, ему трудно адаптироваться к растущему притоку мигрантов", - пишет газета. Причем выходцы из Центральной Азии - самые небогатые, самые презираемые и самые заметные, так как работают обычно на улице. Происходит разделение труда по национальному признаку: киргизы - дворники, таджики - строители, узбеки предпочитают торговать на рынках.

По словам социолога Льва Гудкова, мало кто из центральноазиатских мигрантов стремится обосноваться в России, но правительства их родных стран не желают их возвращения, чтобы ряды безработных не ширились.

В последнее время ксенофобия затронула широкие массы москвичей, полагает издание, упоминая о 7 тыс. участниках "Русского марша" 4 ноября.

Эксперты дают этому разные объяснения. По мнению Гудкова, у старшего поколения россиян понижена самооценка после утраты советской империи и оно "перекладывает вину на слабейшую социальную группу - мигрантов". На той же группе вымещает недовольство и российская молодежь, обескураженная отсутствием возможностей. На взгляд эксперта Алексея Малашенко, сформировалась "иерархия ненависти": мигрантов с Кавказа ненавидят, но уважают, так как они дают сдачи, а мигрантов из Центральной Азии не боятся, так как они менее агрессивны.

"Больше всего меня тревожит, что жалоб [в полицию] так мало: выходцы из Центральной Азии считают, что синяки - неизбежный побочный эффект жизни в России", - говорит Вера Гальперина из центра "Сова". Беспринципные работодатели эксплуатируют жителей Центральной Азии как дешевую и покорную рабочую силу.

Нелегалы вряд ли будут жаловаться на то, что им не выплатили зарплату. Анастасия Денисова из комитета "Гражданское содействие" говорит, что многие мигранты трудятся по принуждению: работодатель выплачивает им лишь аванс. "Они в ловушке: не могут купить регистрацию, не могут посылать домой деньги, не могут уволиться", - пояснила она. Сорбон Жумахонов обратился в комитет за помощью после того, как прошлым летом мигранты потребовали выплатить им зарплату. По его словам, приехали какие-то люди и начали их избивать, один сломал ему нос, а также выстрелил в него из пневматического оружия. Комитет нашел Жумахонову адвоката, но следствие застопорилось.

"Как и в столицах европейских стран, в Москве идут дебаты о том, в какой мере следует контролировать иммиграцию. Но в случае России ситуация осложняется тем, что миграционная служба коррумпирована, а политики вынуждены угождать самым разным противоречивым интересам", - говорится в статье.

По оценкам экспертов, России требуется не менее 10 млн мигрантов, чтобы восполнить дефицит рабочей силы в ближайшие 10 лет. Наталья Орлова указывает, что в условиях кризиса еврозоны некоторые фирмы увольняют россиян и нанимают более дешевых мигрантов. Между тем угроза дестабилизации в Центральной Азии поощряет миграцию.

"Россия в капкане", - полагает Малашенко. Кремль поощряет лозунг "Россия для русских", чтобы отвлечь внимание населения, но сознает, что ради экономического роста нужно разрешать приток дешевой рабочей силы из Центральной Азии.

"Тот факт, что Кремль все еще держится за прошлое - статус могущественной евразийской державы, обогащает проблему идеологическим аспектом", - пишет газета. Между тем, по мнению издания, культурные и идеологические связи распались: многие молодые мигранты не говорят по-русски и обращаются к исламу. Малашенко также обращает внимание на тревожный момент: "Несколько лет назад никто и не упоминал о вероисповедании мигрантов. Теперь же растет ощущение, что мигранты-мусульмане опасны".

Источник: Financial Times


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Разрешается свободное использование текстов, ссылка обязательна (в интернете - гипертекстовая).
© 1999-2020 InoPressa.ru