Архив
Поиск
Press digest
26 ноября 2021 г.
21 июля 2005 г.

Джим Гилкрист | The Scotsman

Картина террора

"Звук был похож на звон хрустальных бокалов, - вспоминает Лариса Кудзиева. - И я подумала: "Как легко умирать". Оказалось, что это очень легко"

Кудзиева вспоминает, как ее ранили во время хаотичного завершения осады школы в Беслане, когда российские войска и ополчение пошли на штурм здания, в котором террористы удерживали более тысячи детей и взрослых. "Мой сын был подо мной, и, когда на него начала капать моя кровь, он закричал: "Мама! Мама!". Я не хотела, чтобы он видел кровь. Не хотела, чтобы это осталось в его памяти. Я механически подняла руку, чтобы спрятать лицо, и пальцами нащупала торчащую кость. Это последнее, что я помню".

Но три кошмарных дня после 1 сентября 2004 года, которые они провели в заложниках у террористов, требовавших вывода российских войск из Чечни, навсегда врезались в память тех, кто выжил. Погибло около 350 человек, более половины из них - дети. Остались вопросы по поводу явной неспособности российских военных справиться с кризисом и общей стратегии в Чечне.

Кудзиева и другие бывшие заложники сегодня вечером расскажут о том, что они пережили, в документальном фильме на 4 канале. В картину включены кадры видеосъемки, сделанной террористами, и теми, кто находился у школы. Режиссер Кевин Сим и съемочная группа фильма "Беслан" побывали в этом городе в Северной Осетии перед Рождеством, меньше чем через четыре месяца после Дня знаний, обернувшегося трехдневным кошмаром и кровавой трагедией.

"Когда мы были там, чувствовалось, что раны еще кровоточат, ощущались гнев и тревога, - рассказывает Сим. - Сейчас к ним добавилось разочарование. Люди считают, что власти ведут с ними нечестную игру. В какой-то мере присутствовало отчуждение между теми, кто потерял близких, и теми, кто уцелел. Упрекали некоторых учителей, которые на самом деле вели себя превосходно, но некоторые матери не могли смириться с тем, что учителя выжили, а их дети погибли".

Британия переживает последствия взрывов в метро и автобусе, но Сим не готов проводить аналогии, помимо той, что фильм "показывает характер терроризма - грубый, жестокий и абсолютно случайный".

"К сожалению, сырьем для терроризма являются люди, такие, как мы с вами, как матери и дети Беслана, как те, кто погиб в лондонском автобусе и метро. Жертвы всегда абсолютно случайны. Невинность на руку террористам, им нужны ни в чем не повинные люди, так как это улучшает их сценарий. Все жертвы террористов, в Беслане, Лондоне, Ираке, везде, ни в чем не виноваты. Выбор абсолютно случаен, и это ужасно".

Единственный положительный момент, который он увидел в Беслане, это достоинство скорбящих женщин. "Когда думаешь о том, что они совсем недавно потеряли своих детей, видишь, какие они замечательные".

Когда Руслан Аушев, бывший президент Ингушетии, сумевший убедить террористов не держать в школе младенцев, и Асланбек Аслаханов, советник Путина по Чечне, вели переговоры, пытаясь договориться о какой-то сделке, между террористами и заложниками шли совсем иные, очень личные, переговоры.

Например, Кудзиева рассказывает, что говорила с террористом по имени Али о его семье. Он рассказал ей, что российские самолеты бомбили его село, убили его жену и пятерых детей. "Между прочим, ты похожа на нее", - добавил он. Другая женщина вспоминает, что ей удалось увидеть под маской одного из террористов, что он веснушчатый и рыжий.

"В каком-то смысле все пытались заглянуть за маски, - говорит Сим. - Пытались понять, что же происходит, кто эти люди, есть ли возможность уговорить их вести себя иначе, не как злодеи, какими они казались".

Его интервью перемежаются кадрами проводов, тянущихся к взрывным устройствам. "Они развесили взрывчатку в спортзале, как рождественские гирлянды", - вспоминает одна из женщин. Мы видим также толпу, ждущую у школы и мысленно переживающую самое страшное, что могут пережить родители.

Сегодня, замечает Сим, инцидент обычно первым снимает случайный прохожий с камерой или мобильным телефоном, а не телевидение. "Первые кадры лондонских взрывов сделали люди, которые шли мимо автобуса, цунами снимали отдыхающие. Тот, кто оказывается на месте событий, чувствует их значимость".

Бесконечно трогательные любительские кадры рассказывают, как все более жесткое противостояние вылилось в катастрофу. Президент Путин приказал участникам переговоров не предлагать ничего, даже отдаленно напоминающего вывод войск из Чечни, и велел воздержаться от штурма. Его советник Аслаханов летел из Беслана в Москву, получив от захватчиков согласие на встречу, назначенную на 3 часа дня 3 сентября, когда в школе раздался взрыв, потом еще один. Любительские кадры запечатлели ужас на лицах тех, кто ждал у школы, истерику, охватившую толпу, когда началась стрельба.

Что именно произошло, неизвестно до сих пор. Первый взрыв, похоже, был случайным, но остальные - нет. Местные ополченцы, у многих из которых в школе были дети, могли начать штурм вне зависимости от этого, а за ними последовала армия, применившая вертолетные орудия и танк. После телефонного сообщения "Привет Путину. Аллах акбар" террористы начали отстреливаться. В школе дети и взрослые начали умирать. Камеры запечатлели окровавленных, почти обнаженных детей, выпрыгивающих из выбитых окон и бегущих на улицу, и тела, которые несли в санитарные машины.

К концу дня, по официальным данным, погиб 331 мирный житель и 11 солдат. Позже в больницах умерли некоторые раненые, как минимум одна бывшая заложница покончила с собой. Подтверждена смерть 31 террориста, одного из которых забили насмерть родители заложников, когда его везли в больницу. Уцелевшего террориста, 24-летнего Нурпаши Кулаева, сейчас судят в столице Северной Осетии Владикавказе. Он обвиняется в убийстве, бандитизме и терроризме. Он признался в том, что принимал участие в теракте, но отрицает убийство. Кулаев - чеченец, но российские власти утверждают, что школу захватила международная группа, в которой были арабы, татары, казахи и узбеки.

Россия не может похвастаться удачным урегулированием ситуаций с заложниками, соглашается Сим, в фильме которого упомянут кризис 2002 года в московском театральном центре на Дубровке, где во время штурма погибло 129 заложников и 41 чеченский боевик, и кризис 1995 года в больнице Буденновска, где около 100 человек погибло во время неудачного рейда спецназа.

Между тем, добавляет Сим, российское правительство "абсолютно застопорилось" в вопросе о Чечне, "так что люди оказались между Сциллой и Харибдой, когда из них с двух сторон выдавливают жизнь".

"Трагедия Беслана в том, что они прошли через этот ужас зря. Ничего не изменилось. Террористы уже говорят, что Беслан повторится".

Смотреть "Беслан" тяжело, говорит он, "но это картина о мире, таком, каков он сегодня". Когда-то даже у террористов не поднималась рука убивать детей, говорит он, приводя в качестве примера случай с террористом Иваном Каляевым, который 100 лет назад готов был бросить бомбу в карету русского великого князя, но остановился, увидев, что в карете находятся дети.

"Он не хотел убивать детей, чтобы достичь своей цели. Террористы изменились. Теперь вопрос о виновности и невинности перед ними не стоит. Сегодня важнее то, что они хотят изменить мир, попасть в девятичасовой выпуск новостей и ради этого подвергают мучениям невинных. Беслан - это крайнее проявление, поскольку больший цинизм и отчаяние трудно себе представить".

Однако лидер чеченских боевиков Шамиль Басаев, которого считают организатором теракта в Беслане и захвата московского театра, обещает новые подобные атаки. "Это недорого, - заявил он. - Беслан стоил всего 8 тысяч евро".

Попробуйте сказать это молодой матери, которая рассказывает о своем единственном ребенке, погибшем в школе, и задает простой вопрос: "Почему он?"

Источник: The Scotsman


facebook
Rating@Mail.ru
Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
Политика конфиденциальности
Связаться с редакцией
Все текстовые материалы сайта Inopressa.ru доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International, если не указано иное.
© 1999-2022 InoPressa.ru